Руслан направился к базовому лагерю, полный надежд и предвкушения. Он был убеждён, что сегодня случится то, о чём он грезил уже много месяцев. Когда он впервые увидел Юлю, его сердце замерло, а душа наполнилась древним, глубоким и мощным чувством, словно из восточных легенд, о которых рассказывала мама в детстве.
В разговоре с Надеждой Руслан преувеличивал, утверждая, что признавался Юлии в любви. Его отношение к женщинам было типично для среднеазиатских традиций: он видел в них объект личного обладания или даже как свою собственность. В его сознании глубоко укоренились патриархальные взгляды туркмен. Особенно врезалась в память любимая поговорка отца: «Курица не птица — женщина не человек».
Его мать, русская по национальности, за годы жизни в ауле сильно изменилась, приняв местные традиции и привычки мужа. Когда-то она была стройной и красивой женщиной с яркими синими глазами. Теперь её лицо и фигуру скрывали традиционный яшмак, длинное бесформенное платье и сшитые из остатков ткани балаки. Эта одежда полностью лишали её индивидуальности.
Отец семейства долго и мучительно ждал наследника. Пять дочерей казались ему обузой, и он настойчиво требовал от жены рождения сына. Женщина, истощённая бесконечными родами и суровым образом жизни в глухом ауле, всё же родила сына. К сорока годам её настойчивый муж добился своего. Наконец-то появился Руслан — долгожданный наследник.
Лишь оказавшись в Ашхабаде и поступив в университет, Руслан осознал, что русские мужчины не относятся к своим женам и возлюбленным так, как его отец относился к матери. Но впитанные с детства обычаи и эгоизм, заложенный отцом, каждый раз брали верх. Руслан, воспитанный в среде, где женщины были ограничены в правах и беспрекословно подчинялись мужчинам, находил странным, что в студентки не проявляют к нему интереса. Хотя Аллах одарил его прекрасным телом и привлекательным лицом! Он очень долго не мог найти девушку, которая бы ответила ему взаимностью, а больше всего Атакулиева огорчало то, что все девушки, с которыми он пытался строить отношения, расставались с ним через несколько дней. Руслан понимал, что дело не в его внешности: он был высоким и хорошо сложенным молодым человеком. Его лицо с высокими скулами обрамляли тёмно-каштановые кудри, а чуть раскосые зелёные глаза с лёгким прищуром излучали лукавое озорство. Волевой подбородок Руслана выдавал природную силу.
Однако русские девушки не привлекали его, а туркменские не вызывали у него интереса. Когда Руслану исполнилось двадцать три года, отец сообщил в коротком письме, что в их селе появилась невеста, которая подходит ему по возрасту. Этой девушкой оказалась дочь друга отца Руслана. Он знал эту девочку — Гюзель. Они учились в одном классе. В детстве она перенесла багдадскую язву, которая оставила на её лице ужасные шрамы. Руслан испытывал к ней не просто неприязнь, а стойкое отвращение. Сама мысль о том, что она станет его женой, приводила его в дикую ярость.
Приехав на зимние каникулы Руслан объявил Гюзель, что свадьбы не будет. Вспыхнула ссора. Мать встала на защиту сына. Она напомнила отцу, что именно он привез её в аул из Прибалтики, где служил в армии. И что женился он на ней не по родительской воле, а по собственному желанию. Разозлившись отец избил мать, после чего она пролежала на кошме полгода и умерла.
Руслан узнал о смерти матери, когда проходил военную переподготовку в Ашхабаде. На похоронах Атакулиев с отцом избегали разговоров о ссоре, которая привела к трагедии. Отец тяжело переживал утрату, чувствовал себя виноватым и пытался заглушить боль алкоголем. Сестры же обвиняли Руслана и смотрели на него с неприязнью. Летом Руслан решил отправиться с друзьями на Кавказ, чтобы не накалять обстановку в семье. Ему необходимо было отвлечься от мрачных размышлений и найти силы жить дальше.
В Кавказской экспедиции Руслан познакомился с Юлией Божко, которая сразу ему приглянулась. Однако все попытки Руслана сблизиться с девушкой, которую друзья называли "несмеяной", оказались тщетными. Через полгода от её подруг он узнал, что Оля потеряла любимого на войне и поклялась посвятить себя медицине. Но Атакулиев не сдавался. Он помнил слова матери: «Время исцеляет, всё проходит».
— Надо же, какой неожиданный гость! — удивленно воскликнула Юлия. Её голос звучал тепло и искренне. — Предчувствие меня не подвело. — Она хитро прищурилась. — Чай уже заварен, как раз к твоему приходу. Надежда Ивановна тебя отпустила, или ты сам воспользовался моментом?
— Надежда Ивановна поручила мне помочь вам с обедом, — мягко улыбнулся Руслан, заметив игривое настроение собеседницы.
