Я плотник, и, похоже, после случившегося я больше не буду работать по профессии. Плотничеством я занимаюсь уже пять лет, а мне всего двадцать пять. Это семейное дело — мой отец и его отец тоже были плотниками. Работа скучная, но я всегда гордился, что продолжаю наследие.
Вы, наверное, спрашиваете себя: что такого может случиться, чтобы человек бросил семейное дело? Я тоже думал, что ничего… пока это не случилось.
Давайте вернёмся к началу.
Когда всё началось, я сидел в своей однокомнатной квартире. День был мрачный, но красивый — тот самый туман, от которого всё сереет и становится уютным, и единственное желание — забраться под одеяло и смотреть кино. Именно этим я и занимался, пока мне не позвонил мужчина по имени Гленн Питерсон.
Я знал о нём по рекламным щитам по всему городу. Кажется, он юрист, но я никогда не всматривался, чтобы узнать наверняка. Он быстро заговорил о пятне от вина на деревянном полу и о том, что ему нужно заменить доски. Голос был взволнованным, будто он, звоня мне, от кого-то убегал.
Я сказал, что могу помочь. «Когда вам удобно?» — спросил я, в глубине души надеясь, что он не скажет «сегодня».
«Лучше всего сегодня ночью», — ответил он.
Я закатил глаза: «Хорошо, во сколько?»
«В 22:00».
Я предложил приехать прямо сейчас, но он настаивал именно на десяти, пообещав щедрые чаевые. Денег мне не хватало, и я решил, что это хороший шанс.
Я ужасно ошибался.
В 21:30 я собрал инструмент и вышел. Было так темно, будто луна пропала, а звёзды стерли. Я списал это на утренний туман и сел в машину. Дорога занимала около двадцати пяти минут.
Чем ближе я подъезжал к его дому, тем больше казалось, что вокруг не осталось признаков цивилизации. Это немного пугало, но деньги были нужны, и я ехал дальше, пока не добрался.
Дом оказался огромным. Серый, довольно современный. У парадной двери уже махал рукой Гленн. Я вышел из машины с инструментами и направился к нему.
Подходя, я машинально посмотрел на его карманы — вдруг там оружие. Я вообще тревожный парень и во всём ищу подвох, чисто из самозащиты.
Когда до него осталось метра полтора, он протянул руку. Я крепко пожал её и встретился взглядом. Его глаза были мёртвые, будто он ходил во сне. Странно, но я решил, что он просто устал.
Я спросил, где пятно, и он провёл меня внутрь.
Переступив порог, я будто оказался в машине времени. Внутри всё было древним, словно заброшенный дом, которому отремонтировали только фасад. Я чувствовал себя чужим, но шёл за ним.
Дойдя до пятна, он лишь указал на него и молча ушёл. Это напугало: я не успел и слова сказать, а уже остался один.
Я включил свет и увидел красное пятно. Достал инструмент и пробормотал: «Так, делаем быстро и валим к чёрту отсюда». Задерживаться я не собирался.
Прежде чем начать, я осмотрелся. Стены, некогда белые, пожелтели. Пара картин, несколько старых стульев — и всё.
Я начал резать ковёр как можно быстрее, когда по спине пробежал ледяной ужас. Я застыл и медленно огляделся. На всякий случай крепче сжал нож-резак.
И тут послышался скрип половиц, будто кто-то крался к двери. Я приоткрыл дверь: коридор, недавно освещённый, погрузился в кромешную тьму. Глазам понадобилась секунда, и я увидел это.
В коридоре стоял мужчина — не разобрать кто — в пожелтевших, грязных трусах, сгорбленный, словно герой старого мультика, крадущийся на цыпочках. Он не смутился, что я его вижу. Кажется, он даже улыбнулся.
Я не успел сказать ни слова, как он рванул ко мне — на четвереньках, как грёбаное животное.
Шок прошёл, и я бросился в другую сторону. Слышал, как он скачет, ползёт за мной, и от этого бежал ещё быстрее. В тот миг мной владел чистый ужас.
Я добежал до лестницы и увидел входную дверь. Он был уже близко. Это был единственный шанс. Я мчался вниз, перепрыгивая по три ступени, и наконец ухватил холодную дверную ручку.
Собрав все силы, распахнул дверь и рванул к машине, как никогда в жизни. Добежал, распахнул дверь. Всё это время я не оглядывался, боялся увидеть преследователя. Но, захлопнув дверь автомобиля, всё-таки посмотрел на дом.
На крыльце стоял Гленн. Махал рукой. Точно так же, как когда я приехал.