Елена стояла у плиты, помешивая борщ, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя свекрови – Галина Петровна. "Опять что-то нужно", – мелькнула привычная мысль.
– Алло, Галина Петровна – ответила она, зажав трубку плечом.
– Леночка, здравствуй, дорогая. Как дела? Максим говорил, что у вас опять какие-то размолвки по поводу денег...
Елена замерла с половником в руке. Какие размолвки? О чем она говорит?
– Простите, не понимаю о чем вы, – осторожно произнесла она.
– Ну как же, милая. Максим рассказывал, что ты требуешь купить новое пальто, а денег в семье не хватает. Он очень переживает, что не может обеспечить тебе все желаемое.
Сердце ухнуло вниз. Вчера она действительно упомянула, что хорошо бы купить пальто к зиме – старое совсем износилось. Но никаких требований не выдвигала, просто обмолвилась в разговоре.
– Я ничего не требовала, – тихо сказала Елена. – Мы просто обсуждали покупки на зиму.
– Конечно, конечно, дорогая. Я же не осуждаю. Женщине хочется красиво одеваться. Только вот Максиму тяжело, он так старается для семьи...
После этого разговора Елена долго сидела на кухне, глядя в пустоту. "Почему он рассказывает матери наши разговоры? И почему так переиначил мои слова?"
Максим вернулся с работы в обычном настроении – усталый, но довольный. Поужинав, он устроился с планшетом на диване.
– Макс, можно поговорить? – Елена села рядом.
– Конечно. Что случилось?
– Твоя мама звонила сегодня. Сказала, что ты рассказывал ей про наш разговор о пальто.
Максим не поднял глаз от планшета.
– И что такого? Мы же действительно говорили об этом.
– Но она сказала, что я требую купить пальто, хотя мы нехватаете денег. Я же ничего не требовала!
Теперь он посмотрел на нее, в глазах мелькнуло раздражение.
– Лена, ну что ты цепляешься к словам? Маме можно рассказать о наших проблемах. Она переживает за нас.
– Какие проблемы, Максим? У нас же нет проблем с деньгами. И я ничего не требовала.
– Хорошо, хорошо, – он вернулся к планшету. – В следующий раз буду точнее формулировать. Не делай из мухи слона.
Но Елена чувствовала – что-то здесь не так. Это был не первый такой звонок от свекрови. Просто раньше она не обращала внимания на эти "мелочи".
Прошло две недели. Елена работала дома – переводила тексты с английского, это позволяло совмещать заработок с воспитанием четырехлетнего Артема. В этот день сын капризничал, не хотел есть суп, и она слегка повысила голос.
Вечером, когда Максим укладывал ребенка спать, она услышала, как он говорит сыну:
– Не расстраивайся, что мама сегодня кричала. Она устала, работает много. Папа все понимает.
"Кричала? Я не кричала!" – возмутилась про себя Елена. Да, голос повысила, но это было далеко от крика.
На следующий день снова позвонила Галина Петровна.
– Леночка, как дела? Максим говорил, что ты на Артема накричала вчера. Нервы, наверное, сдают? Может, тебе к врачу обратиться?
– Галина Петровна, я не кричала на ребенка, – Елена старалась говорить спокойно. – Просто попросила его поесть.
– Ну конечно, милая. Просто Максим переживает. Говорит, что ты стала раздражительной в последнее время. Может, работа слишком напрягает? Он готов больше зарабатывать, чтобы ты отдыхала дома.
После разговора Елена долго смотрела на телефон. "Раздражительная? Откуда это взялось?"
Когда Максим пришел с работы, она встретила его на пороге.
– Нам нужно серьезно поговорить, – сказала она, забрав у него портфель.
– Что опять случилось? – он устало потер лицо.
– Твоя мать снова звонила. Сказала, что я кричу на Артема и стала раздражительной.
Максим прошел на кухню, открыл холодильник.
– Лен, ну что ты накручиваешь? Мама просто беспокоится.
– Беспокоится? Максим, ты рассказываешь ей каждую мелочь из нашей жизни! И еще искажаешь факты!
– Ничего я не искажаю, – он достал йогурт, принялся его есть. – Ты действительно вчера повысила голос на Артема. Я это видел.
– Повысила голос и накричала – разные вещи!
– Для ребенка нет разницы, – отрезал Максим. – И вообще, при чем тут мама? Я с ней просто делюсь тем, что происходит в семье. Родители должны знать, как живут их дети.
Елена села напротив мужа, изучая его лицо. Когда он стал таким? Раньше он защищал ее от любых нападок, а теперь словно искал поводы для критики.
– Максим, мне неприятно, что наши личные разговоры становятся достоянием твоих родителей. Ты можешь этого не делать?
Он отложил ложку и посмотрел на нее с явным раздражением.
