Как обычно, говоря о той или иной черте дощечек или их биографии, нет никакой возможности сослаться на одну статью Миролюбова. Во-первых, он в принципе не заморачивался подобными темами, а во-вторых, когда все-таки их упоминал, то менял свои показания с легкостью необыкновенной. И надо собирать по разным его писаниям в разные годы, сравнивая и пробуя соединить в цельную картину.
Тем не менее, переходя от особенностей самих досок к тому, что на них было нанесено, я вынуждена признать, что некоторые константы все-таки существовали. Так, абсолютно во всех случаях, начиная со статьи 1941 года [158] Миролюбов писал, что текст был слитным, без деления на слова. Действительно, все известные древние тексты не знали пробелов. Этот пункт чист, ясен и сомнений не пробуждает.
Первое, что вызывает закономерную оторопь при знакомстве с единственным изображением полной дощечки, опубликованным в журнале "Жар-Птица" в феврале 1955 – широкие поля. Современному человеку они кажутся естественным обрамлением текста, однако все древние записи на твердых материалах использовали выровненное место по полной, от края до края. Независимо от эпохи и культуры. Поля же были необходимы и использовались при письме на обтрепывающихся и поддающихся грызунам материалах. То есть, если считать Велесову книгу подлинником, следует принять как факт, что наши предки до дощечек писали на папирусе, пергамене или бумаге. А затем перешли на дощечки, но старые привычки остались. В крайнем случае – выходит, что они позаимствовали идею письменности у соседей, имевших доступ к одному из перечисленных малостойких материалов, но сами могли лишь вырезать по дереву. Будучи скотоводами, научиться выделывать тонкую кожу не сумели. А хотя бы убрать поля с дощечек не сообразили. Стыдобища.
.
Зато на полях стали рисовать мелкие картиночки, которые вслед за Александром Куром все привычно именуют глифами. Миролюбов не уточняет ни того, были ли они исполнены тем же способом, что буквы, ни того, на каких конкретно дощечках они были. Не отмечает, сколько всего было разных глифов и размещались ли они только на аверсе или на реверсе тоже. Сколько дощечек было с глифами, сколько без и какие еще общие свойства были у имеющих глифы. Опять не сделаны самые простые и не требующие финансовых вложений действия. И разумеется, ни художник Изенбек, ни сам Миролюбов, не лишенный некоторых способностей по этой части, не сделали никаких зарисовок.
В статье 1941 года [158], достаточно объемной и подробной, о глифах нет ни слова. Нет и в книгах Миролюбова [126, 169]. Впервые они появляются только в ноябре 1953, в так называемом "втором" письме к Александру Куру, взявшемуся переводить и комментировать дощечки для "Жар-Птицы":
"Иногда встречался в тексте рисунок:... {изображен}, а иногда... {изображен}, что вероятно носило тотемический характер – первый быка, второй – собаки."
![Письмо Ю.П. Миролюбова А.А. Куру, 13 ноября 1953 г. [153]](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_688955a48dd2e6373bf408ad_68a50e134952361c3633118d/scale_1200)
И только мы соберемся запомнить, что глифы размещены в тексте, чуть ниже Миролюбов пишет:
"Когда в Дощках говорилось о говядах, сбоку текста стоял знак быка, как я его изобразил на предыдущей странице настоящего письма". [153]
Сбоку. Но Кур прочел невнимательно и в статье, которую спешно подготовил для январского 1954 года номера написал: "На некоторых дощечках среди текста помещены фигуры, изображающие быка и собак. Это глифы, т. е. картинное письмо, наличие которых в тексте само собой указывает, что картинное письмо как основа символов-знаков-букв еще не было изжито, и этим самым подтверждается древность дощечек." [160].
Мимоходом замечу, что подтверждением это вовсе не является, поскольку пиктографическое (оно же рисуночное) письмо выглядит совсем не как фитюлька рядом с буквенным текстом.
Пока глифов вроде как всего два типа и строго по письму Миролюбова они встречаются то один, то другой на разных дощечках. Причем бык работает примерно как этикетка на тушенке. Что весьма странно: для неумеющих читать смысла в пометке не было, а для умеющих и подавно. Правда, рисунок собаки почему-то не соотносился с элементами текста, равно как и все прочие глифы, припомненные Миролюбовым позже.
