Ольга проснулась от знакомого скрипа половиц. Пять утра. Свекровь опять начала свой утренний обход квартиры. Проверка территории, как называла это про себя Ольга.
Скрип приближался к их спальне. Ольга напряглась, прислушиваясь. Вот шаги замерли у двери. Тишина. Потом тихий щелчок – Зинаида Павловна проверяла, заперта ли дверь. Ольга специально начала запирать спальню на ночь после того, как несколько раз просыпалась от того, что свекровь стояла над их кроватью "просто проверить, всё ли в порядке".
– Опять не спишь? – сонно пробормотал Игорь, притягивая жену к себе.
– Твоя мама patrol делает, – прошептала Ольга.
– Ну и пусть ходит. Спи давай.
Легко сказать – спи. Ольга лежала, вслушиваясь в звуки за дверью. Вот свекровь прошла на кухню. Загремела посуда. Потекла вода. Сейчас начнется "тихая" уборка, которая разбудит весь дом.
Три года. Три года Зинаида Павловна жила с ними. Переехала после того, как продала свою квартиру в провинции. "Временно поживу, пока новую не присмотрю", – сказала тогда. Временно затянулось.
Ольга встала, понимая, что уснуть уже не удастся. Накинула халат и вышла на кухню. Свекровь стояла у плиты, что-то помешивая в кастрюле.
– Доброе утро, мам, – Ольга старалась говорить нейтрально.
– Уже утро? А я думала, ты до обеда дрыхнуть будешь, – не оборачиваясь, ответила Зинаида Павловна. – Кашу варю. Правильную, не то что твои мюсли из коробки.
"Началось", – подумала Ольга, наливая себе кофе из кофеварки.
– И кофе опять пьешь. Я тебе сколько раз говорила – вредно это. Желудок испортишь. А потом дети больные родятся.
– Мам, мне тридцать четыре года. Я как-нибудь сама решу, что мне пить.
– Решу она! – фыркнула свекровь. – Три года замужем, а внуков мне так и не родила. Всё решает!
Ольга прикусила язык. Эта тема была больной. Они с Игорем хотели детей, но пока не получалось. Обследования показывали, что оба здоровы, врачи советовали не нервничать и ждать. "Не нервничать" – с Зинаидой Павловной в доме это было невыполнимо.
День начался как обычно. Ольга работала из дома – писала статьи для различных изданий. Свекровь, несмотря на просьбы не шуметь, гремела посудой, включала телевизор на полную громкость, заходила каждые полчаса с "важными" вопросами.
– Оля, ты обед готовить собираешься? Или опять Игорька голодным оставишь?
– Я работаю, мам. Обед будет к двум, как всегда.
– Работаешь! В компьютер пялишься – это не работа. Вот я в твои годы на заводе стояла!
Ольга сохранила документ и закрыла ноутбук. Бесполезно. Когда свекровь в таком настроении, работать невозможно.
На кухне Зинаида Павловна уже хозяйничала – переставляла продукты в холодильнике "правильно", выбрасывала то, что считала испорченным.
– Мам, этот йогурт был нормальный! Срок годности до завтра!
– Кислятина! Я лучше знаю, что испорчено. Вы молодые, не разбираетесь. Травитесь чем попало, а потом удивляетесь, почему дети не получаются.
Опять эта тема. Ольга почувствовала, как начинает дрожать подбородок. Только не плакать. Не показывать слабость.
– Зинаида Павловна, давайте не будем об этом.
– А о чем будем? О том, как ты мужа моего морить голодом собираешься? Смотри, что приготовила! – свекровь ткнула пальцем в сковородку, где жарилась курица. – Специи одни! Желудок посадишь Игорю!
– Игорь любит острое...
– Любит! А ты потакаешь! Жена должна о здоровье мужа заботиться, а не о его капризах!
Вечером, когда Игорь вернулся с работы, Ольга попыталась поговорить. Они сидели в спальне – единственном месте, где можно было побыть вдвоем.
– Игорь, так больше нельзя. Твоя мама... она меня изводит.
– Оль, ну что ты преувеличиваешь? Мама просто заботится о нас.
