Виктория — это не просто рассказчица.
Это образ живого психического сдвига, женщины на грани: Она — архетип тени женщины, прошедшей социализацию, но не трансформацию. В ней действуют две силы: Этот конфликт парализует её, но и делает наблюдателем пробуждения, в том числе Насти. Настя — тот, кто легла в гроб.
Прошла смерть.
Вышла другой. Виктория же: Настя — шаг за грань.
Виктория — порог. И именно этим она так болезненно правдива:
большинство из нас — не Насти. Мы — Виктории. "Viktoria" — от латинского victoria — «победа».
Но в книге она — не победительница.
Она носитель иллюзорной победы — той, которую даёт общество: Парадокс: пока она "побеждает", она мертва.
Только в срыве, в любви к Отшельнику, в отказе от себя прежней она приближается к жизни. Она не любит его телесно.
Она влюбляется в него как в носителя Бездны. Это не мужчина. Это точка входа в другую психическую реальность.
Он — не ответ. Он — портал.
Она — не женщина, ищущая мужчину.
Она — женщина, готовая исчезнут