Нельзя не отметить, что Юрий Петрович противоречит сам себе не только в указаниях о местоположении глифов, но и его предположение о тотемическом характере рисунков не совместимо с его же "этикеточным" утверждением.
Понятно легкое раздражение Сергея Лесного, который писал: "Нет ни одной отметки в тексте, что эти знаки были. Знаки не были частью текста. Они обозначали нечто вовсе иное, имеющее к тексту лишь косвенное отношение. Они играли роль каких-то указателей." [161] Без подробной информации о глифах любое рассуждение об их предназначении становится гаданием.
Всего месяцем позже Миролюбов шлет Куру еще образцы глифов. На этот раз точно не собака, а пёс. Текст, приписанный рядом, принадлежит не то 22, не то 38б, в общем, какой-то дощечке. Так что проследить связь глифа и текста невозможно.
А еще там был рисунок быка. Рядом с текстом, который тоже неведомо к какой дощечке относится. Здесь стоит вспомнить предыдущее письмо: "знак быка, как я его изобразил". Однако этот нарисован совершенно иначе!
То есть, оно как бы и логично предположить, что если дощечки написаны не одним человеком, а создавались в течение длительного времени хотя бы 3-5 авторами и они же наносили глифы, то рисунки будут иметь различия. Но Миролюбов этого нигде не оговаривает.
Кроме того, приведенные им глифы недурно смотрятся на белом листе бумаги. А теперь мысленно перенесите их на дерево. Темное, покоробленное, покрытое потемневшим лако-маслом с пятнами. Причем, судя по соседним буквам, высота глифов была всего около сантиметра. Трудновато было Юрию Петровичу их разглядывать, да еще отличать быка от коровы.
.
На этом Миролюбов, с глифами закончил. По крайней мере, из известных изображений есть лишь еще одно – странная живность на якобы фото дощечки 16а, опубликованном в "Жар-Птице" в феврале 1955 г.
Поэтому придется внимательно прочесть сопроводительное письмо Миролюбова, направленное Куру в самом начале 1954:
Честь имею приложить фотоснимки плохого качества четырех страниц "дощьек", которые я нашел в моих бумагах. <...> На левом поле I "дощьки" изображена собака, на II-й какое-то животное, похожее на кошку, но с длинным хвостом, напоминающим лисий, и с длинной шеей. III-я "дощька" имеет изображение солнца с семью лучами. IV-я не имеет никаких изображений. [165]
Миролюбов точно указывает, на какой из дощечек какой был глиф. Вот это номер! Поскольку через 12 лет после пропажи древнего сокровища помнить он этого определенно не мог, вариантов всего два: или выдумывал на ходу, или знал точно, какой глиф какому тексту соответствовал. Во втором случае у него имелась сохраненная информация хотя бы по этим 4 сторонам дощечек. Но никому более эти материалы так и не стали доступны. Записей о глифах нет. Никаких глифов на имеющихся в архивах изображениях – нет. Собственно, если бы они были, Миролюбову не пришлось бы расписывать Куру где кто, уж солнце от животного Кур мог бы отличить сам.
При этом Миролюбов в письме почему-то использует настоящее время, не "была изображена собака", а "изображена".
.
В "Жар-Птице" глифы были упомянуты лишь в статье Кура января 1954, а затем о них предпочли забыть. И Кур, и сам редактор Миролюбов. Только в 1958, добравшись в своих публикациях до дощечки 16а, Кур вынужден был снова коснуться завявшей темы, так как в феврале 1955 журнал разместил рисунок с глифом. Кур определил животное со снимка "II" как собаку, поперек мнения Миролюбова, что собака-то была на снимке "I", и поперек картинки из его же собственной статьи 1955 года, где нарисовано животное, хвост и шея которого точно не собачьи. [168]
Бедняга Лесной, пытавшийся проредить эту невнятицу, при разборе текста 16а сделал примечание со своим вариантом: "В левом углу дощечки вверху был небольшой знак собаки или лошади, к сожалению он фотографом не был захвачен во время съемки" [129, с.621-624]. Удивительные люди. Лесной знает, что глифа на фото нет. Знает, что глифов нет в бумагах. Но он не делает отсюда простого вывода, что в журнале рисунок, не имеющий никакой основы. Он всерьез к нему относится и даже старается определить, к какому биологическому виду относится нарисованный не то Миролюбовым, не то вообще неизвестно кем фэнтезийный зверь...
