Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Бронзовая икона в заброшенном доме Ленобласти: Как кирзачи сохранили святыню 1850–1890 гг

«28 марта в Выборгском районе: Что скрывали советские кирзачи в доме, где не жили с 1990 года? Советы для тех, кто ищет в лесу» 28 марта я шёл в лес возле заброшенного дома в Ленинградской области, где последние сугробы ещё таяли в тени, хотя на солнце уже хлюпала вода и весна набирала свою силу. Этот дом был частью колхозного подсобного хозяйства, где перестали жить с 1990 года, когда всё хозяйство развалилось и люди уехали. От дома остался лишь один уцелевший уголок — коридор, где раньше хранили обувь. Пол был из гнилых досок, стены покрыты плесенью, а на нижней полке лежали старые кирзачи в таком состоянии, что даже улитка к ним прилипла. И вот что меня больше всего удивило: кирзачи сохранились намного лучше, чем дерево вокруг, а в одном из них, аккуратно завёрнутая в старый шерстяной носок, лежала бронзовая икона XIX века. Кирзачи — это не просто обувь, а вечные изделия советских времён, созданные так, чтобы служить десятилетиями. Они сохранились в хорошем состоянии, и если их по
Оглавление

«28 марта в Выборгском районе: Что скрывали советские кирзачи в доме, где не жили с 1990 года? Советы для тех, кто ищет в лесу»

Как всё начиналось

28 марта я шёл в лес возле заброшенного дома в Ленинградской области, где последние сугробы ещё таяли в тени, хотя на солнце уже хлюпала вода и весна набирала свою силу.

Этот дом был частью колхозного подсобного хозяйства, где перестали жить с 1990 года, когда всё хозяйство развалилось и люди уехали.

От дома остался лишь один уцелевший уголок — коридор, где раньше хранили обувь.

Пол был из гнилых досок, стены покрыты плесенью, а на нижней полке лежали старые кирзачи в таком состоянии, что даже улитка к ним прилипла.

И вот что меня больше всего удивило: кирзачи сохранились намного лучше, чем дерево вокруг, а в одном из них, аккуратно завёрнутая в старый шерстяной носок, лежала бронзовая икона XIX века.

Да, обувь делали в СССР на века.
Да, обувь делали в СССР на века.

Почему кирзачи спасли бронзу от разрушения

Кирзачи — это не просто обувь, а вечные изделия советских времён, созданные так, чтобы служить десятилетиями.

Они сохранились в хорошем состоянии, и если их почистить, в них можно ходить до сих пор.

Материал — натуральная кожа, пропитанная дёгтем — защищал от влаги, и именно поэтому бронзовая икона 1850–1890 годов осталась в идеальном состоянии, несмотря на 30 лет в заброшенном доме.

Увидев эти кирзачи, я почти выбросил их, решив, что это мусор. Но вовремя передумал и заглянул внутрь — иначе потерял бы редчайшую находку.

-3

Что я увидел, развернув шерстяной носок

Развернув шерстяной носок, я увидел бронзовую икону «Благоверные Князья Борис и Глеб».

Это была не церковная копия, а редкая литая работа XIX века с чёткими деталями: в центре композиции — святые князья в виде всадников со стягами в руках, а в правом верхнем углу — благословляющая Десница в сегменте неба.

Материал — чистая бронза толщиной 2 мм — не имел следов коррозии. Такие иконы того времени — настоящая редкость, ведь в XIX веке их изготавливали только для царской семьи или крупных соборов.

Те, кому удалось сохранить их в годы репрессий, прятали в самых неожиданных местах, как этот носок в кирзаче.

В 1930-е годы церковные ценности активно изымали, но эту икону спасло то, что её спрятали в обуви — при обысках «простую обувь» не проверяли.

-4

Как дом выжил, когда всё вокруг разрушилось

Почему же этот коридор уцелел, когда всё вокруг разрушилось? Полка для обуви была сделана из дуба, который не сгнил, в отличие от сосны.

Кирзачи лежали на нижней полке, всего на 50 см выше пола, поэтому их не затопило.

А этот уголок защищала целая часть крыши, в отличие от остального дома, где протекало.

Глядя на улитку, прилипшую к кирзачу, я понял: здесь не было сквозняков, поэтому бронза не окислялась 30 лет в заброшенном доме.

-5

Почему икону спрятали именно так (а не выбросили)

В 1930-е годы в Ленобласти происходило массовое закрытие церквей и уничтожение религиозных артефактов.

Но некоторые люди всё же сохраняли веру втихую, пряча иконы, чтобы не привлекать внимания.

Шерстяной носок был не случайностью: шерсть впитывает влагу, защищая бронзу от конденсата.

Кирзач стал идеальным укрытием — не пропускает воду, но дышит. А нижняя полка была самым незаметным местом для обысков.

Позже, в Выборгском районе, я встретил старожила, который рассказал: «В 30-х в колхозах так делали все.

Кто верил — прятал иконы в обувь. Кто не верил — сдавал на переплавку».

Достаю старинную икону.
Достаю старинную икону.

Как я сохранил бронзовую икону дома (без вреда для неё)

Принеся икону домой, я не стал её сразу чистить. Положил в сухую коробку на неделю, чтобы избежать резкой смены влажности, которая могла вызвать конденсат на бронзе.

Для хранения выбрал хлопковую ткань — шерсть даёт ворсинки, которые царапают металл. Через месяц проверил — ни одной царапины, бронза сохранила первозданный блеск.

Не полирую её, ведь даже мягкая тряпка оставляет микротрещины.

Один мой сосед попробовал «вернуть блеск» — теперь на его бронзе видны следы от абразива.

Также не храню икону в ванной или на кухне: пар и жир разрушают защитный слой. Держу её в спальне, где стабильная влажность.

-7

P.S. Что я понял за этот день

Этот день научил меня, что не всё в заброшенном доме — мусор. Иногда там прячутся целые истории.

Кирзачи оказались не просто обувью, а капсулой времени, которая сохранила веру.

И если бронзовая икона пролежала в кирзаче 30 лет в заброшенном доме, значит, она нашла того, кто знает, что с ней делать.

Сейчас, заворачивая её в хлопок, я понимаю: иногда лучше ничего не менять. Она пролежала 30 лет в кирзаче — теперь будет храниться в моём шкафу.

Сполоснул её от пыли.
Сполоснул её от пыли.

P.P.S.

Если вы тоже находили что-то необычное в заброшенных домах, поделитесь в комментариях: «Где и что вы обнаружили?»— сверим опыт!

Подписывайтесь на канал — в августе расскажу, как сохранять бронзовые артефакты без вреда для них.

Возможно, ваша находка — такая же редкая, как эта икона Бориса и Глеба, спрятанная в кирзаче где-то в лесах Ленинградской области.