Нам не дано предугадать не только, как "слово наше отзовется" (с), но и куда заведет судьба творения наших рук. И тому подтверждение - удивительные истории о находках огромного количества древнеиранской богато украшенной серебряной посуды в Нижнем Приобье.
Север Западной Сибири оказался своеобразной кладовой для восточной серебряной утвари. В 6-7 вв. в Верхнее Прикамье добрались среднеазиатские купцы, которые вывозили с Севера моржовый клык, ловчих птиц и меха. Через Прикамье на рубеже 7-8 вв. в торговые связи с югом стало втягиваться и Приобье. На западе от них действовал торговый путь по Волге. Видимо, через ответвление этого пути в Прикамье за Урал и проникало основное количество восточного серебра. Его привозили в обмен на ценный мех в чердынские земли по рекам Каме и Волге, через Булгарское царство, из Сасанидской Персии и Византии…
Именно с Чердыни Великой пошло заселение Пермского края русскими. В 12 в. новгородцы проложили северный путь через места, где сегодня располагается город Чердынь: по реке Колве на Печору. У тамошних жителей купцы обменивали свои товары на ценную северную пушнину, а также высокохудожественные серебряные изделия эпохи Сасанидов.
Находки в Прикамье древней серебряной посуды были настолько многочисленными, что их сбор в качестве дани местных племен Новгородскому княжеству вошел в традицию. В различных русских средневековых документах встречаются упоминания о спорах по поводу этой дани между Москвой и Новгородом. В летописи 1332 г. есть относящаяся к московскому князю Ивану I Даниловичу Калите запись, в которой говорится: "Великий князе Иван приде из Орды и возверже гнев на Новгород, прося у них серебро закамское".
Ввиду особой ценности и "священности" белого металла серебряные изделия чаще всего попадали на сибирские языческие святилища, где продолжали свою жизнь в качестве ритуальных атрибутов. С исчезновением или разрушением культовых мест серебро уходило под землю, откуда спустя сотни лет вторично появлялось на свет в составе "кладов".
Еще в 1895 г. в сборника "Пермский край" в статье "Древности пермской чуди из серебра и золота и ее торговые пути" рассказывалось об использовании древней южной серебряной посуды в языческих святилищах как священного металла, в качестве ликов идолов или дисков священных светил. Все дело в узорах и сюжетных рисунках. Фактически на всех блюдах изображены тотемные животные, почитаемые шаманами уральских лесов. Разумеется, туров и прочих ближневосточных представителей фауны уральцы не видели, но ими почитался другой "рогатый житель"—лось. Вот поэтому шаманы и применяли для своих обрядов драгоценные предметы быта.
Сам обряд был прост. В святилище устанавливались четыре блюдца, в которые укладывались драгоценные изделия и камни. Далее, по замыслу шамана, прямиком из верхнего мира в аккурат на блюда с требами опустится священный лось и примет дары шамана. И его просьба к богам будет услышана.
Именно отсюда пошла легенда, описанная Бажовым в сказе "Серебряное копытце". Русские знали о таинстве шаманов и буквально понимали, что под копытами священного лося появляется золото и самоцветы, а известный писатель взял эту народную легенду за основу и создал более замысловатый сюжет.
Еще интересный факт. По мнению некоторых ученых, "пермский звериный стиль" - изображения людей, животных и фантастических существ, полученные методом литья из меди и бронзы - сформировался тоже под влиянием изображений на сасанидских предметах.