— Максим, сынок! — Виктор говорил в телефон из камеры предварительного заключения, стараясь звучать спокойно. — Ты же понимаешь ситуацию!
Максим сидел на кухне с матерью, слушая отцовские просьбы через громкую связь. Прошло десять дней с момента задержания, и это был второй разрешённый звонок.
— Пап, что именно ты хочешь?
— Ты же юрист! Можешь найти процессуальные нарушения, подать жалобы! Затянуть дело до истечения сроков!
Елена покачала головой и показала сыну включённый диктофон. Они решили записывать все разговоры.
— То есть ты хочешь, чтобы я нарушил адвокатскую этику? — уточнил Максим.
— Не нарушил, а помог! Сын должен поддерживать отца!
— Какой сын, пап? Ты же сказал, что я для тебя больше не существую.
— Я был зол! Не подумал! — голос Виктора стал умоляющим. — Макс, я же твой отец! Неужели дашь мне пропасть?
— Ты сам выбрал этот путь, когда решил брать взятки от строительных компаний.
— Я никого не обманывал! Выполнял свою работу!
— Пап, — Максим посмотрел на материалы дела, — у меня есть записи твоих переговоров с Кузнецовым. Хочешь, передам следователю?
Пауза. Потом Виктор сменил подход:
— Хорошо, допустим, были ошибки. Незначительные. Но ведь можно всё уладить! Договориться с пострадавшими сторонами...
— Сто восемьдесят миллионов — незначительные ошибки?
— Максим, у меня есть влиятельные друзья. Дело можно свернуть. Но нужна твоя юридическая помощь.
Максим обменялся взглядами с матерью. Отец не просто просил о защите — он предлагал сыну стать соучастником сокрытия преступлений.
— Пап, ты понимаешь, что просишь меня нарушить закон?
— Какой закон? Защищать семью — естественное право!
— Фальсификация документов — уголовное преступление.
— Никто не узнает! У тебя есть доступ к архивам, связи в суде...
— Откуда ты знаешь про мои связи?
Виктор замялся:
— Ну... ты же рассказывал...
— Я никогда не обсуждал рабочие вопросы дома. — Максим нахмурился. — Пап, ты собирал информацию обо мне?
— Какая чушь! Просто отцовская интуиция...
— Интуиция подсказала про архивы и судейские связи?
— Максим, не концентрируйся на мелочах, — Виктор поспешно перевёл разговор. — Главное, что мы можем всё исправить. Я знаю, как получить доступ к следственным материалам.
— Откуда ты это знаешь?
— У меня есть человек в прокуратуре. Олег Ветров. Он поможет.
Максим записал фамилию. Этого прокурора он знал — честный, принципиальный человек.
— Пап, даже если я смогу повлиять на документы, останутся свидетели. Записи разговоров, банковские операции...
— Отлично! — воодушевился Виктор. — Олег говорит, можно изъять записи как полученные с нарушениями, а банковские документы... ну, всякое бывает. Системные сбои, потеря данных...
— Ты предлагаешь уничтожить доказательства?
— Не уничтожить! Просто... технический сбой...
Елена покачала головой. Муж окончательно потерял чувство реальности.
— Пап, за препятствование правосудию дают до семи лет. За уничтожение доказательств — до пяти. Хочешь, чтобы я сел рядом с тобой?
— Не поймают! Олег всё рассчитал!
— Какой Олег? — Максим открыл справочник. — Ветров Олег Николаевич работает в области по борьбе с коррупцией. Он тебя точно не станет покрывать.
Виктор замолчал.
— Пап, кто такой этот Олег?
— Ну... он не прокурор... Работает в другом месте...
— В каком именно?
— В... юридической фирме... Может организовать любую защиту...
Максим усмехнулся:
— Пап, ты предлагаешь мне связаться с подпольными адвокатами?
— Не с подпольными! С опытными юристами!
— Которые покупают судей за деньги?
— Максим, это же ради семьи! Ради нашего общего блага!
— Какого блага? — Максим закрыл справочник. — Пап, ты сидишь в СИЗО за коррупцию. Какое может быть благо?
— Если поможешь — будет! Всё уладим, начнём новую жизнь!
— Начнём с преступления?
— Это не преступление! Это... восстановление справедливости!
Максим посмотрел на мать. Та развела руками — мол, бесполезно переубеждать.
— Пап, я не буду помогать скрывать коррупцию.