Юлия окинула его снисходительным взглядом:
— Всё необходимое под рукой: вода припасена, костёр трещит. Разве что по мелочам поможешь. Да и торопиться нам некуда. Пойдём, присядем под навес, чайком угостимся, а там уж решим, на что ты сгодишься.
Руслан, устраиваясь на потрескавшейся от времени скамье, тихо признался:
— Одиночество — не самый приятный спутник.
— Кому как, — пожала плечами Юлия. — Я к уединению привыкла. Но здесь... — она оглядела выжженные солнцем голые скалы, — мне как-то неуютно. Место какое-то странное, немного пугающее, словно всё вокруг чужое и непривычное... Помнишь Кавказ?
Руслан заметил легкое напряжение в девушке. Она словно хотела что-то сказать, но боялась, что он не поймет или обидит её резким словам.
— Тебе приснился кошмар? — тихо спросил он, чувствуя её подавленность.
Юлия внимательно посмотрела на Руслана и дрогнувшим голосом спросила:
— С чего ты взял?
— Я слышал, как ты всхлипывала ночью, — признался Руслан.
— Ты ночами ходишь возле моей палатки? — Юлия подняла взгляд на Руслана, и настороженность в её глазах сменилась гневом.
— Руслан, — глаза горели огнем, — разве тебя в школе не учили не лезть в чужую жизнь?
— Прости, если влезаю не в свое дело.
— Да, Руслан, — её взгляд потеплел. — Это точно не твое дело.
— Нет, — голос молодого человека дрогнул. — Ты неправильно поняла. Я случайно услышал и решил спросить, может, могу помочь?
Юля поставила чайник и пиалы на стол. Прикрыла салфеткой чашку с печеньем и конфетами. Её резкие движения выдавали нервозное состояние. Она села напротив и сцепила дрожащие руки.
— Может быть… — Атакулиев решительно поднялся.
— Может быть... — протянула Юлия, — может быть, я и хочу рассказать.
— «Может быть» — это слишком неопределенно, — резко сказал Руслан и тут же пожалел о своих словах.
Юлия смотрела на него пристально, снизу вверх, не отводя глаз, словно видела впервые. Её глаза были пронзительными, пытливыми, словно она пыталась заглянуть внутрь, за красивую оболочку молодого мужчины.
«Мужчины такие жестокие. Сначала они красиво ухаживают, а потом бросают… или умирают», — подумала она.
«Господи, — думал Руслан. — Как же с ней сложно. Скажешь что-то не то — замкнется, будет избегать. А больше такого шанса не будет, работа затянет…»
Мысли Руслана пронеслись с головокружительной скоростью, словно поезд на полном ходу.
— Юля, послушай, — начал Руслан неуверенно. — Ты считаешь меня легкомысленным человеком, живущим одним днём. Но поверь, я способен остановиться, перестать шутить и выслушать кого-то всерьез. У меня тоже есть душа, которая чувствует, радуется и грустит. Я умею сопереживать… Я даже умею болеть за других. В детстве, когда мои сестры простужались и не ходили в школу, мне было завидно. Тогда притворялся больным, чтобы и самому не ходить на занятия, а в итоге заболевал по-настоящему, а сестрам становилось легче и маме тоже.
— Девушка растерянно посмотрела на юношу.
— Прости, опять не то сказал, — Руслан стукнул кулаком по столу и устало сел. Он проклинал себя за неудачный пример, всплывший из детства.
Повисла пауза.
— Юля, я чувствую, что тебя что-то беспокоит. Конечно, я не самый лучший советчик, но говорят, что одна голова хорошо, а две — лучше.
— Ты пей чай, — сказала Юля, а в её голосе прозвучала необычная мягкость.
— Благодарю, — Руслан провёл рукой по столу, будто пытаясь разгладить несуществующую складку на клеенке стола, — но я хотел бы поговорить с тобой. Мы давно знакомы, но никогда ещё не сидели вот так.
— Руслан, — девушка на мгновение запнулась, — я бы не хотела об этом говорить. Время летит быстро. Сегодня ровно четыре года, как его не стало.
Она неожиданно сжала руки еще крепче и устремила взгляд вдаль.
— Да, я слышал от наших, но так и не понял...
— Все это неважно, — девушка смахнула слезинку с лица.
— Я понимаю, тебе трудно говорить об этом. Я могу случайно сказать что-то не то, поэтому не обижайся, ладно? Но если ты не расскажешь… В общем, мне кажется, тебе станет легче.
Вторая слезинка выкатилась из правого глаза и блеснула на солнце.
— Ты расскажи, а я постараюсь понять. Мы вместе справимся.
— Думаешь?
— Я знаю! Ты только должна мне поверить.
Руслан напряженно думал, стоит ли сразу сказать Юле о своих чувствах или подождать. «Почему бы не сейчас?» — мелькнуло у него в голове. Главное, чтобы она не испугалась. И тут Юля сама пришла ему на помощь.
