Серафима Павловна всегда работала с мужем на достаточно высоких должностях, оба они зарабатывали весьма прилично, так что были запасы денег. Они купили две квартиры, построили дом в живописном месте, все удобства провели. Казалось, жизнь Серафимы Павловны и Василия Ивановича – это сплошная идиллия, картина, написанная яркими и сочными красками. Все у них было прекрасно, кроме одного – не было детей. Годы шли, надежды угасали, а врачи лишь разводили руками. Серафима Павловна смирилась, но боль утраты, тихая, ноющая, всегда жила в ее сердце. Она любила детей, часто представляла, как бы нянчила внуков, но судьба распорядилась иначе.
Компенсируя эту пустоту, Серафима Павловна щедро дарила свою любовь племяннику – сыну ее младшей сестры, Антонины.
Серафима Павловна старалась поддерживать сестру, помогала деньгами, возила дорогие подарки, покупала одежду, игрушки.
Андрей приезжал к тете Симе и дяде Васе на праздники, на выходные, чтобы погулять в городе или отдохнуть в загородном доме. Серафима Павловна всегда готовила для него вкусные угощения, придумывала интересные развлечения. Она чувствовала себя счастливой, видя, как мальчик растет, радуется, смеется.
Подарки Серафима дарила племяннику богатые, да и сестру не обижала. Так, Андрею она подарила машину, когда тот получил права, Тоне помогла выкупить комнаты в коммунальной квартире, и теперь та жила без соседей, в центре города.
Серафима не жалела денег, считала, что помогает своим родным, делает доброе дело. И поначалу всё было хорошо, отношения складывались гармонично и тепло.
Но со временем что-то изменилось, Андрей стал реже звонить, перестал приезжать, четко говорили, что им подарить или озвучивали весьма немалые сумму денег.
Серафима Павловна чувствовала себя неловко, делилась с мужем:
- Вася, я готова дарить деньги, да и всегда дарила, ты же знаешь. Но они столько просят, что мне как-то и не нравится, совесть-то надо иметь. Я и так дарю приличные суммы, помогаю, чем могу. Мы не молоды, я же не могу все отдавать Тоне и Андрею, и так помогла, Тоня теперь с квартирой, Андрея выучила на платном отделении ВУЗа, машину купила.
Василий Иванович вздохнул:
- Разбаловали мы их, Симочка. Они же всё это принимают как должное. Видят, что у нас всё есть, и думают, что так будет всегда. Поговорить надо с ними, объяснить, что деньги не с неба падают.
Разговор все откладывался: то дела, то заботы.
Но затишье, как известно, всегда предшествует буре. Андрей позвонил Серафиме накануне его дня рождения.
- Тетя Сима, привет, думаю, что мне от тебя в подарок надо, и решил прямо сказать, чтобы ерунды ты не дарила. Я тут присмотрел квартиру в новом доме, но мне денег не хватает.
- Много?
Андрей озвучил сумму, а Серафима хмыкнула:
- Так это полная стоимость квартиры. Откуда у меня такие деньги?
- Ну, а что? Ты же у нас богатая, тебе ничего не стоит, а мне было бы очень приятно.
- Ты что, совсем потерял совесть? Я тебе и так много помогала: машину подарила, учебу оплачивала. А теперь ты требуешь от меня еще и квартиру?
- Ну, тетя, не кипятись, я же твой племянник, родной человек. Кто мне еще поможет, если не ты?
- Одно дело добровольно подарить, другое дело требовать, причем так нагло. Никакой квартиры тебе не будет.
Василий поддержал жену. Действительно, обнаглели.
Серафима поговорила с Тоней, пожаловалась на Андрея, но сестра обиделась, обвинила Серафиму в жадности и эгоизме.
И разговор закончился взаимными обидами и упреками.
Вскоре после ссоры с сестрой Василий Иванович почувствовал себя плохо. Сначала он списывал всё на усталость и переутомление, но симптомы не проходили, а становились всё хуже. Серафима Павловна настояла на обследовании, и результаты оказались неутешительными. Василию Ивановичу поставили серьёзный диагноз, требующий немедленного лечения, которое должно было быть длительным и сложным, надо было много ездить, сдавать анализы, делать процедуры.
Она позвонила племяннику Андрею, тому самому, которому когда-то подарила машину.
- Андрей, у нас беда, Василий Иванович заболел, ему нужна помощь. Не мог бы ты помочь отвезти его в больницу на обследование? Мы бы и на такси доехали, но его надо довести, я не справлюсь.
- Тетя Сима, прости, не могу, - я после работы совсем никакой, устал. А завтра утром еду к тёще на дачу, уже обещал.
- Неужели теща с дачей важнее?
- Вызывай такси, соседей попроси.
Серафима Павловна повесила трубку, затем позвонила сестре:
- Тоня, Василий Иванович очень болен, мне нужна помощь, отвезти его в больницу, а я не могу.
- Симочка, мне очень жаль, правда, но у меня самой голова болит, и у мужа тоже. Мы не приедем, сама справляйся.
Расстроенная и растерянная, Серафима Павловна вышла в магазин за продуктами. По дороге она столкнулась со своей соседкой Машей.
- Серафима Павловна, что с вами? Вы плакали?
И Серафима расплакалась, поделившись бедой.
- Не расстраивайтесь, Серафима Павловна. У меня сын Борис дома, он в отпуске сейчас, машина у него на ходу. Я сейчас его спрошу, сможет ли он помочь. Найдем, кто поможет и спустить вашего супруга, и отвезти на машине.
