Раиса Петровна стояла в дверном проёме, вся красная от злости, размахивая банковской выпиской. Её седые волосы растрепались, халат криво висел на плечах. Я спокойно отложила книгу и посмотрела на неё.
— О каких деньгах речь, Раиса Петровна?
— Не прикидывайся дурочкой! Со счёта исчезли двести тысяч! Знаю, что это ты!
Муж мой, Виктор, проснулся от крика и сел в кровати, растерянно моргая.
— Мам, что происходит? Который час?
— Твоя жена воровка! Украла мои деньги!
Я поднялась с кровати и надела халат. За окном ещё темнело — было около шести утра. Раиса Петровна имела привычку устраивать скандалы в самое неподходящее время.
— Виктор, иди на кухню, поставь чайник. Нам нужно серьёзно поговорить.
— Не смей командовать моим сыном! — взвизгнула свекровь.
— Мам, успокойся, — Виктор встал и потянулся. — Давайте разберёмся спокойно.
Мы прошли на кухню. Раиса Петровна плюхнулась на стул, всё ещё сжимая в руках банковскую бумагу. Я включила свет и стала готовить кофе. Руки у меня не дрожали — я готовилась к этому разговору уже несколько дней.
— Покажите выписку, — попросила я.
— Зачем тебе? Ты и так знаешь, что наделала!
— Мам, дай посмотрю, — вмешался Виктор.
Раиса Петровна неохотно протянула бумагу. Виктор пробежал глазами по строчкам и нахмурился.
— Здесь написано, что деньги переведены на другой счёт. Какой-то номер... Мам, а это не твой второй счёт случайно?
— Какой ещё второй счёт? У меня один счёт!
Я поставила перед ними чашки с кофе и села напротив. Настал момент истины.
— Раиса Петровна, у вас действительно один счёт. Но есть ещё депозитный вклад, который вы открыли три месяца назад.
Свекровь побледнела.
— Откуда ты знаешь?
— Я работаю в том же банке, забыли? Правда, в другом отделении, но база данных общая.
Виктор удивлённо посмотрел на мать.
— Мам, ты открыла вклад и забыла?
— Я ничего не открывала! — но голос Раисы Петровны уже не звучал так уверенно.
Я достала из сумочки распечатку, которую подготовила заранее.
— Вклад «Пенсионный плюс» на имя Раисы Петровны Кореневой, открыт пятнадцатого апреля. Сумма вклада — двести тысяч рублей. Срок — шесть месяцев под восемь процентов годовых.
— Не может быть...
— Может, мам. Посмотри, — Виктор изучал документ. — Здесь даже твоя подпись есть.
Раиса Петровна схватила бумагу и долго всматривалась в неё. Потом медленно опустилась на стул.
— Боже мой... Я совсем забыла. Та девочка в банке так уговаривала, говорила, что проценты хорошие...
— Какая девочка? — спросил Виктор.
— Ну, консультант. Молоденькая такая, в костюмчике. Объясняла про вклады. Я думала, просто так разговариваем, а оказывается...
Я вздохнула. Таких пожилых клиентов было немало — их легко убеждали менеджеры, обещая высокие проценты. Но обвинять меня в воровстве — это уже слишком.
— Раиса Петровна, вы меня в воровстве обвинили. При муже. В шесть утра.
— Ну... я подумала... деньги же исчезли...
— Деньги не исчезли. Они работают на вас. Через три месяца получите больше на двенадцать тысяч.
Виктор налил себе ещё кофе и покачал головой.
— Мам, как ты могла забыть такую сумму?
— Я же не специально! Голова уже не та... А эта девчонка так быстро говорила, бумаги совала... Я думала, это какие-то справки...
— Хорошо, что хоть паспорт с собой взяли, — заметила я. — Иначе вклад бы не оформили.
— Ты что, издеваешься? — вспыхнула свекровь.
— Нет, просто констатирую факт. Кстати, а зачем вам вообще понадобилось идти в банк в тот день?
Раиса Петровна замялась.
— Хотела... узнать про кредит.
— Какой кредит? — насторожился Виктор.
— Ну, на ремонт... Квартира совсем старая стала...