– Заботится? Она критикует каждый мой шаг! Как я готовлю, как убираю, как одеваюсь! И эти постоянные намеки про детей...
– Ну хочет бабушкой стать. Что тут такого? Все родители хотят внуков.
– Игорь, я была у врача на прошлой неделе. Знаешь, что он сказал? Что у меня хронический стресс. Что это может быть причиной... – голос Ольги дрогнул.
– Причиной чего? – Игорь обнял жену.
– Того, что не получается забеременеть. Организм в постоянном напряжении. А как тут расслабиться, когда твоя мать...
Дверь резко распахнулась. Зинаида Павловна стояла на пороге с подносом.
– Чай принесла! А вы тут секретничаете! От матери секреты? Нехорошо!
– Мам, мы просто разговариваем, – Игорь выпустил Ольгу из объятий.
– Разговариваете! А я одна телевизор смотрю! Сын родной матери время не уделит!
Следующие недели Ольга вела дневник. Психолог посоветовала записывать все случаи, когда свекровь её задевала. "Это поможет вам увидеть масштаб проблемы и покажет мужу", – сказала она.
Записи множились с пугающей скоростью:
"Понедельник. З.П. выбросила мою косметику – 'химия вредная, поэтому ты и не беременеешь'. Косметика была новая, за 5 тысяч."
"Вторник. Весь день рассказывала, какая прекрасная хозяйка была первая девушка Игоря. Показывала её фотографии из соцсетей – 'вот у неё уже трое детей'."
"Среда. Пришла подруга. З.П. весь визит рассказывала, какая я плохая жена. Подруга ушла в шоке."
"Четверг. Обвинила меня в том, что я специально не беременею, чтобы фигуру сохранить. При Игоре. Он промолчал."
"Пятница. Нашла мои противозачаточные таблетки (которые врач прописал для регуляции цикла) и устроила скандал. Назвала убийцей нерожденных внуков."
В субботу Ольга показала дневник Игорю.
– Это за одну неделю, Игорь. За одну! И так три года!
Игорь читал, и его лицо мрачнело.
– Я... я не знал, что всё так серьезно.
– Потому что при тебе она сдерживается! А когда ты на работе, она меня просто уничтожает морально!
– Поговорю с ней. Обязательно поговорю.
Но разговор только ухудшил ситуацию. Зинаида Павловна устроила истерику.
– Она тебя против матери настраивает! Я всю жизнь на тебя положила, а ты! Родную мать за какую-то женщину!
– Мам, Оля – моя жена!
– Жена! Которая даже внуков родить не может! Бесплодная! Вот Светка Михайлова тебя ждет до сих пор!
– Мама!
– Что мама? Правду говорю! Развелся бы с этой, женился на нормальной! Я бы уже внуков нянчила!
Ольга слышала всё из спальни. Слезы текли по щекам, руки тряслись. Достаточно. Она больше не может.
После того разговора Зинаида Павловна объявила Ольге настоящую войну. Если раньше она хотя бы пыталась прикрывать свою неприязнь заботой, то теперь перешла к открытой агрессии.
– Из-за тебя мой сын против матери пошел! Змея подколодная!
– Зинаида Павловна, я просто попросила соблюдать границы...
– Границы! В моём доме мне про границы говорить будешь?
– Это наш с Игорем дом!
– Ваш? Да если бы не мои деньги, не видать вам этой квартиры!
Это была правда – Зинаида Павловна вложила деньги от продажи своей квартиры в покупку этой. Но по документам квартира была оформлена на Игоря.
Ольга начала запираться в спальне, чтобы работать. Но свекровь и там её доставала – стучала в дверь, требовала открыть, обвиняла в том, что она "секретничает".
Однажды Ольга вернулась из магазина и обнаружила, что замок в двери спальни сломан.
– Я случайно! – заявила Зинаида Павловна. – Хотела пыль протереть, а оно заклинило!
В другой раз Ольга нашла свой ноутбук открытым, хотя точно помнила, что закрывала.
– Я не трогала твою железяку! – возмущалась свекровь. – Может, сама забыла!
Апогеем стал вечер, когда Ольга обнаружила Зинаиду Павловну, роющуюся в их с Игорем личных вещах.
