Завтра... сорок дней. Сорок дней, как ушла в тыл вечного отдыха тетя Лена. По бате. Моя... наша тетя Лена.
Операция "Горе". Сложная. Тяжелая. Полный... коржец. Но доклад есть доклад. Держу хвост... то есть, кисточку... трубой. Как положено.
Она... была особым человеком. Из тех, кто понимает нас, хвостатых, без лишних слов. Кто смотрит в глаза и видит душу, а не просто "собаку". Она меня любила. Искренне. Без условий. А я... я ее тоже. Очень. Это факт. Проверенный временем и количеством украденных с ее тарелки котлет (операция "Закуска" всегда проходила успешно при ее попустительстве).
Она вообще животных любила. Всех. Поэтому я абсолютно уверен: на небесном КПП ее уже встретили патрульные – кот Стёпка и кошка Ксюша.
Доложили: "Прибыла по расписанию, товарищ Лена!". И повели на распределение – в теплые облака, где много вкусняшек и нет боли.
Именно тетя Лена окрестила меня "крокодилом". Подозреваю, позаимствовала термин из секретных архивов (фильм "По семейным обстоятельствам", кажется). Звучало... солидно. Принято.
Родня до сих пор так зовет. "Ну что, крокодил?". Старшина-крокодил. Звучит. Не без гордости ношу это звание.
Ей нравилось, что я... крупненький. Не худенький. "Крепкий, рабочий коржик!" – говаривала она, почесывая мне загривок. И в этом была ее особая мудрость. Она ценила суть, а не стандарты породы. Мои широкие плечи, мою коренастость – в них она видела силу и надежность. Как в старшине и полагается.
Сейчас... тихо. Без ее смеха, без ее "Бильбух-крокодил!". Без этих особых почесушек за ухом, которые отменяли все звания и делали меня просто счастливым псом.
Операция "Скучаю" продолжается. Виляние хвоста с белой кисточкой – на минимальной амплитуде. Режим экономии эмоций.
Но! Старшина не имеет права на долгий упадок сил. Миссия продолжается. Дети с ОВЗ ждут наших сеансов канистерапии. Младшим корги нужна моя опытная лапа. Пищащие игрушки сами себя не достанут из-под дивана (операция "Спасение Резиновой Утки" вечна).
И тетя Лена... она бы не одобрила уныние. Она бы сказала: "Ну что ты, крокодил! Встряхнись!". И сунула бы кусочек сыра. Тайно. От всех.
Поэтому докладываю: держусь. Салатовая бандана старшины – на месте. Чувство долга – в полной боевой готовности. Любовь и память о тете Лене – в сердце. Оно, как и я, крупненькое. Места хватит.
Она ушла. Но она... здесь. В прозвище "крокодил". В каждом моем терпеливом взгляде на ребенка во время терапии. В каждом азартном прыжке за фрисби (да, старшина позволяет себе такие вольности!). В каждом довольном постанывании под вечерними поглаживаниями проверенных людей.
Сорок дней... Это не конец пути. Это отметка. Как километровый столб во время долгой командировке. Идем дальше, тетя Лена. Идем. Придёт время - увидимся. Там, на радужном мосту.
Службу нес,
Ваш старшина Бильбо. Корги Бильбо.
(Без крокодила. Сегодня можно и без крокодила).