— Мам, тебе семьдесят два года! Какой кредит? Кто тебе его даст?
— Дают же! Реклама по телевизору... «Пенсионерам до восьмидесяти лет»...
Я поняла, что свекровь планировала влезть в долги, не сказав сыну. Хорошо, что менеджер оказался порядочным человеком и предложил вклад вместо кредита.
— Раиса Петровна, а что именно вы хотели отремонтировать?
— Ванную комнату. Плитка отваливается, сантехника старая...
Виктор задумался.
— Мам, а почему ты мне не сказала? Мы бы помогли.
— Вы свои проблемы решаете. Недавно машину купили, потом на дачу тратитесь...
— Это не повод кредит брать, — возразила я. — Можно было просто поговорить.
— С тобой поговоришь! — огрызнулась свекровь. — Ты считаешь каждую копейку!
Виктор неловко покашлял. Тема семейного бюджета всегда была болезненной. Раиса Петровна считала, что я слишком экономная, а я считала, что она слишком расточительная.
— Мам, давай сейчас не об этом. Главное, что деньги на месте. Можешь забрать их через три месяца с процентами.
— А если мне раньше понадобятся?
— Тогда проценты сгорят, — объяснила я. — Но основную сумму вернут.
— Ясно... А ты что, следишь за моими счетами?
Вот и добрались до главного вопроса. Я отпила кофе и посмотрела свекрови в глаза.
— Не слежу. Но когда вчера мне позвонила Анна Михайловна и сказала, что вы собираетесь взять кредит под залог квартиры, я решила проверить.
— Какой залог? — подскочил Виктор.
— Анна Михайловна это соседка мамы, — пояснила я. — Она работает в кредитной компании. Вчера мне позвонила, сказала, что ваша мама интересовалась займом под залог недвижимости.
Раиса Петровна сникла.
— Я просто узнавала...
— Мам, ты хотела заложить квартиру? — голос Виктора стал жёстким.
— Не заложить, а... ну, взять деньги под гарантию...
— Это одно и то же! Если не вернёшь, квартиру заберут!
— Я бы вернула...
— На какие деньги? На пенсию в пятнадцать тысяч?
Я молчала, давая им выяснить отношения. Семейные разборки — дело деликатное, встревать не стоило.
— Витя, я не хотела никого расстраивать, — свекровь заплакала. — Просто хотела сама управиться, без посторонней помощи.
— Мам, я твой сын, а не посторонний.
— Но у тебя жена есть, семья... Я не хочу быть обузой.
— Ты не обуза, — Виктор обнял мать. — Просто надо было сказать. Мы бы придумали, как помочь.
Я встала и стала убирать чашки. Сцена примирения меня не касалась, но кое-что сказать всё же стоило.
— Раиса Петровна, в следующий раз, прежде чем обвинять кого-то в воровстве, лучше сначала разобраться в ситуации.
— Да, ты права... Извини.
Извинение прозвучало неохотно, но это уже был прогресс. Обычно свекровь предпочитала делать вид, что ничего не случилось.
— И ещё, — добавила я, — если вам нужна помощь с ремонтом, мы можем обсудить это нормально. Без кредитов и залогов.
— Правда? — свекровь недоверчиво посмотрела на меня.
— Правда. Виктор хорошо разбирается в сантехнике, я могу помочь с выбором материалов. Вместе справимся.
— А деньги?
— Найдём. У вас есть двести тысяч на вкладе, мы можем добавить недостающую сумму.
Виктор удивлённо посмотрел на меня. Мы действительно экономили, и лишних денег у нас не было. Но родителей нужно поддерживать, особенно когда они готовы лезть в долги.
— Спасибо, — тихо сказала Раиса Петровна.
— Не за что. Только давайте договоримся — никаких финансовых решений без обсуждения с семьёй.
— Хорошо.
Виктор налил всем свежий кофе, и мы ещё полчаса сидели на кухне, планируя ремонт. Раиса Петровна постепенно оживилась, стала рассказывать, какую плитку хочет, какую ванну. Я записывала в блокнот, прикидывая расходы.
— Слушайте, а почему вы решили, что это я украла деньги? — спросила я, когда разговор зашёл о сроках ремонта.