После Лесной, видимо, еще теребил Миролюбова вопросами, потому что осенью 1957 тот пишет ему относительно подробно:
На полях некоторых "дощек" были изображения головы быка, на других – солнца, на третьих – разных животных, может быть, лисы, собаки или же овцы. Трудно было разбирать эти фигуры. По-моему, это были символы месяцев года. О них я напишу отдельно, в самом конце публикации текстов. [163]
Опаньки, от целого быка внезапно осталась только голова?! Лиса от собаки не отличаема, но с овцой-то разница должна быть.
Если глифы могли быть приняты за символы месяцев, то их должно было набраться 12 штук. Однако со слов Миролюбова удается наскрести от 4 (бык, собака, кошкообразное с лисьим хвостом, солнце) до 8 с натяжкой (если добавить голову быка, пса, лисицу и овцу). "Этикеточная" версия счастливо забыта, а каким образом гипотеза о глифах как символах месяца справляется с дощечками, на которых глифы не нанесены, мы уже не узнаем.
Лесной прокомментировал: "Само собою разумеется, что Ю.П. Миролюбов о глифах, т. е. о фигурах на полях дощечек, ничего не опубликовал. Впрочем, вряд ли он мог сообщить о них что-нибудь существенное после более чем 35 лет. Главное было упущено: при переписывании текста нигде не было отмечено, что такая-то дощечка имела такой-то глиф." [161]
.
Кроме полей и глифов, Влескнигу от всех известных памятников нашей письменности отличают линии той же толщины, что и крепящиеся к ним снизу буквы.
В многословной статье 1941 года [158] Миролюбов вообще не упоминает об этих линиях, придающих дощечкам особинку и, казалось бы, очень важных. В заметке 1948 – тоже [157]. В своей книге 1952 – тоже [126]. В другой же книге 1952 года внезапно пишет не о дощечках Изенбека, а цитирует неведомо как сохранившиеся записи слов мудрого как вечность деда:
Однажды старый дед на хуторе к северу от Екатеринослава нас уверял: "В старовину люди грамоте знали! Другой грамоте, чем теперь, а писали ее крючками, вели черту Богови (т. е. Богу), а под нее крючки лепили и читать по ней знали!" Только теперь, вспоминая эти слова, приходится думать, что дед говорил правду. Санскритские надписи пишутся именно так, что ведется черта, а под ней ставятся разные крючки. Как могло сохраниться такое тысячелетней давности воспоминание – не наше дело отвечать, а что оно означало, мы понимаем. Вероятно, жила еще традиция, изустно передававшая многое, что христианство стерло из памяти большинства. Знали такую устную традицию немногие, но упорно ее передавали другим. Думается, что после революции эта традиция окажется окончательно прерванной, а потому ее и записываем. [176]
Хорошо подстраховался. Дед давно помер, да и кто его в СССР спросит, даже если бы было имя. А что никто больше таких откровений не услышит в этнографических экспедициях, так революция виновата. Что и до революции ни один специалист про крючки под чертой не знал – так это не проблема Миролюбова. Вот ему доверили, другим нет.
Кстати, в санскрите вовсе не пишут под проведенной чертой.
Но пока меня интересует, почему, сидя на таком невероятной уникальности материале, Миролюбов не счел нужным сказать, что есть вещественное подтверждение устного сообщения анонимного хуторянина. В этой книге он лишь раз затронул тему вроде бы Влескниги, приведя "слова страннейшей записи на дощечках" (которых в сохранившихся текстах Велесовой книги при этом нет). Но в том абзаце про линии ни гу-гу, будто записи под чертой и дощечки с письменами были из непересекающихся сфер.
Через год, к прилюдному началу переписки с Куром, Миролюбов уже твердо придерживается версии с буквами под линиями именно во Влескниге. Он приводит образцы в своих письмах октября-декабря 1953 года.
