Алиса всегда знала, что она не такая, как другие. В университете, пока однокурсницы спорили о феминизме и карьере, она мечтала о другом — о блеске, о гламуре, о жизни, где не нужно считать каждую копейку. Она представляла себя редактором модного журнала, вращающегося в кругах сильных и богатых.
Но реальность оказалась жестче. После выпуска её взяли в одно издание, но зарплаты стажёра едва хватало на аренду комнаты в подмосковной «хрущёвке». Подруги потихоньку устраивались, кто-то уехал за границу, кто-то вышел замуж. А Алиса стояла на месте.
— Зачем ты мучаешься? — как-то спросила её подруга Даша. — Ты же красивая. С такими данными можно жить совсем по-другому.
Алиса отмахивалась, но зерно сомнения уже было посеяно. Она никогда не думала, что станет «девушкой на содержании». Но после года безуспешных попыток устроиться в хорошо платящий модный журнал, бесконечных съёмных комнат и подработок официанткой, она поняла: мечты – это здорово, но жить тоже надо. А жить хотелось здесь и сейчас, особо не напрягаясь.
Максим появился в её жизни случайно. Вернее, не случайно — он всегда замечал красивых девушек.
Она официанткой подрабатывала в его ресторане, когда он впервые на неё посмотрел. Не так, как смотрят на обслуживающий персонал — оценивающе, с интересом.
— Ты слишком хороша для этой работы, — сказал он тогда, оставив под бокалом вина щедрые чаевые.
Алиса покраснела, но внутри что-то ёкнуло.
Через неделю он пригласил её на ужин. Не в тот ресторан, где она работала, а в дорогой клуб, куда она никогда бы не попала сама.
— Ты же понимаешь, как всё устроено, — сказал он, наливая ей вино. — Я могу дать тебе всё, что захочешь. Квартиру, машину, поездки. Но без глупостей — никаких «люблю», никаких сцен.
Она хотела возмутиться, сказать, что она не такая. Но было одно "но". Максим ей безумно нравился. Его глаза, манеры, стиль общения, как он улыбался. Она спросила:
— А если я захочу уйти?
— Тогда уйдёшь, — он улыбнулся. — Но ты не захочешь.
Первые месяцы казались финансовой сказкой.
Комфортная квартира в хорошем районе, куда она переехала после съёмной комнатки. Не дворец, конечно, но стильный ремонт, удобная мебель и главное – никаких проблем с арендой. Максим оплачивал счета, не задавая лишних вопросов.
Он не осыпал её дорогими подарками, но обеспечивал всем необходимым. Новый телефон, когда у неё сломался старый. Качественная косметика, которую она раньше не могла себе позволить. Стильная одежда перед важным мероприятием – "чтобы не стыдно было показаться вместе".
Но чем стабильнее становилась её жизнь, тем больше она теряла себя.
Максим не был тираном, просто... он не считал нужным спрашивать её мнение. Они ходили в рестораны, которые выбирал он. Проводили выходные так, как было удобно ему. Когда она попробовала записаться на курсы фотографии, он усмехнулся: "Зачем тебе это?"
Постепенно Алиса начала замечать, что перестала принимать решения. Что надеть? То, что нравится Максиму. Куда поехать? Туда, где будут его компаньоны. О чём говорить? О том, что интересно ему.
Особенно грустно было по вечерам, когда он проводил время с семьёй. Она оставалась одна в этой чужой квартире, где всё напоминало, что она здесь временно. Книги, которые она не выбирала. Картины, которые ей не нравились. Даже запах – дорогой мужской парфюм, въевшийся в мебель.
Алиса подходила к окну, закутавшись в халат, и смотрела на огни города.
— Это то, чего я хотела? — спрашивала она себя, но ответ приходил сам собой: тишина, пустота и осознание, что за комфорт она расплачивается собой.
В зеркале отражалась ухоженная девушка с безупречным маникюром. Но Алиса уже не понимала, где заканчивается роль, которую она играет, и начинается она сама.
Однажды утром Алиса проснулась от звонка в дверь. Курьер передал конверт — приглашение на свадьбу младшей сестры. Она несколько минут сидела с розовой открыткой в руках, прежде чем осознала: за последний год она ни разу не была дома.
— Макс, мне нужно съездить в Нижний на выходные, — сказала она за ужином.
