Новый импульс практике привлечения на производство молодёжи задали на Северной верфи. На предприятии заработала первая в Санкт-Петербурге профильная научно-производственная рота (НПР). Волна пошла, и в условиях кадрового дефицита в судостроении найден ещё один путь, который позволит насытить отрасль молодыми кадрами.
«Судостроение у них в крови»
Молодые люди Илья Важинский, Михаил Петров, Матвей Рожков, солдаты-срочники, которые до армии успели закончить Колледж судостроения и прикладных технологий, а сейчас примерили на себя роль корабелов.
Они прекрасно знают, как быть корабелом, ведь их семьи связаны с судостроением. Дедушка Михаила много лет отработал на Балтийском заводе, а старший брат Матвея, Алексей, после учёбы в КСИПТе уже 12 лет успешно работает сборщиком КМС в стапельном цехе завода. Появление в колледже кадровиков с Северной верфи с предложением после сдачи диплома принять участие в пилотном проекте научно-производственной роты для Ильи, Михаила и Матвея стало подарком судьбы, ведь многие с их курса проходили практику на предприятии и успели адаптироваться на заводе.
О том, что это за ощущение быть в армии и одновременно на производстве, как родственные связи влияют на выбор профессии, а одна фраза, может повернуть всю жизнь.
— Долго думали над предложением или сразу согласились?
Илья: Вообще не думал. Сразу как появилась возможность написал заявление. У меня ещё дедушка помню раньше шутил: «Иди сварщиком, им много денег платят».
Матвей: Я не так чтобы очень раздумывал. Сама идея служить и работать была заманчивой, хотя поначалу у меня были некоторые сомнения. Думаю, мне просто нужно было услышать чьё-то мнение. Человека, который не связан ни с судостроением, ни с армией. Я решил посоветоваться с мамой. Позвонил, всё ей рассказал. Она выслушала и сказала: «Пробуй! Это что-то явно интересное и новое».
— Вас можно считать первооткрывателями, ведь ваш набор в научно-производственную роту первый? Вас не смущала некая неизвестность новорожденной системы?
Матвей: Сейчас, прочувствовав на себе ситуацию, мне кажется, что у эйчаров вначале и у самих не было чёткой картины, как совместить службу в армии и работу на производстве. Всё менялось приспосабливалось под обстоятельства буквально на ходу.
Илья: Согласен с Матвеем, что это не совсем армейская служба, но в тоже время и гражданскими мы себя не ощущаем. Да, у нас нет 24/7 боевых дежурств, мы не выходим в наряды, не выезжаем на полигон, но в то же время распорядок дня у нас расписан досконально. Мы все соблюдаем определённые правила: подъём, собрались, позавтракали и поехали на завод.
Матвей: Солдатами мы себя в полной мере чувствуем в выходные. Суббота и воскресенье армейская подготовка, спорт, с нами ведут рассказы-беседы по военно-политической подготовке.
— Вы живёте в казарме? Есть увольнительные?
Матвей: Наш дом казарма (Смеётся). Увольнительные да есть, а так как мы петербуржцы — это здорово. Хорошая возможность видеться с родными, общаться с друзьями. В общем не выпадать из жизни на год.
— На заводе вас распределили в те же цеха, где вы проходили практику?
Матвей: Да, всё по-старому, мы с Михаилом, продолжили работать в механомонтажном цехе, Илья в стапельном.
— Матвей, сразу вопрос, со старшим братом на верфи пересекаетесь? Может он спрашивает что-то, вы ему рассказываете.
— На заводе бывает видимся, здороваемся, он спрашивает: «Как служба идёт?» А так крайне редко пересекаемся, заказы разные, работы много, когда беседовать? А на обеде хочется отдохнуть, а не по заводу бегать.
— И как служба идёт?
Матвей: Нормально. Офицеры хорошие, нас обучают всему. Наставники на заводе, они как те же офицеры, только на производстве.
— Кто были Ваши наставники на производстве?
Илья: Андрей Олегович Сергеев (Андрей Сергеев, электросварщик ручной сварки стапельного цеха, прим. ред.). Он крутой мужик. Замечательный. Водил по заказам, все показывал. Многому научил, я очень благодарен ему за поддержку, за советы, благодаря которым я быстро смог научиться работать самостоятельно.
Михаил: У меня наставником был мужчина в возрасте, как мой дедушка.
— Михаил, как в бригаде отнеслись к вашему возвращению в «новом» качестве?
— Некоторые отнеслись скептически. Никто ведь поначалу не понимал, где мы теперь в армии или на производстве. А кто-то наоборот сразу заинтересовался, особенно те, у кого свои дети, или дети знакомых призывного возраста. Подходили, спрашивали, как можно попасть в эту программу.
— Сейчас для вас всё по-другому, вы уже не практиканты, не ученики, работаете самостоятельно по заданиям бригадира. Вспомните ваши первые впечатления от производства.
Илья: Первое впечатление: здесь всё не так как в учебном классе, где ты сидишь на стуле и за столом варишь. Надо двигаться. Много. Лазать, ползать. Подниматься в эллинге на заказ на достаточно большую высоту. А ещё на заказах есть труднодоступные места, куда вот очень трудно пролезть.
Матвей: Мы с Михаилом начинали практику в 8-м пролёте корпусосборочного цеха, и он нам казался огромным. А потом нас перевели на работу в эллинг. И мы стоим: вот где-размах-то!
Илья: Лично для меня в первое время на корабле было вообще удивительно как там можно не потеряться. Я шёл за наставником, и не знал куда мы придём. Все эти проходы, влево-вправо, вверх-вниз. Потом со всем знакомишься, и всё становится привычным. И главное, перемещаясь по заказам надо постоянно следить и вовремя нагибать голову, чтобы не удариться.
Михаил: Меня скорее интриговало, как кораблестроители в этой системе разбирались, что где должно стоять, как это должно работать, как все вместе взаимодействуют: люди, системы, оборудование.
Матвей: Поэтому судостроение и интересно само по себе. Иногда сложно, конечно, но это же труд, в конце концов, без него никак. Надо переступать иногда через себя и просто работать заинтересованно.
— На что обратили внимание на Северной верфи, кроме производства?
Матвей: Зацепило то, что на предприятии много деревьев, кустов, а летом цветов. Пройдёшь совсем немного и переместишься от масштабных строений металла к природе, в какое-то спокойное место.
Илья: Каштановая аллея, часовня. А ещё есть Музей. Вот где мы с ребятами ещё не были, но думаю наше желание обязательно исполнится.
— Ваши ожидания и реальность совпали?
Матвей: Да, во многом. Достаточно сказать, что у нас уже сейчас многие, кто пришёл на завод с первой группой говорят, что после «демобилизации» хотят работать на Северной верфи.
— Дайте совет молодым людям, выпускникам КСИПТа будущим призывникам?
Матвей: Выбирайте научно-производственную роту, не прогадаете. Вы и армию пройдёте, и навыки производственные приобретённые за время обучения не потеряете, а наоборот повысив свою квалификацию узнаете много нового.