Линии почти везде неправильны, так же приблизительно расположены как и в нашей транскрипции. Они идут то вверх, то вниз. Очевидно писец имел ввиду, что они указывают строку, а как они написаны, не важно. [175]
И немного позже, году в 1954 или 1955, повторяет Куру:
Способ начертания слов санскритский, черта и под ней слова. <...> Линии, под которыми был написан слитный текст, были неровными, иногда уходившими вверх или вниз, иногда кривыми или имевшими неровности, вроде (...) изображенной чернилами сейчас, в этом описании, линии. Буквы были написаны под линией, как в санскритском письме. [86, с.122-126]
Ну вот, опять на арене предки-дебилоиды! Которые способны топором вырубить из ствола доску толщиной 5 миллиметров, но не умеют провести ровную линию на ней, хотя эту задачу решить весьма просто.
И спустя время снова упоминает о корявости линии в письме Лесному ноября 1957:
Каждый раз для строки была проведена линия, довольно неровная, а текст был писан под ней. [163]
Причем если внимательно посмотреть на то, что принято считать фотографией дощечки 16а (единственное более-менее пригодное для изучения изображение, кочующее по научным работам, присланное Лесным в СССР), то придется прийти к выводу, что наши предки – позор на их русые головы – проводили линии не сразу на всей дощечке, а последовательно, одну за другой. Потому что буквы верхних рядов меньше, чем буквы нижних. При нормальной разлиновке, которая делается до написания текста, такого получиться не могло.
Отдельная радость – кривизна верхней линии на этой же 16а. То, как за нею следуют неизмененной формы буквы, означает, что этот изгиб не является следствием коробления древесины. Это какой-то недоделок, умеющий писать на дереве, не в состоянии был провести хотя бы относительно ровную черту. Или уж, если случилась неприятность, не имел ни малейшего представления о том, как это поправить... в столь важном тексте!
История умалчивает, почему Миролюбов не сразу рассказал о линиях и почему он, начав говорить о глифах, решил замолчать. Логическим путем нащупать вероятные причины мне не удалось.
86. Асов А.И. Ученые о Велесовой книге. М., 2023.
126. Миролюбов Ю.П. Русский языческий фольклор. Очерки быта и нравов. 1982. 312 с. (Год написания 1952.)
129. С. Лесной. История руссов в неизвращенном виде. Вып.6. Париж. 1957.
153. Письмо Ю. Миролюбова А. Куру, 13.11.1953 – ГАРФ, ф.10143, оп.80, архив Филипьева, рулон 16.
157. Миролюбов Ю.П. Заметка. Русские архивы в Европе. 1948. – цит. по: Асов А.И. Тайны Книги Велеса. М., 2003. С.160-161.
158. Миролюбов Ю.П. По поводу одной старинной рукописи. – ГАРФ, ф.10143, оп.47, архив Миролюбова, рулон 8.
160. Кур А.А. Статья "О дощьках" // журнал "Жар-Птица", январь 1954, с.13-14,16.
161. Лесной С. Откуда ты, Русь? 1995. – по изданию S. Lesnoy "The originas of the Ancient ‘Russians’", Winnipeg, 1964.
163. Письмо Ю.П. Миролюбова С. Лесному, 11.11.1957 – Лесной С. Откуда ты, Русь? 1995.
165. Письмо Ю.П. Миролюбова А. Куру, 10.01.1954 – ГАРФ, ф.10143, оп.47, архив Миролюбова, рулон 10.
168. Кур А.А. "Дощечки Изенбека" // журнал "Жар-Птица", ноябрь 1958, с.16-17.
169. Миролюбов Ю.П. Русский христианский фольклор. Православные легенды. (Написана до августа 1954.)
175. Письмо Ю. Миролюбова А. Куру, 12.1953 – ГАРФ, ф.10143, оп.80, архив Филипьева, рулон 14 + М. Скрiпник. Влес книга: Лiтопис дохристияньской Русi-України. Частина VII.
176. Миролюбов Ю.П. Риг-Веда и язычество. (Завершена в октябре 1952.)