Исход
— Куда это намылился? Покушать собирались же, — говорила Елена, выходя вслед за мужем в коридор.
— С Бобби погулять. Через полчаса буду, — тихо ответил он, застегивая поводок на ошейнике бигля и натягивая куртку. Глаза избегали её взгляда — как виноватый подросток.
Она закрыла дверь за ним и вернулась на кухню. На столе стояли пустые тарелки, кастрюля с нажористым рагу, медленно остывала, запах остался — уютный, домашний.
Но где он? Обычно возвращался быстро, первым садился за стол.
— Странно всё это, — подумала Елена, взглянув в окно на двор.
Она увидела Бориса, идущего с собакой. Бобби остановился и обнюхал куст. Муж посмотрел на окна их квартиры на втором этаже — заметил её — и отвернулся.
После этого он пропал. Ни через десять минут, ни через два часа домой не вернулся.
Остывший ужин больше не казался ароматным. Елена металась по квартире — просторной, обжитой, с высокими потолками и узорным потолочным плинтусом — и не находила себе места. Телефон выключен, родственники и друзья не знали где он. Позвонила в больницы, в полицию — но никаких сведений. Борис или похожий человек в больницу не обращался. Листала городские паблики, чат соседей - новостей ноль.
Ночь наступала — страх и отчаяние не давали ей спать. Утром она пришла на работу бледная, с тёмными кругами под глазами.
— Что случилось, ты в полицию заявление не подала? — спрашивали коллеги.
— Говорят, приём через три дня. Типа, он ещё «нагуляется». — И заливалась слезами, в голове роились самые ужасные мысли.
Признание
На третий день она пришла в полицию. Фото Бориса — свежее и чёткое, в той же одеже, Бобби рядом.
На выходе в сумке зазвонил телефон:
— Кира? Как ты? — голос Бориса был тихим, глухим. — Прости. Я долго носил это внутри — люблю другую. Утром, когда дома никого не было, собрал вещи и ушёл. Назад не вернусь.
Она стояла посреди тротуара, почти бессознательно рыдая:
— Ты трус. Ты подлец…
Телефон снова отключился. Она не помнила, как дошла домой. Упала на кровать, не переодеваясь. Пыталась заснуть до прихода дочери, но все воспоминания вспыхивали яркими вспышками перед глазами, боль, обида, страх и полное непонимание происходящего.
Отказ и принятие
С оформлением развода пришло облегчение — и отчуждённость. Она перестала мыслить о мести, прекратила искать его новую женщину.
Но дочь, Аня, сказала:
— Я видела его с той женщиной. Они с ребёнком в однушке живут… Я ходила к ним на день рождения.
Два дня дочь и мать не разговаривали. Аня мыслила рационально, хотела захотела защитить мать, но и отца не могла забыть. Кира все понимала — но боль от предательства была сильнее.
Прошёл год. Ещё год. Дочь окончила школу. Елена не вступала в новые отношения. Боялась предательства, Боль притупилась и была еле заметна, но сил не хватало, что бы отпустить и забыть его окончательно.
Внезапный звонок
2019 год. Однажды утром раздался звонок с городского телефона. Спросили её, кем ей приходится Борис Борисович Соболев.
Она направилась в больницу. Сердце колотилось, в голове роились мысли. Приехала туда — молодой врач сел напротив неё.
— Прошло чуть больше недели, как госпитализирован. Он попал под машину, после травмы — инсульт. Сейчас почти не говорит и не двигается. Работает только правая рука и то еле-еле. Его надо выписывать домой, у нас не хватает мест… Ковид.
— А его жена? — с трудом выговорила она.
— Сожительница. У неё ребёнок. Сказала, что квартира маленькая, они не справятся, не хочет травмировать малыша. Но он написал записку — просит вас позаботиться…
Елена зажмурилась.
— Так значит, пока здоров — приноси деньги, не можешь — стало неудобно?
— Есть шанс полного восстановления, нужна реабилитация, покой и уход.
Принятие и сопротивление
На следующий день домой — в квартиру, откуда он ушёл, вернулся он… на носилках. Назар (сосед) помог поднять.
Она застелила постель,, купила лекарства, питание, пеленки, подгузники, подготовила еду, купила оборудование.
Стоя у кровати, сказала:
— Я не простила. И не полюблю снова. Но ты отец дочери, наш с тобой вклад в семью — это и есть причина, почему ты здесь. Не сдашься и будешь стараться - помогу. Будешь лежать и думать, что я свою жизнь положу на тебя — выкачу во двор и будь, что будет.
Он сжал губы и съел ложку супа. Слеза покатилась по небритой щеке, а уголок губ еле заметно приподнялся, жалкое подобие, некогда шикарной улыбки.
Эта помощь стала для неё подвигом: она наняла сиделку, массажиста. Медленно он научился сидеть, держать ложку, ходить с поддержкой тренеров.
Испытание временем
Шли годы. Боль и ненависть сменились вымученным уважением. Она научилась молчать и давать ему минимум внимания — ровно столько, чтобы не сломиться.
Но после повторного кровоизлияния в мозг, он умер. После похорон она решила что пора перечеркнуть прошлое. Эту огромную сталинскую квартиру разменяла на две просторные студии в новостройках — одну продала, расплатилась с кредитами. Остальное — дала дочери.
Аня вышла замуж, уехала. Елена жила тихо — иногда приходила на кладбище, подметала могилу, приносила цветы… и всё ждала ту женщину, которая забрала у нее всё, кроме достоинства — чтобы сказать всё, что накопилось в ней за эти годы.
Но встреч не было.
Дорогие мои, не забывайте подписаться на мой канал, чтобы не пропустить новые истории и рассказы, полные жизненных уроков, мудрости и искренности. Ваши комментарии, лайки и поддержка значат для меня многое!
С любовью, Лариса Гордеева.