– Знаешь что, Лена? Ты стала какой-то подозрительной. Все тебе не так, все тебе не нравится. Может, проблема в тебе, а не в моих родителях?
Через месяц Елена окончательно поняла – это система. Каждый их разговор, каждое недоразумение тут же пересказывалось родителям Максима. Но в таком виде, что она всегда выглядела капризной, требовательной или неадекватной.
Когда она попросила мужа помочь с уборкой перед приходом гостей, Галина Петровна на следующий день интересовалась, почему Елена "заставляет Максима заниматься женской работой после тяжелого трудового дня".
Когда она предложила съездить на выходные к морю, свекровь выразила сочувствие сыну, которому "приходится тратить деньги на прихоти жены вместо откладывания на будущее ребенка".
Когда Елена поздно легла спать, дочитывая срочный перевод, оказалось, что она "не заботится о муже и не следит за режимом семьи".
"Я схожу с ума или это действительно происходит?" – думала она, лежа в постели рядом с мирно спящим Максимом.
Однажды утром, когда муж уехал на работу, а Артем играл в детской, Елена решилась на эксперимент. Она позвонила своей подруге Ольге.
– Оль, можешь объективно оценить мое поведение в последнее время? Я стала раздражительной, требовательной?
– Ты? Лена, ты одна из самых спокойных людей, которых я знаю. Что случилось?
– Просто... муж говорит, что я изменилась в худшую сторону.
– Полная чушь. Ты устаешь, да, но кто не устает с маленьким ребенком и работой? Но раздражительной не стала точно.
Этот разговор окончательно убедил Елену – проблема не в ней.
Вечером она дождалась, когда Максим уложит Артема, и села напротив него с серьезным видом.
– Макс, я хочу, чтобы ты перестал рассказывать своим родителям подробности нашей семейной жизни.
Он оторвался от телефона и недовольно посмотрел на нее.
– Опять ты за свое? Лена, это моя семья. Я имею право делиться с родителями тем, что меня волнует.
– Но ты искажаешь факты! Представляешь меня в дурном свете!
– Я ничего не искажаю, – голос Максима стал холодным. – Я рассказываю то, что вижу. А то, что тебе это не нравится – твои проблемы.
– Хорошо, – Елена глубоко вздохнула. – Тогда объясни мне, почему каждый наш разговор превращается в рассказ о моих недостатках?
– Потому что ты действительно изменилась! – он повысил голос. – Раньше ты была проще, а теперь вечно недовольна, вечно что-то требуешь!
– Что именно я требую?
– Да все! То пальто купить, то поехать куда-то, то помочь тебе по дому! Раньше ты справлялась сама со всем!
Елена смотрела на мужа, не узнавая его. Этот человек, который когда-то клялся в любви, теперь считал ее обузой.
– Максим, а ты помнишь, как мы поженились? – тихо спросила она.
Он растерянно посмотрел на нее.
– При чем тут это?
– Просто интересно, какую версию ты рассказываешь родителям.
Семь лет назад Елена была студенткой пятого курса филфака, подрабатывала репетиторством, чтобы помочь маме с коммунальными платежами. Жили они вдвоем в однокомнатной квартире на окраине – отец ушел, когда Лене было десять.
Максима она встретила случайно – он искал репетитора английского для подготовки к собеседованию в крупной компании. Он только закончил технический вуз, устраивался инженером.
Влюбилась сразу и безоглядно. Он был красивый, умный, с планами на будущее. А главное – казался таким надежным после всех университетских мальчишек.
Максим тоже увлекся ею. Встречались четыре месяца, когда Елена поняла, что беременна.
"Что делать? Что делать?" – билась она в панике. Диплом через полгода, впереди работа, а тут ребенок. Мама будет в шоке, денег нет, Максим...
Она решила сделать аборт, не говоря ему. Записалась в клинику, собрала деньги. Но накануне не выдержала – рассказала.
Максим сначала растерялся, потом обнял ее крепко-крепко.
– Лена, давай поженимся. Я хочу этого ребенка. Хочу быть с тобой всю жизнь.
– Но мы еще так молоды... У тебя впереди карьера...
– Ничего, справимся. Я люблю тебя. А ребенок – это счастье, не проблема.
Она поверила. Отменила запись в клинику, они подали заявление в загс.
Родители Максима встретили новость в штыки. Особенно мать.
– Ты уверен, что это твой ребенок? Может, она нарочно забеременела, чтобы выйти замуж?
– Мама, не говори глупости!
– Какой из нее будет жены? Она же из бедной семьи, ничего не умеет, кроме английского. Ты мог найти девушку получше.
Тогда Максим защищал Елену. Говорил родителям резкости, даже поссорился с ними. Елена была так благодарна ему за поддержку.