— Ну... — свекровь замялась. — Ты же в банке работаешь. Доступ имеешь...
— Доступ есть только к счетам наших клиентов. И то в рамках должностных обязанностей.
— А я не знала... Думала, банкиры — они все деньги чужие крутят...
Виктор рассмеялся.
— Мам, ты детективов насмотрелась. Там все банкиры преступники.
— А разве нет?
— Нет, — терпеливо объяснила я. — За каждую операцию мы отчитываемся. Всё проверяется и перепроверяется. Украсть невозможно, да и незачем.
— Ну, я же не специалист...
— Теперь знаете. И в следующий раз, если что-то покажется подозрительным, сначала позвоните в банк и уточните.
— Обязательно.
За окном рассвело. Виктор собрался на работу, я тоже стала готовиться. Раиса Петровна собралась уходить к себе, но задержалась в прихожей.
— Лена, а ты на меня не сердишься?
Я застегнула куртку и посмотрела на свекровь. Старая женщина, которая боится стать обузой и поэтому готова на глупости. Злиться на неё было бессмысленно.
— Не сержусь. Но больше так не делайте, хорошо?
— Хорошо. И спасибо, что помогаете с ремонтом.
— Мы семья, Раиса Петровна. Семья должна поддерживать друг друга.
Свекровь кивнула и вышла. Виктор обнял меня на прощание.
— Спасибо, что не устроила скандал в ответ.
— Она испугалась, вот и набросилась. Люди в страхе часто ведут себя неразумно.
— Ты мудрая жена, — улыбнулся он.
— И экономная, как справедливо заметила ваша мама.
— Зато мы теперь знаем, что у неё есть двести тысяч на ремонт.
— И что она чуть не заложила квартиру.
— Да, это меня напугало. Хорошо, что Анна Михайловна предупредила.
— Нужно будет её отблагодарить. Может, торт испечь.
— Давай лучше цветы купим. Она аллергик.
Мы вышли из дома вместе. День начинался обычно, но я чувствовала облегчение. Семейный кризис разрешился, никто не пострадал, и даже отношения со свекровью, кажется, немного улучшились.
Вечером, вернувшись с работы, я зашла к Раисе Петровне. Она встретила меня смущённо, предложила чай с печеньем.
— Как дела с вкладом? — спросила я.
— Звонила в банк. Подтвердили, что всё правильно. Деньги там, проценты капают.
— Отлично. А когда хотите начать ремонт?
— Да хоть завтра! Надоело на эту облупленную плитку смотреть.
— Тогда в выходные съездим в строительный магазин, выберем материалы.
— А вы точно поможете?
— Конечно. Виктор уже мастеров знакомых нашёл, они после отпуска приступят.
Раиса Петровна облегчённо вздохнула.
— А я уж думала, одной мучиться придётся.
— Не придётся. Мы рядом.
— Лена, а можно вопрос?
— Конечно.
— Ты ведь знала про мои планы с кредитом, да? Поэтому и проверила счёт?
Я кивнула. Действительно, после звонка Анны Михайловны я решила выяснить финансовое положение свекрови. Обнаружила вклад и поняла, что она просто забыла о нём.
— Хорошо, что проверила. А то я бы действительно кредит взяла.
— Под залог квартиры? Это было бы катастрофой.
— Да понимаю я теперь! Просто очень хотелось самостоятельно всё сделать, без помощи.
— Самостоятельность — это хорошо. Но не в ущерб здравому смыслу.
— Согласна. Больше не буду.
Мы ещё немного поговорили о ремонте, и я пошла домой. Виктор уже вернулся, готовил ужин.
— Как дела у мамы?
— Нормально. Успокоилась, в банк звонила, всё выяснила.
— А ты не жалеешь, что согласилась помочь с ремонтом? Денег лишних у нас нет.
— Найдём. Зато твоя мама не будет занимать под залог квартиры.
— Да, это главное.
Мы поужинали, посмотрели новости. Обычный семейный вечер после необычного утра. И я подумала, что иногда семейные скандалы идут на пользу — помогают узнать друг друга лучше и найти решения для старых проблем.