*Маниса, гарем Шехзаде Мустафы*
День клонился к вечеру, когда Нуриджихан впервые ступила за порог своих новых покоев. Пол был устлан мягкими коврами, окна выходили на внутренний сад, откуда доносились запахи лавра и гранатовых цветов. Всё было устроено со вкусом… но не её вкусом, всё было чуждо.
Она прошлась по комнате, взгляд скользил по деталям: на резной ширме — тонкие узоры, как на шали Айше; на подушках — вышивка, точно такая, как на диванах в покоях фаворитки. Даже аромат в воздухе был не её любимым — не жасмин, а сандал.
— Чей это выбор?.. — прошептала она служанке, нахмурившись. Но ответ она уже знала.
*Айше…*
Она не дождавшись служанки, быстро вышла и сама ринулась к Айше.
Покои Айше Хатун были освещены мягким светом ламп. Она сидела перед зеркалом еще в наряде и вплетала в волосы тонкую ленту с жемчугом, будто готовилась к ночи с Шехзаде. Услышав шаги, она обернулась к двери. На её лице не было удивления — только легкая ухмылка.
— Нуриджихан Султан, — сказала она, оторвавшись от зеркала и любования чуть кивнула головой. — Вы чего-то хотели?
Нуриджихан не проронив ни слова, прошла в комнату и остановилась напротив неё.
— Ты сама выбирала мои покои? - она готова взорваться, но держится строго и говорит с осторожностью.
— Конечно. Шехзаде доверяет мне. Он был занят. А я лишь хотела, чтобы вам было комфортно. - говорила Айше со спокойствием поправляя свои волосы
— Комфортно?.. — губы Нуриджихан дрогнули. — Ты выбрала всё так, чтобы напоминать мне о тебе. Или, может быть, чтобы показать: будто ты здесь хозяйка? - Нуриджихан усмехнулась.
Айше медленно встала. Ростом они были почти равны, и сейчас их взгляды встретились. В них читалась вся ярость и ревность женщин. Будто встретились две львицы, готовые ради Шехзаде разодрать друг друга в клочья.
— Я не нуждаюсь в напоминаниях. Всё здесь — его воля. И пока Мустафа зовёт меня любимой — я не боюсь твоего титула.
— А я — не боюсь твоих взглядов, Айше Хатун. Ты, может, и занимала место в его ложе… но в его сердце я одна и теперь я — его законная жена. Перед Аллахом и перед миром. И если ты собираешься управлять мною и Мустафой из тени — знай: я — не из тех, кто отступает.
Айше хмыкнула, чуть склонив голову, как кошка, не решившая ещё — расцарапать или тихо наблюдать.
— Сердце — не подчиняется законам. - говорила Айше
— Может быть, но дворец — подчиняется. И гарем и ты — тоже - гордо заявила Нуриджихан
Напряжение повисло в воздухе, будто перед ударом меча. Но ни одна не шевелилась. Они смотрели друг на друга, как две луны, отражённые в одном колодце — одинаково слепящие и гордые.
— Может быть ты и сможешь подчинить гарем, но вот Мустафу склонить к себе не получится, ведь он не любит тебя и на ночь зовет не тебя, а меня. Что толку, что ты его жена, а Нуриджихан? - она двинулась к ней ближе и не боясь ее, смотрела ей прям в душу с победной улыбкой после колкой фразы.
— Да как ты смеешь, Хатун?! - Нуриджихан не выдержала хамства и стыда, что испытал от ее фразы, и ее холодная ладонь прилетела по лицу фаворитки.
— А - глаза Айше наполнились слезами а ее ладонь примкнула к красной щеке от боли, она не знала что ей делать, лишь смотрела на Нуриджихан красными разъяренными глазами.
Нуриджихан дрогнула от того, что только что сделала с девушкой, ее дыхание сбилось, все ее лицо дрожало, сердце сжалось, а в ладони чувствовалось жжение. Она почувствовала тревогу и быстро вышла из покоев фаворитки, оставив двери нараспашку.
