История одного расставания.
Франкузова. Сорок первый день, как она живет без штор.
Не потому что эстет. Просто ОН уехал, карниз снял, повесить не успел. И все. В доме осталась она и прозрачность.
Франкузова варила гречку.
Соль закончилась. Муж обещал купить, но ушел в «процесс самопознания».
Ушёл красиво. Через «нам надо серьезно поговорить».
— Внимание, — подумала Франкузова, — сейчас будет перформанс.
Он говорил долго. Что устал. Что хочет тишины. Что понял: не хочет никого «спасать».
Особенно тех, кто сам справляется.
— Сильная, — сказал он.
Словно это диагноз.
Словно это освобождает его от обязанностей — хотя бы завинтить карниз.
Первую неделю Франкузова лежала.
В тапках.
С гречкой.
С лицом женщины, которая пересмотрела слишком много аниме про смысл.
— Не в любви дело, — поняла она, — дело в упаковке.
Он хотел образ. Она — чайник.
Он мечтал о путешествии. Она — об отключенной стиральной машине, потому что течет.
Всё. Финита. Дальше — тишина.
Муж писал подкаст: «Как я нашел себя».
Она писала список: «что не успела выбросить перед расставанием».
— Удивительно, — размышляла Франкузова, — как часто слово «я» у него стоит раньше «мы».
Впрочем, и это — нормально.
Просто не для совместной жизни.
Через месяц она снова была на ногах.
Физкультура помогла. Как всегда.
Плечи перестали болеть.
Голова — нет.
Но это уже было знакомо: сначала телом — потом мозгом. Так и выживают.
На свидание с новым пошла не потому что «открыта».
А потому что надо проверять: работает ли еще она как женщина.
Или уже — просто боевая единица.
Он был хорош: с волосами, с планами, с юмором.
— Я сейчас много в себе работаю, — сказал он.
— Работай, — сказала она. — Только не в ущерб батарее. У тебя телефон сел.
Уходила рано.
Сказала: спасибо, все поняла.
Что именно — не уточнила.
На остановке сидела рядом девушка. В белом. С глазами из рекламы духов.
— Он сказал, что я красивая, — прошептала та. — Это значит, что я ему нравлюсь?
Франкузова посмотрела на нее с жалостью.
И с желанием дать пощечину. Но не дала.
— Это значит, что ты ему пока ничего не стоишь, — ответила. — Ему просто нравится смотреть.
Но как только ты захочешь, чтобы он помог донести супермаркет до дома — он вспомнит, что у него сложный период.
На кухне снова варилась гречка.
С солью.
Карниз висел. Сама прибила.
На стене записка:
«Если хочешь быть любимой — не будь удобной.
Если хочешь быть живой — двигайся.
Если хочешь тишины — выбирай того, кто умеет молчать красиво».
И чай. В красивой чашке. Для себя.
Франкузова и ее анти_терапевтические заметки против мягких форм счастья и "твёрдого бреда".
«Инструкция по выживанию для женщин» — помогаем добиваться результатов в неженских профессиях и в неженских делах.
