Василий Авченко: «Высоцкий не раз ощущал под ногами палубу, так что полностью сухопутным человеком его не назовешь»
Текст: Василий Авченко/ журнал "Родина"
"Меня часто спрашивают, не воевал ли я, не плавал ли, не сидел ли, не летал, не шоферил... Я просто пишу от первого лица, и, вероятно, это вводит в заблуждение..." — говорил на своих выступлениях Владимир Высоцкий.
Его влекли Север, горы, океан, все далекое и неведомое — вплоть до космоса ("Я б тоже согласился на полет...") и даже других измерений ("Тропы еще в антимир не протоптаны..."). В песнях он проживал множество чужих жизней как свои — перегонял МАЗы, добывал золото, управлял истребителем...
И, конечно, бороздил моря.
"Лошадей двадцать тысяч в машины зажаты"
Высоцкий не раз ощущал под ногами палубу, так что полностью сухопутным человеком его не назовешь.
Еще в 1961 году на съемках "Увольнения на берег" в Севастополе он около месяца прожил на крейсере "Михаил Кутузов" (ныне — корабль-музей в Новороссийске). С 1968 года регулярно ходил в круизы, в том числе с Мариной Влади, — по Черному морю и даже за границу, с заходом на Мадейру и Канары.
Капитану теплохода "Грузия" Анатолию Гарагуле Высоцкий посвятил песню "Человек за бортом" (1969):
Еще одному морскому другу Высоцкого —
капитану теплохода "Шота Руставели" Александру Назаренко - посвящена песня 1971 года:
Солдаты, летчики, моряки были для Высоцкого людьми особенными. "Я... стараюсь для своих песен выбирать людей, которые находятся в самой крайней ситуации, в момент риска, которые каждую следующую минуту могут заглянуть в лицо смерти..." — говорил он.
Неудивительно, что моря в его песнях — целое море.
"Корабли постоят — и ложатся на курс"
Уже первая песня Высоцкого "Сорок девять дней" — о море: "Суров же ты, климат охотский..." В январе 1960 года шторм унес от курильского острова Итурупа в океан баржу Т-36 с четырьмя срочниками — рядовыми Крючковским, Поплавским, Федотовым и младшим сержантом Зиганшиным. Лишь через 49 дней их спас американский авианосец "Кирсардж". Об этом Высоцкий и сочинил свою первую песню (или, скорее, "нулевую", так как сам он первой называл "Татуировку"), к которой, впрочем, всерьез не относился.
Куда серьезнее и проникновеннее — песня 1966 года:
Ее мелодия напоминает другую песню Высоцкого того же периода, прозвучавшую в фильме "Вертикаль" Станислава Говорухина и Бориса Дурова, — "Прощание с горами". Это показательно: Высоцкого равно манили горная и морская стихии. Позже в "Гимне морю и горам" он сформулирует: "Благословенны вечные хребты, благословен Великий океан". В "Шторме" скажет еще чеканнее: "Кто в океане видит только воду, тот на земле не замечает гор". Море и горы у него словно отражаются друг в друге.
Среди морских песен Высоцкого есть и подводные — надрывная "Спасите наши души" о гибнущей подлодке (1967) и "Марш аквалангистов" (1968):
А несколько раньше он написал:
Настоящий художник всегда подобен айсбергу: насколько он над водой, настолько же и под ней.
"Ловите ветер всеми парусами"
Несколько циклов морских песен Высоцкий написал специально для кино - тот случай, когда заказ и личный интерес совпали. Далеко не всегда эти песни в итоге прозвучали с экрана, но так или иначе - они живут.
Две песни написаны в 1969 году для дальневосточного фильма "Внимание, цунами!" Георгия Юнгвальда-Хилькевича:
Эта песня в фильм не вошла, зато прозвучала вторая:
Высоцкий собирался сниматься в арктическом фильме Альберта Мкртчяна и Леонида Попова "Земля Санникова" по одноименному роману геолога, академика Владимира Обручева и предлагал в эту картину ряд песен, включая "Балладу о брошенном корабле" (1970):
Туда же предлагалось "Белое безмолвие" (1972):
Увы, в "Землю Санникова" не попали ни песни Высоцкого, ни он сам. Его роль сыграл Олег Даль, за которого пел Олег Анофриев - в том числе знаменитую песню "Есть только миг". А "Белое безмолвие" прозвучало в ленте 1976 года "Семьдесят два градуса ниже нуля" Сергея Данилина и Евгения Татарского - не об Арктике, а об Антарктике.
Столь же безуспешно Высоцкий предлагал корсарскую песню "Еще не вечер" (1968) в фильм Владимира Бычкова "Мой папа - капитан". Но как она могла попасть на экран, если была не о пиратах, а об опальном Театре на Таганке:
В 1974 году Сергей Тарасов снял на Рижской киностудии фильм "Морские ворота". С Высоцким он был давно знаком: именно Тарасов писал сценарий для "Вертикали", где Высоцкий впервые запел с экрана в полный голос (в более ранней ленте Виктора Турова "Я родом из детства" он тоже пел, но, скажем так, вполголоса). По предложению Тарасова Высоцкий написал для "Морских ворот" несколько песен. В одной из них были строки, отсылающие к названию фильма: "Растворятся морские ворота страны перед каждым своим моряком". Другая рассказывала о любви между двумя судами (в этой песне снова появилось число "двадцать тысяч", но уже применительно не к мощности, а к водоизмещению):
В тот же фильм предлагалась песня "Моим друзьям":
Ни одна из песен Высоцкого по воле неких чиновников в "Морские ворота" не вошла. Но картина все равно получилась музыкальная - для нее написали песни (включая знаменитую "Подарите мне море") Юрий Визбор, Сергей Никитин и Виктор Берковский. А упомянутую "Моим друзьям", причем на мелодию Вениамина Баснера, исполнял эстрадный певец Эдуард Хиль...
В фильме "Контрабанда" Станислава Говорухина (1974) прозвучали две песни Высоцкого. В первой - "Жили-были на море..." - вновь рассказывалось о кораблиной любви. Во второй провозглашалось:
Песнями Высоцкого Говорухин, помня успех "Вертикали", наполнил и одну из следующих своих картин - "Ветер "Надежды" 1977 года о курсантах и парусной регате. Фильм открывала "Начальная песня":
Дальше звучат "Шторм":
"Гимн морю и горам":
"Становись моряком":
Это значит на море - скорей становись моряком!
Высоцкий предлагал свои песни и в "Место встречи изменить нельзя", но Говорухин счел, что это может разрушить образ Жеглова. Все, что он здесь позволил Высоцкому, - это спеть под пианино "Лилового негра" Вертинского.
"Кранцы за борт!", "Отдать носовые!"
Чуткий к слову, Высоцкий интересовался морской терминологией и жаргоном. В его песнях нередки профессиональные выражения:
Разумеется, не обходилось без ошибок, неизбежных для непрофессионала. Из первоначального варианта песни "Спасите наши души":
Есть вопрос и к песне "Про речку Вачу и попутчицу Валю", в которой фигурируют старатели и бичи - не то бодайбинские, не то магаданские:
У моряков китобоем принято называть человека, а промысловое судно - китобойцем.
"Вернусь к тебе, как корабли из песни"
Морские образы присутствуют и в самом последнем стихотворении Высоцкого, написанном в июне 1980 года и посвященном Марине Влади:
Корабли здесь - те самые, что сначала постоят, а потом ложатся на курс. Но они, как мы помним, непременно возвращаются. Сквозь любые непогоды.