Свадьба была скромная. Родители мужа пришли с каменными лицами, но пришли. А после рождения Артема вроде бы смягчились – внук есть внук.
Но теперь, спустя годы, Елена понимала – они просто ждали удобного момента. И этот момент настал, когда Максим начал уставать от семейной жизни.
– Ты помнишь, что говорил мне тогда? – спросила она, глядя мужу в глаза. – Что хочешь этого ребенка, что я не проблема, а счастье?
Максим отвел взгляд.
– Лена, не надо ворошить прошлое. Мы были молодые, глупые...
– Глупые? Значит, наш брак – ошибка молодости?
– Я этого не говорил, – он встал, прошелся по комнате. – Просто... тогда все казалось проще.
– А сейчас твои родители напоминают тебе, как я "подсуетилась" и "заставила жениться"?
Он замер у окна, спиной к ней.
– Они просто переживают за меня.
– Переживают? Или планомерно настраивают против жены?
Максим резко обернулся.
– Хватит! Хватит искать заговоры там, где их нет! Родители хотят для меня лучшего, и если они видят, что ты изменилась...
– Я не изменилась, Максим! – Елена встала, чувствуя, как дрожат руки от обиды. – Изменился ты! Раньше ты слышал меня, а теперь ищешь поводы для критики!
– Может, потому что поводы появились?
Эта фраза упала между ними как лезвие ножа. Елена смотрела на мужа, чувствуя, как рушится что-то важное внутри.
– Понятно, – тихо сказала она. – Значит, я виновата в том, что наш брак трещит по швам.
– Я этого не говорил...
– Сказал. Только что сказал.
На следующий день Елена проснулась с четким планом. Она дождалась, когда Максим уйдет на работу, отвела Артема в детский сад и поехала к свекрови.
Галина Петровна открыла дверь в халате, явно не ожидая гостей.
– Лена? Что случилось? Где Артем?
– В саду. Галина Петровна, мне нужно с вами поговорить.
Свекровь неохотно пропустила ее в квартиру. Они прошли на кухню, где пахло свежим кофе и выпечкой.
– Хотите кофе? – вежливо предложила Галина Петровна.
– Спасибо, не нужно, – Елена села за стол. – Я хочу понять, почему вы настраиваете Максима против меня.
Лицо свекрови мгновенно изменилось – из вежливо-нейтрального стало холодным.
– О чем вы говорите?
– О том, что вы обсуждаете каждый мой шаг с сыном. О том, что представляете меня в дурном свете при любой возможности.
– Елена, если сын делится со мной своими проблемами, это не значит, что я его настраиваю.
– Значит, вы признаете, что считаете меня проблемой?
Галина Петровна налила себе кофе, медленно размешала сахар.
– Я считаю, что мой сын мог найти девушку получше, – наконец сказала она, не поднимая глаз. – Из хорошей семьи, с образованием, с приданым.
– Но он выбрал меня.
– Потому что вы забеременели и не оставили ему выбора.
Елена почувствовала, как к лицу приливает жар.
– Это неправда. Я хотела сделать аборт, это Максим уговорил меня родить.
– Конечно, так вы и скажете, – свекровь усмехнулась. – Девочки вроде вас хорошо умеют заставлять мужчин чувствовать себя виноватыми.
– Девочки вроде меня?
– Из бедных семей. Которые видят в удачном замужестве единственный способ выбиться в люди.
Елена встала, чувствуя, как внутри все переворачивается от унижения.
– Знаете что, Галина Петровна? Семь лет я терпела ваши намеки и ваше пренебрежение. Думала, что со временем вы примете меня. Но теперь понимаю – вы никогда этого не сделаете.
– И что вы собираетесь с этим делать?
В голосе свекрови прозвучал вызов. Она явно не ожидала, что Елена осмелится на прямой разговор.
– Я скажу Максиму, чтобы он перестал обсуждать со вами нашу семейную жизнь. И если он не согласится...
– То что? – Галина Петровна встала, скрестив руки на груди. – Разведетесь? И кому это нужно будет – разведенная женщина с ребенком и без собственного жилья?
Елена смотрела на эту женщину, которая семь лет скрывала свою ненависть за маской вежливости, и чувствовала странное облегчение. Наконец-то все карты открыты.
– Посмотрим, – тихо сказала она и направилась к выходу.
– Елена! – окликнула ее свекровь. – Не разрушайте семью сына из-за своей гордости. Максим хороший человек, он заботится о вас. Не всем так везет.
Елена обернулась.
– Знаете, в чем ваша ошибка, Галина Петровна? Вы думаете, что я должна быть благодарна за то, что ваш сын на мне женился. А я думаю, что это он должен быть благодарен, что я согласилась стать его женой.