– Что вы делаете?!
– Порядок навожу! Бардак у вас!
– Это наша спальня! Наши вещи!
– Ага, прячете что-то! Я знала! Любовника завела, да? Поэтому детей нет!
– Что?! Вы с ума сошли!
– Это ты сумасшедшая! Психичка! Мужа моего околдовала!
Ольга почувствовала, как что-то внутри неё ломается. Комната поплыла перед глазами, сердце бешено заколотилось.
– Уходите. Немедленно уходите из нашей спальни.
– Или что? Что ты мне сделаешь, бесплодная?
Ольга закричала. Просто закричала от бессилия, боли, накопившейся обиды. Зинаида Павловна отшатнулась.
– Психичка! Игорь! Игорь! Твоя жена с ума сошла!
Игорь прибежал с работы через час. Ольга сидела на кухне, завернувшись в плед, и мелко дрожала. Зинаида Павловна причитала в гостиной.
– Оля, что случилось? Мама сказала, ты кричала, угрожала ей...
– Я не угрожала, – голос Ольги был тихим, бесцветным. – Я просто... сломалась.
– Как сломалась? Оль, ты меня пугаешь.
– Игорь, я больше не могу. Физически не могу. У меня трясутся руки, видишь? Я не могу остановить дрожь. Сердце колотится так, что больно. Я не сплю ночами. Я пью успокоительные горстями.
– Почему ты раньше не сказала?
– Говорила. Ты не слышал. Или не хотел слышать.
Из гостиной донеслось:
– Игорёк! Иди сюда! Мне плохо!
Игорь дернулся было встать, но Ольга схватила его за руку.
– Если ты сейчас уйдешь к ней, я уйду. Навсегда.
– Оля...
– Выбирай, Игорь. Или она, или я. Я не могу больше жить в одном доме с человеком, который меня ненавидит.
– Она не ненавидит! Просто характер сложный...
– Она назвала меня бесплодной психичкой. Она роется в наших вещах. Она обвиняет меня в изменах. Это не сложный характер, это целенаправленное уничтожение!
– Игорь! Сынок! – голос Зинаиды Павловны стал требовательным.
– Иди к маме, – устало сказала Ольга. – Она важнее.
– Нет! Ты важнее! Но я не могу выгнать родную мать!
– А я не могу жить с ней под одной крышей. Твоя мать больше не будет жить с нами, она довела меня до нервного срыва! Буквального! Мне нужна медицинская помощь, Игорь!
– Что ты предлагаешь?
– Пусть снимает квартиру. На деньги от продажи своей можно снимать хоть десять лет. Или пусть едет к твоей сестре в Краснодар.
– Она не поедет...
– Тогда я уеду. К родителям. И подам на развод.
Разговор с Зинаидой Павловной превратился в настоящее сражение. Игорь пытался мягко объяснить, что Ольге нужен покой, что врач рекомендует снизить стресс.
– Стресс у неё! От чего стресс? От того, что свекровь о ней заботится?
– Мам, ты слишком... активно заботишься. Оле нужно личное пространство.
– Личное пространство! Новомодные словечки! Раньше жили большими семьями, и никто не ныл!
– Времена изменились...
– Это она тебя против меня настроила! Специально! Чтобы квартиру заполучить!
– Мама, это наша квартира. И мы не выгоняем тебя. Просто предлагаем снять отдельное жильё. Мы будем помогать финансово.
– Не нужна мне ваша помощь! Я свои деньги в эту квартиру вложила!
Скандал длился часами. Зинаида Павловна плакала, угрожала, шантажировала. Говорила, что умрет без сына. Что Ольга её убьет. Что они пожалеют.
Ольга сидела в спальне, слушая крики за стеной, и собирала вещи. Хватит. Она предупредила.
К ночи Игорь вернулся в спальню. Выглядел он ужасно – постаревший на десять лет.
– Она согласилась посмотреть квартиры для съема. Но говорит, что это временно. Пока ты... лечишься.
– Я не больна, Игорь. Я просто дошла до предела.
– Я знаю. Прости меня. Я должен был раньше вмешаться.