Он медленно перевёл взгляд с телефона на неё:
— В какой день?
— В субботу свадьба, я хотела бы приехать накануне...
— Невозможно, — не сказал, а отрезал, словно кусок стейка. — У меня ужин с инвесторами. Ты нужна там.
Ложка в её руке дрогнула.
— Это важный день для моей семьи...
— Твоя семья не оплачивает твою жизнь, — спокойно заметил Максим.
Молчание повисло между ними тяжёлой завесой, сквозь которую не пробиться ни слову, ни взгляду.
Софию она встретила на вечеринке у общего знакомого.
Шумный пентхаус, переливы смеха и звон бокалов. Алиса стояла у панорамного окна, наблюдая, как внизу мерцают огни города. Она уже научилась держаться в толпе так, будто была здесь своей, но внутри всё ещё чувствовала себя случайной гостьей.
— Ты эскортница Максима, да?
Вопрос прозвучал за спиной напрямую, без предисловий — спокойный, без эмоций. Алиса обернулась и встретилась с холодным, изучающим взглядом. Женщина перед ней была старше, с безупречным каре и матовым маникюром. В её глазах читалось что-то, чего Алиса не могла понять — опыт, усталость, а может, предостережение.
— Да, — ответила Алиса после паузы, чувствуя, как тепло разливается по щекам.
София сделала глоток вина, не отводя взгляда.
— Я была на твоём месте. Целых три года. Большой срок.
Бокал в её руках сверкнул в свете люстры, и Алиса невольно представила, как эта же рука когда-то сжимала те же бокалы на таких же вечеринках.
— Потом он нашёл очередную.
— Меня?— Алиса запнулась, не зная, как закончить фразу.
— Нет, до тебя была другая, — София усмехнулась, и глаза её смеялись. — И после тебя будет другая. Но знаешь, что самое страшное?
Она наклонилась ближе, и Алиса уловила лёгкий аромат дорогих духов — тот же, что был у неё в шкафу, подарок Максима месяц назад.
— Когда ты привыкаешь к деньгам, ты уже не можешь без них. Ты просыпаешься и первое, о чём думаешь — кто оплатит этот завтрак? Кто купит платье на следующий сезон? Кто заменит телефон, если он разобьётся? — София сделала паузу, её голос стал тише. — И тогда ты начинаешь искать нового «спонсора». И так — до бесконечности. Вернее, пока молода.
Алиса почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она машинально прикоснулась к своему браслету — подарку, который ещё неделю назад казался ей таким важным.
— А что делать? — прошептала она, и её голос дрогнул.
София повернулась назад, её взгляд скользнул по переполненному залу, где красивые люди смеялись над чужими шутками и целовали щёки тем, кого не помнили с прошлой вечеринки.
— Выбирать, — сказала она, наконец, поворачиваясь к Алисе. — Или ты вещь, красивая и удобная, или ты человек. Но помни — чем дольше играешь роль украшения, тем сложнее вспомнить, кто ты на самом деле.
Она поставила бокал на подоконник.
— Мы все думаем, что будем исключением, — добавила София уже на прощание. — Но правила игры не меняются. Меняются только игроки.
И растворилась в толпе, оставив Алису наедине с городскими огнями и внезапно ставшим невкусным вином.
Она ушла через месяц.
Тот день запомнился ей до мельчайших деталей. Дождь стучал по подоконнику её – нет, уже не её – спальни, когда она складывала вещи в чемодан. Неожиданно оказалось, что за год жизни здесь по-настоящему её было немного: пара джинсов, поношенные кроссовки, потрёпанный томик стихов, который Максим как-то назвал "студенческим бредом". Вещи, которые он ей дарил, брать не стала. Не хотела воспоминаний.
Он застал её за этим занятием, остановившись в дверях с бокалом виски в руке.
— Серьёзно? — спросил он, и в его голосе не было даже намёка на волнение.
Алиса не подняла глаз, продолжая аккуратно складывать вещи.
— Да. Я ухожу.
Тишина. Только тиканье дорогих часов в гостиной и шум дождя за окном.
— Ну, как знаешь, — наконец, произнёс Максим, сделав глоток виски. Он стоял, прислонившись к дверному косяку, и смотрел на неё с лёгким недоумением, будто наблюдал за странным, но не особо интересным спектаклем. — Если передумаешь – звони.