— Значит, предаёшь отца в трудную минуту?
— Трудности создал ты сам.
— Максим! — голос Виктора стал угрожающим. — Если откажешься помочь, пожалеешь!
— Угрожаешь мне?
— Предупреждаю. У меня есть сведения, которые могут повредить и твоей карьере.
Максим напрягся:
— Какие сведения?
— Думаешь, твоя фирма такая уж безупречная? Помнишь дело «Стройинвеста»?
— Что с ним?
— А то, что ты получил деньги за консультацию, зная о нарушениях клиента.
— Это неправда!
— Докажи. Твоё слово против документов.
Елена взяла трубку:
— Витя, прекрати. Не опускайся до шантажа сына.
— Лена? Ты тоже отвернулась от меня?
— Я против преступлений. Твоих и тех, к которым ты склоняешь Максима.
— Лена, ты не понимаешь! — голос Виктора стал истеричным. — Меня подставили! Кузнецов сам предлагал сделку!
— За пятьдесят миллионов? — холодно спросила жена.
— Это была не взятка! Это... гонорар за услуги!
— Какие услуги стоят пятьдесят миллионов?
— Лена, поверь! Я жертва обстоятельств! Меня втянули!
Максим включил громкую связь и показал матери экран планшета. На нём была открыта переписка отца с Кузнецовым.
— Пап, — сказал он, — хочешь, зачитаю твоё сообщение от позапрошлого месяца? «Андрей, нужны документы по участку на Советской. Готов заплатить три миллиона как всегда».
— Откуда у тебя эта переписка?
— Следователь дал ознакомиться с материалами дела.
Виктор понял, что выдал себя.
— «Как всегда», — повторил Максим. — Значит, брал постоянно. Это не случайность, а система.
— Максим, ну помоги! Я исправлюсь! Но вытащи меня из этой беды!
— Пап, беду ты создал сам. Целых пять лет.
— Тогда подумай о семье! — Виктор сменил тактику. — Если меня надолго посадят, что будет с нами? С квартирой?
— Квартиру конфискуют в любом случае, — ответила Елена. — Она куплена на взятки.
— А где жить будете? На что?
— На честную зарплату, — сказал Максим. — Это ещё возможно в нашей стране.
— И что с того?
— Как что? Вы привыкли к роскоши! К дорогим вещам, путешествиям!
— К краденой роскоши.
— Не краденой! Заработанной связями и опытом!
— Пап, — Максим устало потёр глаза, — ты сам не веришь своим словам.
— Верю! И ты поверишь, когда окажешься в коммуналке!
— Лучше в коммуналке с чистой совестью, чем в пентхаусе с грязной.
— Красивые речи! — фыркнул Виктор. — Поработаешь год за сорок тысяч — заговоришь иначе!
— Возможно. Но это будут честные деньги.
— Честные? — голос отца стал злобным. — А кто тебе институт оплачивал? Кто отправлял стажироваться в Германию? Кто купил первую машину?
— Строительные компании, которые ты крышевал.
— Не ты ли ездил на этой машине? Не ты ли жил в этой квартире?
Максим замолчал. Отцовские слова попали в цель.
— Видишь? — торжествующе продолжил Виктор. — Ты такой же виноватый! Пользовался взятками и молчал!
— Я не знал...
— Не знал? Умный парень не догадался, откуда у папы-чиновника миллионы?
— Думал, у тебя побочные доходы...
— Доходы и были! Просто ты не понимаешь, как зарабатываются настоящие деньги!
— Витя, прекрати манипулировать сыном! — вмешалась Елена. — Максим поступил честно!
— Честно? — взвился Виктор. — Он разрушил семью! Сдал отца властям!
— Семью разрушил ты, когда стал брать взятки.
— Я не брал! Оказывал услуги!
— За миллионы от застройщиков.
— Это называется консалтинг! Все так работают!
— Не все, — сказал Максим. — И не за такие суммы.
— Максим, ты же видишь — мама настроила тебя против меня! — Виктор попытался поссорить их. — Она завидует моим успехам!
— Каким успехам? — удивилась Елена. — Тому, что ты сидишь под следствием?
— Я попал в сложную ситуацию! А ты довольна!
— Я не довольна. Мне стыдно за мужа-коррупционера.