Вечером Елена ждала мужа как никогда раньше. Артем уже спал, ужин стоял на столе, но она не могла есть от волнения. Разговор со свекровью все расставил по местам, но теперь предстояло главное – поговорить с Максимом.
Он пришел поздно, усталый и хмурый.
– Мама звонила, – сказал он, даже не поздоровавшись. – Сказала, что ты приезжала к ней с претензиями.
– Я приезжала выяснить отношения, – спокойно ответила Елена. – И многое поняла.
– Что именно?
Максим сел за стол, но к еде не притронулся. Смотрел на жену настороженно, словно на незнакомого человека.
– Понятно, что твоя мать ненавидит меня с первого дня. И что ты постепенно начинаешь разделять ее мнение.
– Не говори глупости. Мама тебя не ненавидит.
– Максим, она прямо сказала мне, что ты мог найти девушку получше. Из хорошей семьи, с приданым.
Он отвел взгляд, и этого жеста хватило, чтобы Елена поняла – он слышал эти слова не раз.
– Она просто переживает за меня, – пробормотал Максим. – Матери всегда так говорят.
– Нет, не всегда. Нормальные матери радуются счастью своих детей, а не пытаются разрушить их семьи.
– Хватит демонизировать мою мать! – он повысил голос. – Она не пытается ничего разрушить!
– Тогда объясни, почему каждый наш разговор становится поводом для жалобы ей? Почему я в твоих рассказах всегда выгляжу капризной и требовательной?
Максим помолчал, крутя в руках вилку.
– Может, потому что ты действительно стала такой?
– Или потому что ты начал смотреть на меня глазами своей матери?
Он резко поднял голову.
– Что ты хочешь этим сказать?
– То, что семь лет назад ты видел во мне любимую женщину, мать своего ребенка. А теперь видишь "девочку из бедной семьи, которая подсуетилась и заставила жениться".
– Я никогда такого не говорил!
– Но думаешь. И мама твоя очень постаралась, чтобы ты именно так думал.
Максим встал из-за стола, прошелся по кухне.
– Знаешь что, Лена? Может, она и права в чем-то. Может, мы действительно поторопились с женитьбой. Были слишком молоды, чтобы принимать такие решения.
Елена почувствовала, как внутри все обрывается. Вот и все. Семь лет брака, общий ребенок – и он готов признать это ошибкой.
– Значит, жалеешь?
– Не жалею, – он остановился у окна. – Но... иногда думаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы тогда все пошло по-другому.
– И как бы сложилась?
– Не знаю. Может, я бы добился большего. Может, у меня была бы другая жена, другие дети...
– Из хорошей семьи, с приданым?
Он обернулся к ней, и в его глазах она увидела то, чего так боялась – сожаление.
– Лена, давай не будем себя обманывать. Мы разные. Из разных миров. Может, любви недостаточно, чтобы это преодолеть.
Елена встала, подошла к мужу. Посмотрела ему в глаза – в те самые глаза, в которые когда-то смотрела с такой надеждой и доверием.
– Хорошо, – тихо сказала она. – Тогда не смей больше обсуждать наши проблемы с твоими родителями. Потому что у нас их больше нет.
– Что ты имеешь в виду?
– То, что я ухожу. Завтра заберу Артема и перееду к маме.
– Лена, не надо...
– Надо, – она отошла от него. – Семь лет я пыталась доказать твоим родителям, что достойна их сына. А теперь понимаю – я не собираюсь никому ничего доказывать. Я знаю себе цену.
Максим смотрел на нее растерянно.
– И что дальше? Развод?
– Не знаю, – честно ответила Елена. – Посмотрим. Может, когда ты поживешь без "девочки из бедной семьи", ты поймешь, что потерял. А может, найдешь себе жену "получше".
Она вышла из кухни, оставив мужа одного. В спальне достала чемодан и начала собирать вещи. Руки дрожали, сердце бешено колотилось, но решение было принято.
"Достаточно", – думала она, складывая в сумку детские вещи. "Семь лет унижений достаточно. Артем еще маленький, он переживет развод родителей лучше, чем жизнь в семье, где мать не уважают".
Максим так и не пришел в спальню. Утром, когда Елена собирала сына в детский сад, он уже ушел на работу.
На кухонном столе лежала записка: "Лена, давай не будем рубить с плеча. Поговорим вечером спокойно".
Но говорить было не о чем. Все уже было сказано. И главное – она наконец поняла, что никогда не будет счастлива в семье, где ее считают ошибкой.
Собирая последние вещи, Елена вспомнила слова свекрови: "Не всем так везет". И усмехнулась. Да, не всем везет. Но она наконец поняла – ей повезло не тогда, когда она вышла замуж за Максима. Ей повезло сейчас, когда она находит в себе силы уйти.
