Я не думал, что буду писать об этой книге.
Потому что «Отшельник» — это не книга. Это как разговор, которого ты избегал.
Тот, где тебе скажут: «Хватит. Ты уже мёртв, просто боишься признать.» Или, наоборот: «Ты ещё жив. Потому что тебе больно.» Сначала я не понял, что происходит.
Какие-то девочки, кафе, странный мужик в балахоне. Потом — Настя в гробу.
Но с каждой страницей я ловил себя на том, что мне не нужно понимать. Мне нужно вспомнить. Потому что то, что пишет Клейменов — я уже знал.
Просто не решался сформулировать. Я боялся этой сцены.
Читать, как её кладут в гроб, как забивают крышку, как она остаётся в темноте —
это не хоррор. Это правда о любом, кто хоть раз оставался один наедине с собой. Она говорит: «Я пыталась вспомнить, кто я. Но было только молчание. Как будто имя стёрли.» Ты читаешь это — и вспоминаешь ту часть себя, которую ты закопал,
когда было слишком страшно жить. Я не сразу понял, что это один и тот же человек.
Сначала он — Бог. Потом — палач. Потом — м