— Руслан, почему ты до сих пор не женат? У тебя даже девушки нет, а ты ведь очень привлекательный парень, — почти прошептала она.
— Мне трудно ответить на твой вопрос по двум причинам.
— Каким?
— Если я расскажу, мне придется раскрыть тайну. А если я открою тебе эту тайну, то ты просто, не поверишь.
— Руслан, ты так сложно объясняешься. С одной стороны, просишь довериться тебе, а с другой — избегаешь прямых ответов или даже насмехаешься надо мной.
— Нет, ты даже не представляешь, насколько я серьёзен.
— Юля обиженно надула губы и сказала: — Если не хочешь говорить, то и не надо. А, по-моему, ты просто врёшь!
Руслан пытался говорить спокойно, но внутри него все сжималось. Он осознавал: сейчас решается его судьба. Закончить разговор шуткой уже не представлялось возможным. Эта девушка была уникальной, и забыть её не удастся никогда. С другой стороны, на кону стояла его свобода. Этот выбор разрывал Атакулиева изнутри.
Он внимательно посмотрел на Юлю. Она сидела серьезная, в глазах читались отчаяние и боль. Светлые волосы, рассыпавшиеся по плечам, красиво переливались на солнце.
«Чего я боюсь? — мелькнуло у него в голове. — Одни волосы чего стоят!»
— Я люблю тебя Юля!
Когда их взгляды встретились, она смотрела на Руслана так, будто видела его впервые. В её огромных голубых глазах читались недоверие, растерянность, обида и изумление.
— Да, ты правильно поняла меня! Все это время я любил тебя, думал о тебе, но боялся подойти и сказать. Одна из наших общих знакомых рассказала мне о твоем парне, который погиб… Я боялся, что он лучше меня и я не достоин тебя. Я знаю, что он был лучше, но все равно люблю тебя. Извини, я говорю не очень складно, но иначе не могу. В голову лезут неправильные слова. Прости меня, — он нежно взял Юлю за руку.
Рука была мягкая, и он почувствовал, как она откликнулась на его пожатие, теперь в ее глазах стояли слезы. Руслан поднес руку Юли к губам и поцеловал.
— Ты веришь мне?
— Да, — тихо ответила девушка.
— Не отпуская ее руки, Руслан пересел к ней на лавку.
— Я правильно сделал, что признался, или надо было подождать?
— Правильно, — улыбнулась Юля.
— Он кивнул и тоже улыбнулся.
— Юля кончиками пальцев провела по его бровям, по носу, щекам, коснулась губ, и как — то растеряно сказала:
— Ты красивый.
— Ты тоже очень красивая.
— Нет, просто я до этого не обращала внимание на то, какой ты красивый, мужественный.
— Это плохо?
— Не знаю, думаю, что нет, но я всегда боялась красивых парней, они все жестокие, ты не такой, — с надежной спросила девушка.
— Я люблю тебя Юля, о чем ты говоришь, — Руслан понял, нет, он почувствовал, что чувство любви переполняет его душу, он по- настоящему любит эту хрупкую девушку.
— Я буду твоим рабом, нет, я уже твой раб, я боюсь тебя, как же я могу быть жестоким?
— Почему ты боишься меня?
— Потому, что очень люблю, понимаешь?
— Она подняла лицо и улыбнулась, — трогательно и виновато.
— Руслан бережно прикоснулся к ее лицу и начал целовать ее лоб, глаза, губы…
— Я, наверное, самый счастливый из всех людей, — прошептал Руслан.
— Юля не ответила, наклонилась и уткнулась носом в его плечо.
— Руслан почувствовал на своем плече обжигающе — горячие капли.
— Ну что ты, малыш, что ты плачешь?
— Не обращай внимание, — она всхлипнула и затихла.
— Я никогда не думала, что вновь испытаю это чувство. Но мне очень страшно.
— Почему страшно?
— Вдруг что-то случиться, прости меня, я боюсь, у меня чувство, что счастье всегда приносит, в конце концов, большое горе.
— Не думай так, миллионы людей любят друг друга — женятся, растят детей, становятся старенькими и лишь потом умирают.
— Да, другие, но не я. Иногда мне кажется, что я приношу людям несчастье.
— Это глупость, просто один раз боги ошиблись, но ты будешь счастлива, я тебе обещаю, поверь мне.
— Жара стала невыносимой, Руслан посмотрел на солнце, оно стояло в зените.
— Прости, малыш. Я обещал наладить канатную дорогу, пока не вернется группа. Это поможет им быстрее переправить находки.
— Да, конечно, у меня почти ужин готов. Тебе помочь?
— Нет, спасибо я сам справлюсь.
— Руслан поцеловал Юлю в макушку и отправился к палатке, за приспособлениями, которые ему были необходимы для работы.