Михаил Панин (1877—1963). «Проводы на войну. 1914 год». 1915
28 июля 1914 года началась Первая мировая война. А на следующий день, в России это было 16 (29) июля 1914 года, появился указ императора Николая II о мобилизации. Вскоре призыв запасных начался в Царицыне. Историк Я. Холщевников писал: «C утра 18 июля город принял необычайный вид. К Александровскому скверу потянулись группы запасных, в большинстве принадлежащие к рабочим и служащим и почти никого из состоятельного, богатого класса… Трамваи буквально были переполнены призывными, так что у положенных остановок вагоны не останавливались и полным ходом шли к месту призыва. Запасные пришли в сопровождении своих жён и матерей, пришедших узнать о судьбе своих мужей и сыновей… В то время как призываемые, оставаясь внешне спокойными, не выдавали своего волнения, женщины, наоборот, имели возбужённый вид».
Иван Бакуцкий (1913–1978). «Мобилизация в курской деревне во время войны. 1914 год». 1948
Никто ничего толком не объяснял, ходили только туманные слухи о грядущей будто бы войне с немцем. Неясно было, сколько времени призванных будут держать в местах сбора. Жёны приносили мужьям еды, смену белья, другие пожитки. Но женщинам на сборных пунктах быть не полагалось — их прогоняли. Рассказывали что-то о компенсациях, «продовольственных пособиях» за кормильца. Действительно, такие пособия «солдаткам» полагались, но в реальности выдавали их туго, с задержками. 20 июля растущая толпа женщин осаждала сборный пункт, требуя свиданий с мужьями и выплаты пособий. Женщины говорили, что не пустят мужей на фронт, пока не получат положенные пособия.
Возможно, желая успокоить разгоревшиеся страсти, местная Дума решила выдать жёнам новобранцев пособие... частично. Каждая «солдатка» получила аж целых 6 килограммов... поваренной соли! Эта соль послужила искрой, которая зажгла «бабий бунт». Женщины выломали двери на сборном пункте и забросали окна камнями. «Бросьте оружие и присоединяйтесь к нам, у вас есть тоже жёны и дети!» – обращались они к солдатам, приведённым для подавления беспорядков. Увещевания полицейского пристава «солдатки» слушать не стали, стащили его с крыльца, стали бить, сорвали фуражку, шашку с портупеей и погон. Командира военных тоже слушать не стали, ударили его камнем по голове, отобрали пистолет и шашку.
В конце концов 22 июля солдатам отдали приказ открыть огонь по толпе боевыми патронами. По одним данным, было убито 12 и ранено 24 человека, по другим – погибли 19 и 25 получили ранения. Шальные пули от выстрелов летели в разных направлениях. Так, близ Астраханского моста был убит ехавший извозчик. Были и другие жертвы.
А мужья расстрелянных женщин находились в этот момент в казарме за забором, всё происходило у них если не на виду, то на слуху. В официальных документах настроение призванных оценили как «повышенное».
За участие в беспорядках власти задержали 13 женщин и двоих мужчин. Суд над ними состоялся только через два года – в апреле 1916-го. Приговор был вынесен сравнительно мягкий – шестерых оправдали, остальным зачли предварительное заключение и освободили в зале суда. Говорят, радости освобождённых не было границ. Они плакали и целовались, поздравляя друг друга..
«Проводы на войну за святое дело». 1914
Стихи Н.Г.:
Новая солдатская песня
Трудно, братцы, собираться
Оставлять детей, жену,
Да приходится прощаться,
Отправляться на войну.
Как ни тошно, как ни горько,
Но мы всё перенесём
Лишь приедем к месту только
На позицию пойдём.
Император ихний гордый
Хочет нас он покорить.
Мы покажем тебе, подлый,
Как с Россией надо жить.
Ты не знаешь русской силы,
Не пытал её штыка,
Как копать себе могилу,
Или корчить дурака.
Не пришлось живьём вам сглотить
Белорусского царя.
Лишь придётся прокричать нам
Наше русское ура!
А это воспоминания мобилизованного Ивана Зырянова, крестьянина другой – Пермской – губернии, о том, как проходила мобилизация в тех местах:
«Горе сразило баб. Лица у баб красны и опухли от слез… Бабы задержали отправку поезда на два часа. Они точно посходили с ума… После третьего звонка многие с причитанием бросились под колеса поезда, распластались на рельсах, лезли на буфера, на подножки теплушек. Их невозможно было оторвать от мужей. Это проводы… На вокзал сбежалось все уездное начальство. Вид у начальства растерянный, жалкий. Не знают, как быть с бабами… вызвали специальный наряд из местной конвойной команды. Конвойные бережно брали на руки присосавшихся к рельсам и вагонам баб, уносили их с перрона куда-то в глубь вокзала. Бабы кричали так, как будто их резали».
Медаль наградная «За труды по отличному выполнению всеобщей мобилизации 1914 года»