Его спокойствие обожгло сильнее, чем могла бы обжечь злость. В этом равнодушии была вся правда об их отношениях.
Алиса застегнула чемодан с тихим щелчком.
— Не передумаю.
Она прошла мимо него, не оглядываясь. В прихожей на мгновение остановилась перед зеркалом – в нём отражалась девушка в простых джинсах и футболке, с минимальным макияжем. Та самая Алиса, которую она почти забыла за этот год.
Дверь закрылась за ней с тихим щелчком. Лифт ехал вниз мучительно долго. В кармане лежали ключи от съёмной комнатки, которую она тайно сняла две недели назад. Телефон молчал – Максим, конечно же, не стал её останавливать.
Первое время было тяжело.
Непривычно тяжело.
Просыпаться не в шелковистой постели, а на потертом диване в съемной комнате. Считать каждую копейку, прежде чем купить чашку кофе. Носить одну и ту же пару туфель целый сезон.
Алиса научилась готовить бюджетные блюда , разбираться в скидках и откладывать на черный день. Ее пальцы, привыкшие к легкому щелчку по золотой карте, теперь дрожали при большой покупке, набирая пин-код на терминале в супермаркете.
Но зато...
Она впервые за долгое время выбирала. Выбирала, на что потратить свою скромную зарплату. Выбирала, с кем провести выходные. Выбирала, о чем писать в своем блоге.
Она устроилась копирайтером в маленькое рекламное агентство. Первые месяцы были адом - бесконечные правки, ночные дедлайны, клиенты, которые считали, что знают о текстах больше нее. Но с каждой новой удачной кампанией ее голос становился увереннее, а портфолио - весомее.
По вечерам она вела блог о карьере в медиа. Поначалу читателей было мало - пара подруг да несколько случайных подписчиков. Но Алиса писала честно: о провалах, о маленьких победах, о том, как заново учиться быть собой.
Иногда, особенно в дождливые вечера, она вспоминала Максима. Его уверенные жесты, привычку заказывать за нее в ресторанах. Вспоминала Софию и ее предостерегающий взгляд.
Но теперь эти воспоминания не вызывали ни тоски, ни горечи - только тихую благодарность за урок.
Однажды, стоя перед зеркалом в своей скромной, но уютной комнате, Алиса поймала себя на мысли: она больше не играет роль. Не старается соответствовать чьим-то ожиданиям.
Её отражение улыбнулось ей в ответ - просто, искренне, без всякой позолоты.
Свобода, оказалось, пахла не дорогими духами и свежими банкнотами.
Она пахла утренним кофе, сваренным своими руками.
Звучала смехом друзей в соседнем баре.
Ощущалась в легкой усталости после честного рабочего дня.
Эпилог: Год спустя
Дождь стучал по зонту, когда Алиса спешила на встречу. В кармане — визитки с новой должностью: «Креативный копирайтер». В портфеле лежали распечатанные экземпляры рекламной кампании, которую она разрабатывала три месяца для богатого клиента. Ещё макеты проекта для старого знакомого, который её ждал (вернее, ждала) в кафе.
На перекрестке, ожидая зеленый свет, она случайно увидела знакомый силуэт. Максим выходил из ресторана с новой спутницей — юной, ухоженной, в пальто, которое Алиса узнала бы с закрытыми глазами. Та самая модель из прошлогодней коллекции.
Девушка смеялась, запрокинув голову, точно так же, как когда-то смеялась она сама.
Светофор переключился. Алиса двинулась через дорогу, не оборачиваясь. Капли дождя застучали по ее новому портфелю — не брендовому, но удобному, купленному на первую серьезную зарплату.
В кафе за углом ее ждала София — теперь уже не соперница, а коллега по агентству.
— Ну что, звезда? — улыбнулась та, отодвигая стул.
Алиса достала из портфеля макеты.
— Давай обсудим твой проект. Я думаю, тебе стоит присмотреться к этому варианту...
— Как я перестала быть декорацией? — София подняла глаза.
— Как ты стала собой, — поправила Алиса.
Их обсуждение слилось с шумом дождя за окном. Таким разным. Таким живым.
За соседним столиком кто-то засмеялся, официант торопливо пронес поднос с десертами, за окном мелькнул желтый зонтик прохожего — обычная городская суета, в которой теперь было место и для нее. Настоящей. Без прикрас. Без золотой клетки.