Как на духу: я пытался. Вновь и вновь я пытался понять и принять Лавкрафта. Не получилось. То ли у меня нет кузенов и двоюродных дедушек с мистическими тайнами. То ли я о них ничего не знаю. Слишком сложный, наверное, для меня автор.
Здравствуйте, дорогие подписчики и уважаемые гости канала «Дистанционный смотритель»!
В последний вторник июля выбранные для обзора произведения отлично подходят для рубрики «Мир грёз и кошмаров». Именно грёзы, именно кошмары – главная составляющая мира Говарда Лавкрафта. Мира литературного, конечно. Не знаю, жил ли автор в реальности тем же, чем наполнены его произведения. Может, смеялся над собой и читателями. А может, искренне верил в существование всех своих монстров и химер. Не исключено, что какие-то из них сами ему надиктовывали сюжеты будущих книг. Вон даже слонёнок в детском мультике пел: «И голова моя полна одними поросёнками!» Чего уж говорить про человека, у которого куда ни плюнь везде какой-нибудь Ктулху маячит! «И голова моя полна одними щупальцами», – что-то вроде того получается.
Окно в другие миры
Рассказ «Окно в мансарде» – типичный пример анамнеза Лавкрафта. Есть какой-то родственник с тайной (Детская травма? Обидел взрослый дяденька или братик?), который умирает при загадочных обстоятельствах (знал я одно такое загадочное обстоятельство: семилетний мальчик порубил топором в капусту отчима и дом поджёг якобы случайно). Главный герой долго и мучительно изучает бумаги родственника, а заодно и доставшийся в наследство дом. Ему прямо написали, что делать и что нельзя делать. Но ведь воля умершего для наследников не закон! И вот упрямство и любопытство едва не губит всё человечество. Ни много ни мало – всё человечество! Как-никак великий Ктулху присматривается к нам.
Существует множество фантастических устройств для путешествия между разными мирами. Всевозможные машины, двери в параллельные миры, драконы Перна и т.д. Лавкрафт предлагает своё – окно в мансарде. Надо только нарисовать звезду, прочитать заклинание, и ты увидишь в окне всякие неземные пейзажи, всяких удивительных существ. И самых обычных летучих мышей почему-то. То ли вымышленные монстры не так пугали самого автора, то ли он сомневался, что неизвестное способно напугать читателей. Лучшее, что смог придумать, – полчища летучих мышей. Ну и Ктулху. Само собой. Как без него? С щупальцами, с желанием попасть в наш мир – всё честь по чести. Что ему здесь надо? Поесть захотел? А чем в своём мире питается? Каков его нормальный рацион?
Нет, конечно, человечинка для всяких там марсиан и прочих чудовищ необычайно притягательна. Вкусно! И сытно. Наверное. Ганнибал Лектор знает. Но откуда знают этот вкус инопланетяне? В земной природе вообще-то не принято есть незнакомое. Типичный пример – колорадские жуки. Кто на эту вкуснотищу позарится? Даже цесарки, уплетающие этих полосатиков и их многочисленное потомство на родине, у нас предпочитают что-то другое, привычное. Хотя сами жуки, знаете ли, порой могут и разнообразить своё меню. Не только паслёновыми. Сам видел. Но, думаю, это всё от химических веществ. Нанюхаются, надышатся, наедятся всякой дряни, а потом под дозой вместо картошки начинают откладывать на крапиве или одуванчиках и жевать какую-нибудь лебеду. Заметьте, растения полезные и в пищу даже людям пригодные. А ещё говорят, что человек разумный! Человек разумный всякую дрянь в рот тащит и норовит себе проблем найти на ровном месте постоянно.
Да, рассказ смотрителя за параллельными мирами весьма познавателен. Но, как по мне, скучен. Саспенс так себе. Не впечатляет. Много слов – мало действия. Ну, прищемил щупальца Ктулху в конце. Или не Ктулху, а ещё кого-то. Неубедительно как-то. Опытный не сдюжил – помер. А неопытный – раз и в загс. Или как говорил Яшка-артиллерист: «Бац-бац – и в точку!» Звучит самоуверенно. В лучшем случае. В общем не напугал, не убедил, не заинтересовал.
Путешествия в прошлое
Что нужно для путешествий во времени? Наверное, какая-нибудь машина времени. Лучше – боевая. Фантасты много лет работают над этой проблемой. Им это зачем-то нужно. Зато у Лавкрафта всё просто. В рассказе «Возвращение к предкам» даётся чёткая инструкция: наркотики + музыка. О, я таких путешественников во времени много знал. Понятно, куда они то и дело уходили. К предкам возвращались! А что! «На четвереньки и назад, к природе!» – так вроде Руссо говорил? Или за него кто-то. По-моему, у Войновича.