— Коррупционера? — голос Виктора дрожал от ярости. — Лена, ты пятнадцать лет жила на мои доходы! Молчала, когда покупали квартиру! Не интересовалась источниками!
Максим посмотрел на мать. В словах отца была правда.
— Мам, ты действительно не подозревала?
Елена тяжело вздохнула:
— Подозревала. Но не знала масштабов. Думала — небольшие подарки, благодарности...
— Благодарности? — переспросил Виктор. — Ты сама выбирала квартиру за семь миллионов! Сама просила машину подороже!
— Я думала, у тебя хорошая зарплата и премии...
— Зарплата была хорошая! Просто работала по особым принципам!
— По коррупционным принципам, — поправил Максим.
— Максим, хватит лицемерить! — взорвался отец. — Думаешь, твоя фирма работает кристально честно? Не даёт откаты? Не покупает решения?
— Возможно, даёт. Но я об этом не знаю.
— Не знаешь или не хочешь знать?
— Не знаю. И если узнаю — подам заявление об увольнении.
— Подашь? — засмеялся Виктор. — С твоими принципами скоро останешься без работы!
— Тогда открою свою практику. Честную.
— На какие средства? На сорок тысяч зарплаты?
— На свои. Буду копить, возьму кредит, найду партнёров.
— Партнёры! — фыркнул отец. — Максим, все крупные юристы работают с серыми схемами! Белых денег не существует!
— Существуют. Просто ты их не видел.
— Потому что их нет! — кричал Виктор. — Все состоятельные юристы нарушают законы! Все! Разница только в размахе!
— Может быть, — спокойно ответил Максим. — Но я не стану одним из них.
— Значит, останешься нищим!
— Останусь порядочным.
— Порядочность не приносит денег!
— Зато даёт возможность смотреть в зеркало без стыда.
Виктор замолчал, потом заговорил тихо:
— Максим, в последний раз прошу. Помоги отцу. Ради нашей семьи.
— Какой семьи? О той, где ты обворовывал город?
— О той, где я тебя воспитывал! Любил! Давал лучшее образование!
— На взятки.
— На заработанные деньги! По-своему, но заработанные!
Максим посмотрел на диктофон. Разговор длился уже час.
— Пап, мой ответ — нет. Не буду помогать скрывать коррупцию.
— Отлично! — голос Виктора стал ледяным. — Тогда готовься к проблемам, сынок.
— К каким проблемам?
— У меня есть документы о твоих сомнительных сделках. Ты консультировал фирмы, зная об их нарушениях.
— Это ложь!
— Олег всё оформил. Твои консультации сомнительным клиентам.
Максим побледнел. Неужели отец действительно собирал на него компромат?
— Какой Олег? Тот самый юрист?
— Специалист по документообороту. Очень опытный. Умеет не только создавать справки, но и... находить нарушения там, где их не было.
— Подделывать документы?
— Оформлять. Из реальных фактов можно составить любые выводы.
Елена взяла трубку:
— Витя, это прямой шантаж.
— Это самооборона! Если сын топит отца — отец имеет право защищаться!
— Угрозами?
— Фактами! Максим тоже не идеален! Пусть докажет свою безупречность!
— Пап, — сказал Максим, — ты угрожаешь собственному сыну?
— Угрожаю. И мне тяжело. Но ты сам меня заставил.
— Я заставил тебя брать взятки?
— Ты заставил меня обороняться! Мог спокойно помочь, решить всё по-семейному...
— А ты мог не воровать у горожан.
— Всё! — закричал Виктор. — Прекрати читать лекции! У тебя есть день на размышления!
— О чём размышлять?
— О том, хочешь ли ты, чтобы послезавтра в адвокатской палате появились документы о твоих нарушениях.
— Пап, даже если эти документы настоящие...
— Неважно, настоящие или поддельные! Важно, что их увидят твои коллеги!
Максим понял — отец не блефует. Сфабрикованные документы могут уничтожить его репутацию.
— И что ты хочешь взамен?
— Чтобы ты помог с процедурными нарушениями. Затянул дело на год-два.
— А если я откажусь?
— Послезавтра твоё руководство получит анонимный пакет документов.
— Пап, ты шантажируешь родного сына.
— Я сражаюсь за свободу! За нашу семью!
— Семьи больше нет, — сказала Елена. — Ты её разрушил собственными руками.
— Семья восстановится! Когда я освобожусь, мы всё наладим!