Борис тут же согласился помочь. Он бережно довел Василия Ивановича до машины, отвез его в больницу на обследование, а потом забрал обратно, а от денег категорически отказался
- Я от чистого сердца. А деньги вам нужнее, сколько еще придется потратиться на лечение.
С этого дня Борис стал незаменимым помощником для Серафимы Павловны. Он возил Василия Ивановича в больницу на процедуры, помогал ему передвигаться по дому, а когда тот совсем ослаб, помогал выносить его на руках. Появилась и ещё одна помощница - Танечка, совсем молоденькая соседка этажом ниже. Она приносила Серафиме Павловне готовую еду, пока та моталась по больницам, убиралась в квартире, поддерживала добрым словом.
Соседи, обычные люди, не связанные кровными узами, оказались ближе и роднее, чем собственный племянник и сестра, которые ни разу не позвонили узнать о самочувствии Василия.
Василий Иванович угасал на глазах, и ушел в иной мир через полгода.
Похороны были скромными, но достойными. Пришли коллеги Василия Ивановича, друзья, соседи. Андрей и Тоня тоже появились.
После похорон, когда гости разошлись, Тоня подошла к Серафиме Павловне.
- Симочка, мне очень жаль, что так всё получилось, Вася был хорошим человеком. Что он нам оставил на память из наследства?
- Да, тетя Сима, - подхватил Андрей, - что дядя Вася нам оставил? Может, квартиру какую-нибудь или домик за городом? Или, может, денег отсыплешь?
Серафима Павловна посмотрела на них, покачала головой и ответила:
- Мне и самой мало, хватит уже с меня. Я вам много лет помогала, а как мне помощь понадобилась, так вас нет. Андрею машину купила, а он хотя бы раз помог отвезти Василия. Нет, поехал на дачу к теще шашлыки есть, это важнее. Так вот, я тоже больна, и буду медленно угасать. Все имущество достанется тому, кто будет меня дохаживать.
Тоня расплакалась:
- Симочка, мы будем ухаживать за тобой, навещать каждый день, только живи.
Обещания эти оказались пустыми словами. Родственники и вовсе исчезли с горизонта, отделываясь формальными звонками на праздники.
Зато соседи не оставили Серафиму Павловну. Танечка приносила готовую еду, убиралась в квартире, читала книги, делала уколы, и просто была рядом, чтобы поговорить и поддержать. Когда Серафима ослабла, она ее купала, обтирала, чтобы пролежней не было. Борис возил ее в больницу на процедуры, помогал передвигаться по дому, покупал лекарства. Мария поддерживала, приходила, иногда помогала Танечке.
Десять лет прожила Серафима, и за эти годы никто из соседей не отступился.
Зато родная сестра Тоня приехала всего пару раз, Андрей звонил, но Серафима это трактовала так:
- Проверяют, не «отдала ли я концы».
Не стало Серафимы через десять лет. Еще тогда, когда поставили диагноз, Серафима написала завещание. Три счета в банках она разделила между Танечкой, Борисом и его мамой Марией. Тане отписала квартиру и дом, так как в основном все же все тяготы ухода легли на ее хрупкие плечи.
А вот вторую маленькую однокомнатную квартиру Серафима оставила незавещанной: пусть сестра наследует.
Татьяна похоронила Серафиму Павловну, деньги сняла со счета Серафимы, так как ей не хватало денег на погребение.
Тоня пошла к нотариусу, увидела, есть другие наследники, а ей причитается только маленькая однокомнатная квартира. Она была возмущена, кричала:
- Она была больна, не отдавала отчёта в действиях, принимала лекарства.
Татьяна ответила:
- Что-то я вас рядом с ней не видела, а тетя Сима была в ясном уме до последней своей минуты. Да и завещание написано десять лет назад. Ухаживали бы, глядишь, и переписала бы она его на вас.
- Да ты воровка, деньги со счета сняла.
- Я же на похороны.
- С ее счета, после ее смерти, она сама сказала.
Добилась Тоня возбуждения уголовного дела против Тани. А сама в это время подала иск в суд:
- Прошу отменить завещание, и завещательные распоряжения в банке, все должно принадлежать мне, как единственной родственнице. Там же денег полно, почти миллион в рублях, а этому мужику-соседу вообще почти 11 тысяч долларов завещано.
Суд дело рассмотрел, была проведена и судебно-психиатрическая экспертиза, и почерковедческая, но все было против Тони. Она до решения суда не дожила, и в дело вступил вместо нее Андрей, как наследник.
Суд в иске отказал:
…суд первой инстанции, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе свидетельские показания, заключения экспертиз, не усмотрев оснований сомневаться в выводах экспертов, пришел к выводу, что Серафима могла понимать значение своих действий и руководить ими при подписании как завещания, так и завещательных распоряжений, в связи с чем оснований для удовлетворения иска не нашел.
Андрей обжаловал это решение, но жалоба осталась без удовлетворения.
Он угрожал Тане, но та только посмеялась:
- Ты лучше, мальчик, ко мне не приближайся, я же только на вид хрупкая, как хрумкну, так и перекушу поперек.
Борис подошел:
- А я помогу, тоже мне, угрожальщик нашелся.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайны. Юридическая часть взята из:
Апелляционное определение Тульского областного суда от 12.05.2025 N 33-1593/2025