*Топкапы, покои Сулеймана*
В покоях царила тишина, нарушаемая только негромким звоном посуды и мягким потрескиванием углей в жаровне. Сулейман что-то говорил во время ужина, но глаза Хюррем не задерживались на нём. Она кивала, отвечала коротко, будто мысленно была не с ним. Паузы между репликами становились длиннее, а взгляд Хюррем совсем затерялся в ее мыслях, и, наконец, Сулейман замолчал, наблюдая за ней с лёгкой обидой.
В этот момент в покои кто-то постучался. Хюррем вдруг вернулась в реальность, а Сулейман, сначала посмотрел на нее, а затем в сторону двери ответил:
— Войдите!
Тогда двери открылись и в них показалась маленькая фигура госпожи, их дочери Михримах. Она остановилась у дверей когда те закрылись и серьезно сложила ладони перед собой.
— Михримах, доченька, что-то случилось? — искренне потревожилась Хюррем
— Нет, матушка, все хорошо – ответила девочка, смотря на мать и отца
— Михримах, что за визит столь поздней ночью? - Сулейман понял, что его маленькая госпожа чем-то озобочена
Михримах подошла к их столу и Сулейман указал ей присесть.
— Ну, что, говори моя луноликая госпожа…
— Матушка.., отец.. - ее голос звучал серьезно настроенным — Может я еще совсем молода, но однажды вам все равно придется сделать выбор касаемо моей судьбы..
Сулейман посмотрел на Хюррем, а та на него и они продолжили слушать Михримах.
— Я уже не маленькая и понимаю что через несколько лет я выйду замуж.. - ее оборвала Хюррем.
— Михримах, мы позаботимся о твоем счастье не переживай еще - засмеялась от услышанного Хюррем, Сулейман же продолжал внимательно слушать.
— Все же, матушка, послушайте. Я бы не хотела замуж за того кого не знаю и не люблю. Поэтому я прошу вас не связывайте меня узами ни с кем кроме Рустема.. я люблю его, хоть и мала, но я верю в его верность и искренность. - Михримах быстро высказала всё то, что у нее было на душе.
— Рустем Паша? - Сулейман прекрасно понимал Михримах, ведь дочь уже говорила ему о тайных чувствах к Рустему, но решил спросить ее еще раз
— Да, отец. Я знаю что, он уважает Вас и служит Вам преданно. Я знаю, что он старше. Я не прошу свадьбы сейчас… Но прошу одного — не отдавайте меня другому.
— Михримах, ты уверена что готова будешь провести свою жизнь именно с Рустемом? - искренне запереживала Хюррем
— Да матушка, я уверена, и пока моё сердце не переменится — пусть он будет моим мужем.
— Хорошо, Михримах, я услышал твое желание. Мы с твоей мамой обговорим это и примем решение, а пока иди ложись, уже поздно. - сказал Сулейман.
Михримах улыбнулась, ведь ее услышали, она встала подошла к отцу, поцеловала ему руку и пожелала спокойной ночи, затем подошла к матушке и обняла ее.
— Утро вечера мудренее, отдыхай доченька. - проговорила Хюррем и поцеловала дочь в лоб.
Когда Михримах ушла Сулейман допил своё вино, а Хюррем закончила ужин. Тогда Сулейман хотел пригласить свою жену в ложе, однако та его перебила.
— Сулейман, я пожалуй пойду в свои покои, очень устала.
— Хорошо, моя госпожа - он потянулся поцеловать Хюррем на прощание, но она отодвинулась лишь подержав его руку и встала.
— Благодарю за ужин, Сулейман. Спокойной ночи - спокойной проговорила Хюррем и поклонилась ему.
Сулейман промолчал, он не понимал что происходит с его Хасеки, но не стал ее нагружать и отпустил ее уйти. Двери в покои захлопнулись и вместе с ними погасили свечи внутри. Сулейман лег спать, один, в холодную постель…
Продолжение следует...
Простите за долгое отсутствие 🥺💞 надеюсь, что скоро будет больше свободного времени