— Ты не освободишься быстро, — ответил Максим. — Статья тяжёлая.
— Освобожусь, если ты поможешь!
— А если не поможешь — Максим потеряет лицензию, — добавил Виктор. — И тогда мы все останемся без средств.
— Уже остались, — сказала Елена. — Квартиру отберут, счета заморозят.
— Не все счета! У меня есть накопления!
— Какие накопления? — насторожился Максим.
— Неважно. Главное, что семья может выжить. Но только если ты поможешь.
— Пап, ответь честно: у тебя есть тайные вклады?
— У меня есть возможность обеспечить нам достойную жизнь. Если ты не станешь вредить.
Максим переглянулся с матерью. Значит, деньги припрятаны. Вероятно, офшоры.
— Пап, сколько ты скрыл?
— Достаточно для безбедного существования. Для всех нас.
— Из взяток от застройщиков?
— Из честно заработанного опытом и связями!
— Значит, ты готов подкупить сына краденными деньгами?
— Готов сохранить семью любыми способами!
— Пап, мой окончательный ответ — нет, — твёрдо сказал Максим. — Не буду помогать тебе избежать наказания.
— Тогда послезавтра лишишься лицензии! — зло ответил Виктор.
— Лишусь так лишусь. Буду работать консультантом.
— Кто возьмёт юриста с испорченной репутацией?
— Тот, кто изучит ситуацию. А подделки можно разоблачить почерковедческой экспертизой.
— Экспертиза стоит больших денег! У тебя таких сумм нет!
— Займу или найду бесплатную.
Виктор замолчал, поняв, что сын не сдастся.
— Хорошо, — процедил он наконец. — Но помни — ты выбрал чужих людей против родного отца.
— Я выбрал закон против беззакония.
— Закон? — засмеялся Виктор. — Посмотрим, что ты скажешь, когда останешься без работы и крыши!
— Пап, — вмешалась Елена, — прекрати угрожать. Максим поступает правильно.
— Правильно? Он отправляет отца за решётку!
— Отец отправил себя сам, когда стал коррупционером.
— Прекрасно! — крикнул Виктор. — Тогда обходитесь без меня! И не просите о помощи!
— Не попросим, — спокойно ответил Максим.
— Посмотрим! Через полгода приползёте с извинениями!
— Не приползём.
— Время покажет! — Виктор бросил трубку.
Максим выключил запись и посмотрел на мать.
— Мам, он правда может испортить мне карьеру?
— Может попытаться. Но ты правильно сказал — подделки можно вычислить.
— А если не удастся?
— Тогда найдёшь другую сферу. Честные специалисты везде нужны.
— Даже бедные честные специалисты?
Елена обняла сына:
— Особенно бедные честные специалисты. Богатые часто покупают преданность. А у бедных есть только принципы.
Телефон Максима зазвонил. Следователь Петрова.
— Максим Викторович, как прошёл разговор с отцом?
— Он предлагал мне помочь ему избежать наказания. Потом стал угрожать.
— Всё зафиксировали?
— Да. Час двенадцать минут.
— Превосходно. Это отягчит его вину. Принуждение к соучастию и запугивание.
— Анна Сергеевна, а что с другими обвиняемыми?
— Кузнецова задержали позавчера. Обнаружили у него дома пять миллионов наличными и реквизиты кипрского счёта.
— Он даёт показания?
— Частично. Утверждает, что действовал по просьбе вашего отца.
— А остальные участники?
— Пока отрицают вину. Но улик предостаточно. Процесс будет резонансным.
После звонка Максим сел за ноутбук и открыл юридические порталы. Нужно было готовиться к возможным проблемам.
— Что ищешь? — спросила мать.
— Варианты работы. На случай неприятностей.
— Думаешь, отец выполнит угрозы?
— Непременно. Он привык решать проблемы любыми методами.
— А ты не сожалеешь о своём решении?
Максим подумал, потом покачал головой:
— Нет. Впервые за многие годы ощущаю себя порядочным человеком.
— А не страшно?
— Страшно. Но это честный страх. Не позорный.
Елена улыбнулась:
— Горжусь тобой, сынок. Ты оказался лучше нас.
— Просто встал на правильную сторону.
— Не просто. Встал вопреки личной выгоде. Это истинная смелость.
Максим сохранил несколько подходящих предложений и закрыл ноутбук. Завтра его ждал сложный день, но он встретит его с ясной совестью.