Криминальная сага с детективным окончанием
Глава 36. Триумфальные Арки
Ровно в восемь утра в номере зазвенел телефон. Я уже была на ногах. Встретила сопровождающего, и мы поехали осматривать подступы к усадьбе. Я попросила отъехать примерно на километр от ворот и потом медленно двигаться обратно. Пару раз останавливала машину, выходила, оглядывала окрестности, мысленно примеряя вчерашнюю идею к местности.
– Могу я сейчас видеть Петра Сидоровича? – спросила я у сопровождающего.
Подъехали к главному зданию. Мой провожатый переговорил с постовым у входа. Тот что-то пробурчал в рацию, кивнул: "Пойдемте".
Застали Сидоровича в столовой за завтраком.
– Давай, перекуси заодно, – предложил он, указывая на стул.
Мы ели, и я изложила ему свою идею. Он выслушал внимательно, крякнул.
– Здраво. Добро даю. Но учти, – предупредил он, – я сам еще гляну по своим каналам. Подтверждение нужно.
Как раз собрались выходить, когда начался тот самый, официальный барский завтрак. В зал потянулась процессия: гости, домочадцы, не удостоенные места у стола барыни, и члены нашего совета. Я рванула к себе во флигель – переодеться в рабочее. Мысленно поблагодарила Яна – он предусмотрительно оставил мне резиновые сапожки, которые во время утреннего выезда очень пригодились.
Сергея Степановича перехватила при выходе из их помпезной столовой. Предложила ему немного подождать Эспаньолку. Мы втроем поднялись в номер Сергея Степановича. И я выложила им свою задумку. По сути, она больше касалась Эспаньолки и его "художеств", хотя потом неизбежно должна была обрасти дополнительными фокусами.
Идея была такая: метрах в двухстах от ворот усадьбы есть отличное место. Там можно воздвигнуть стилизованную копию Триумфальной арки – Парижской, разумеется. А сами ворота усадьбы, или пространство сразу за ними, оформить как Триумфальную арку московскую. Получится символический путь из Парижа в Москву. И когда кортеж будет проезжать под второй аркой – дать салют в честь прибытия.
– Опять вы со своим салютом! – фыркнул Эспаньолка, будто я предложила стрелять холостыми по его картинам. – Идея, конечно, грандиозная… для цирка! Две арки! Да это же чистейшей воды китч! Позорище для усадьбы с историей! – Он побагровел, усы затряслись, как усики разъяренного таракана.
Его тут же поддержал Сергей Степанович, прагматично добавив: – Да и специалистов-то у нас по салютам и фейерверкам – кот наплакал. Где их взять? Кто монтировать будет эти… картонные дворцы? И главное – на какие шиши? У нас бюджет на балеты и живы картины еле-еле наскребли! – Он нервно потер переносицу, видимо, уже представляя себе смету.
– Их, – сказала я уверенно, стараясь не смотреть на Эспаньолку, дабы не лопнуть от смеха при виде его физиономии, – обещают предоставить специалисты из… другого ведомства. – Объяснять, что это курирует Петр Сидорович и уже дал добро, не было смысла. Они и его вряд ли знали. Да и не их собачье дело.
– Монтажники – тоже оттуда. Быстрые, тихие, работают преимущественно ночью. А что до средств… – я сделала многозначительную паузу, – …уверена, Анна Аркадьевна сочтет эту идею достойной дополнительных вложений. Особенно после того, как увидит эскизы. – Я кивнула в сторону Эспаньолки, который чуть не поперхнулся от возмущения. – Кто, как не наш уважаемый академик, сможет создать эскизы, достойные великого события? Стилизованные, но узнаваемые. Эффектные. Барыня будет в восторг.
Эспаньолка замер. Мысль о том, что именно он может стать автором проекта, который только что яростно клеймил, явно засела в его седой башке и начала прорастать корнями тщеславия. Он поправил эспаньолку, которая в волнении съехала набок.
– Гм… – промычал он. – Эскизы… Да, это… это возможно. Но только при условии строгого следования историческим прототипам! Никаких вольностей! И материал должен быть соответствующий! Не какая-то фанера!
– Конечно, конечно, – поспешила я согласиться. – Только натуральные материалы. Искусственный мрамор, пластик под гранит… Все как полагается. – Мысленно добавила: "Лишь бы держалось три дня". – Главное – визуальный эффект при въезде. А потом… потом можно и разобрать.
– Ну если так… – Сергей Степанович задумался, просчитывая плюсы. Спасение бюджета от аркомании было явным плюсом. – …и специалисты есть, и средства… Тогда это меняет дело. Можно рассмотреть. Но эскизы – завтра! Без промедления! – Он строго посмотрел на академика.
Когда мы вынесли эту идею на общий совет (уже без упоминания "другого ведомства", а просто как "имеющиеся ресурсы"), реакция была предсказуемой. Корней увяз в попытке понять, какая арка выше и сколько там коней с колесницами поместится. Мария Аркадьевна тут же, как коршун, набросилась на нее: "У арок можно устроить аллегорические танцевальные мизансцены! Представьте: у Парижской арки – нимфы в стиле модерн, у Московской – русские хороводы!".
Татьяна Дементьевна тоже закивала с энтузиазмом новообращенной: "Да, да! Подвижные живые картины! Исторические сцены! Обещаю подумать над сценарием!". Видимо, она уже мысленно ставила "Бородино" на ходулях.
Эспаньолка сидел надутый, но молчал, видимо, обдумывая, как вписать свой гений в эти "китчевые" конструкции. Он лишь буркнул: "Требую полной художественной свободы! И отдельный бюджет на материалы для макетов!".
(продолжение)