В общем, очередной родственник («Гони рубль, родственник!» – напрашивается на ум цитата) главного героя нашёл свою лазейку в другой мир. Соорудил лабораторию дома, затарился веществами, музычку врубил погромче и посиходеличнее и начал ходить туда-сюда. Хоббит Бэггинс туда и обратно ходил один раз, после чего изменился до неузнаваемости, как говорят. Исследователь родовой памяти из рассказа Лавкрафта хождениями за три моря увлёкся не на шутку. «Чем дальше в лес, тем больше дров», – шутили наши предки. Вторую часть пословицы со временем стёб изменил до неузнаваемости. Версии с волками или партизанами всем, конечно, известны. «Родственник» до шёл и до леса, и до волков, и даже до динозавров (куда без них!).
Я так и не понял, куда он стремился. Наверное, увлёкся процессом. С учёными это бывает частенько. Доктор Менгеле изначально, вероятно, хотел пользу принести. Профессор Преображенский тоже к лучшему стремился. Вот только стоит ли улучшать то, что есть? Другой персонаж почти булгаковского произведения спрашивал в таких случаях (в пьесе не помню такой фразы – это скорее милая гайдаевская отсебятина): «За чей счёт банкет?» Очень правильный вопрос. Его каждый нормальный учёный должен всегда себе задавать, чтобы не наделать шариковых, не наломать ядерных дров, не стереть в порошок человечество.
«Родственник» увлёкся. Как мой бывший начальник любил работу ради работы, так и этот исследователь глубин прошлого полюбил пустоту. Нашёл себя. Обрёл свою истинную форму (а хотел, наверное, величия). В результате вынудил добрейшего пёсика стать убийцей. Вот этот момент меня удивил. Неужели собака, из миллиона запахов выделяющая запах хозяина, нюх потеряла? Говорят, такое возможно от старости. Или по прошествии времени. Помню, старый, слепой Тобик начинал на меня лаять, когда я давно не приезжал. Да, тогда выручал голос – его он узнавал и радостно вилял хвостом. Но то старый пёс, возможно, утративший обоняние. А у Лавкрафта вполне здоровый кобель был. Ну, пахло в лаборатории сильно. Но это для людей непривычно (слуги сразу сбежали, почуяв недоброе). Хотя, возможно, имела место реакция, как на пьяного? Знаю немало случаев, когда собака огрызалась на выпившего хозяина. Чуждый запах…
Ну, ладно, уговорили. Или сам себя уговорил. В общем, не употребляйте наркотики под музыку, чтобы вас не загрызли. Как-то так. Глубокая мысль!
Ожившие кости
Рассказ «Тайна среднего пролёта» тоже про родственника главного героя. Больная всё-таки тема для Лавкрафта. Либо действительно без Ктулху не обошлось, либо родственников было так много, что от них голова болела у ребёнка. С головой шутить нельзя! Заболела – надо лечить. Так оставлять нельзя.
На этот раз родственник ещё более загадочен и ненормален. Кто он, что он, зачем – непонятно практически до самого конца. До мешка с костями: «Здравствуй, дедушка, мы тут!» Хотя тут как раз наоборот: «Здравствуйте, я ваш дедушка!»
Привычно излагается очередная инструкция для паранормальных: надо взять кости, полить живой кровью – вуаля, оно снова бегает. Напоминает козлов Тора, которыми Главная Скандинавская Колотушка угощал всех направо и налево. Главное – кости не грызть. Даже когда очень хочется. И всё равно были случаи, когда кто-то не удержался. Да, природа человеческая вечна! Жёны Синей Бороды подтвердили бы. Помню, был у нас на работе один странный товарищ. Сказали ему: «На эту кнопку не нажимай!» Понял. Ходил-ходил вокруг. Час ходил. Два. На третий не удержался – нажал. А вы бы удержались?
Мир Лавкрафта тёмен и мрачен. Вдобавок перенаселён всевозможными кузенами, двоюродными дедушками и прочими родственниками. Не считая Ктулху. И рассказы усыпляюще нудны и затянуты. Знаете, как опознать зануду? Задайте человеку банальный вопрос: «Как дела?» Если человек начнёт подробно рассказывать про свои дела – он. Бегите прочь, если его дела вас не интересуют. Конечно, если вы любите получасовые вступления к двухминутному экшену, то мимо лавкрафтовых историй не должны проходить. Ах да! Многим ведь особенно интересны истории про чужих родственников. Тем более с элементами мистики и изрядной долей страшного. Я как-то больше привык пугаться того, у чего нет осязаемого облика. Здесь же всё, говоря словами Маяковского, «весомо, грубо, зримо». Слишком зримо, как мне кажется. И очень затянуто. Причём в каждом отдельно взятом предложении.
А вам нравятся произведения Лавкрафта?