– Да. Должен был. Три года назад.
На следующий день начались поиски квартиры. Зинаида Павловна отвергала все варианты – то далеко, то дорого, то соседи подозрительные. Было очевидно, что она тянет время.
А Ольга тем временем действительно обратилась к врачу. Диагноз был неутешительный – затяжной стресс, тревожное расстройство, начальная стадия депрессии.
– Вам необходим покой, – сказал психотерапевт. – И устранение источника стресса.
– Я работаю над этим.
Прошел месяц. Зинаида Павловна все еще жила с ними, саботируя любые попытки найти жилье. Ольга держалась на антидепрессантах и силе воли.
Переломный момент наступил неожиданно. Ольга вернулась от врача с хорошими новостями – анализы показали, что она беременна. Четыре недели. Чудо случилось.
Она ждала Игоря, чтобы сообщить ему первому. Но Зинаида Павловна увидела результаты анализов, которые Ольга оставила на столе.
– Беременна? Ха! Не верю! Подделка!
– Зинаида Павловна, это официальный анализ из лаборатории...
– Знаю я эти лаборатории! За деньги что угодно напишут! Ты специально, да? Чтобы меня выжить!
– Что? Нет! Мы три года этого ждали!
– Ждали! А как я появилась, так сразу забеременела! Подозрительно!
Ольга почувствовала знакомую дрожь. Нет, только не сейчас. Не когда внутри неё новая жизнь.
– Уходите. Пожалуйста, просто уходите из кухни.
– Не указывай мне! Проверю я твою беременность! Небось от любовника!
Это было слишком. Ольга схватилась за живот, чувствуя резкую боль.
– Нет... Нет, пожалуйста...
– Что, правда глаза колет? Симулянтка!
Боль усилилась. Ольга сползла по стене на пол. Между ног потекло что-то теплое.
– Скорую... Вызовите скорую...
Зинаида Павловна застыла, глядя на кровь.
– Ты... ты специально! Чтобы меня обвинить!
Ольга потеряла сознание.
Ольга очнулась в больнице. Рядом сидел Игорь, держа её за руку. Глаза красные, небритый.
– Малыш? – прошептала она.
Игорь покачал головой, и Ольга закрыла глаза. Слезы потекли по щекам.
– Прости меня. Прости за всё. Это моя вина.
– Где она?
– Мама? Я отвез её к сестре. Насильно. Сказал, что если не уедет, я подам заявление в полицию за доведение до выкидыша.
– Она не виновата в выкидыше...
– Виновата. Врач сказал – сильный стресс. Если бы не постоянное напряжение, ты бы сохранила беременность.
Они молчали. За окном шел снег, укрывая город белым покрывалом.
– Что теперь? – спросила Ольга.
– Теперь мы будем жить вдвоем. Мама больше не вернется. Никогда. Я дал ей денег на квартиру в Краснодаре. Сестра присмотрит.
– Она тебя возненавидит.
– Пусть. Я чуть не потерял тебя. И потерял... потерял нашего ребенка. Из-за своей трусости.
Ольга сжала его руку.
– Будут другие дети. Когда я поправлюсь. Когда научусь снова жить без страха.
– Будут, – Игорь поцеловал её ладонь. – И я буду защищать тебя. От всех. Даже от родной матери.
Через полгода Ольга действительно поправилась. Терапия, антидепрессанты, спокойная жизнь без свекрови сделали своё дело. Она снова начала улыбаться, работать, строить планы.
Зинаида Павловна звонила Игорю, жаловалась сестре, писала гневные сообщения. Но в их дом дорога ей была закрыта навсегда.
Однажды Ольга получила от неё письмо. "Из-за тебя я потеряла сына. Надеюсь, ты довольна, разлучница".
Ольга выбросила письмо, не дочитав. Некоторые мосты должны оставаться сожженными. Некоторые люди не способны на любовь без разрушения.
А жизнь продолжалась. Без страха услышать утренние шаги. Без дрожи от каждого скрипа двери. Без необходимости запирать спальню на ночь.
Просто жизнь. Спокойная, счастливая жизнь двух людей, которые любят друг друга.
И этого было достаточно.
