— Почему я должна думать о ваших детях, если вы о них не подумали? Вот билеты, уматывайте! — кричала я родне мужа, размахивая конвертом с авиабилетами.
Свекровь Галина Петровна сидела на краешке дивана, сжимая в руках платок. Её глаза были красными от слёз, но я не собиралась сдаваться. Рядом с ней устроился деверь Максим со своей женой Светой и двумя детьми — восьмилетним Артёмом и пятилетней Машей.
— Лена, ты что творишь? — наконец подал голос Максим. — Мы же семья!
— Какая семья? — я рассмеялась истерично. — Семья — это когда друг друга поддерживают, а не паразитируют!
Всё началось три года назад, когда умер свёкор. Галина Петровна осталась одна, и Виктор, мой муж, предложил ей переехать к нам.
— Временно, — уверял он меня тогда. — Пока не привыкнет жить одна.
Но временно затянулось. А потом случился кризис в строительной компании Максима, и он с семьёй тоже перебрался к нам. «На пару месяцев», — обещал деверь. Эти месяцы превратились в два года.
— Лена, успокойся, — Света поднялась с дивана и попыталась взять меня за руку. — Мы же обговорили, что к концу месяца найдём съёмную квартиру.
— Обговорили? — я отдёрнула руку. — Это было полгода назад! И год назад! И два года назад! Я устала от ваших обещаний!
Дети притихли, прижавшись к маме. Машенька тихо всхлипывала, а Артём смотрел на меня большими испуганными глазами.
— Тётя Лена, а где же мы будем жить? — прошептал мальчик.
Сердце дрогнуло, но я заставила себя быть твёрдой.
— Спроси у своих родителей. Они взрослые люди, пора бы им об этом подумать.
— Лена! — в дверях появился Виктор с пакетами продуктов. — Что здесь происходит?
— А то происходит, что я покупаю билеты твоим родственникам и отправляю их к твоей сестре в Екатеринбург. Наталья вчера звонила, приглашала маму погостить. Вот пусть погостят все вместе. Подольше. Билеты на завтра на 8 утра.
Виктор поставил пакеты на пол и недоумённо посмотрел на меня.
— Ты серьёзно?
— Более чем. Вчера пришёл счёт за коммунальные услуги — тридцать две тысячи! За двухкомнатную квартиру! Потому что нас здесь живёт семеро! А платим мы с тобой вдвоём!
— Мы же помогаем, чем можем, — заступилась Света. — Я готовлю, убираю...
— Ты готовишь! — я развернулась к ней. — Макароны с сосисками каждый день! И убираешь так, что мне приходится всё переделывать! А твой муж третий месяц «ищет работу», просиживая штаны в интернете!
— У меня депрессия, — тихо сказал Максим. — Врач говорит...
— У меня тоже депрессия! — взорвалась я. — От того, что я не могу спокойно попить кофе в собственной квартире! От того, что не могу принять ванну, потому что кто-то из ваших детей постоянно стучит в дверь! От того, что я работаю как лошадь, содержу всю эту ораву!
Галина Петровна всхлипнула громче.
— Леночка, я же не хотела быть обузой...
— Но стали ею! — я почувствовала, как подступают слёзы, но продолжала. — Вы все стали! И знаете, что меня больше всего бесит? Что вы даже не пытаетесь что-то изменить! Вы обустроились здесь как дома и думаете, что так будет всегда!
— Лена, давай поговорим спокойно, — Виктор попытался обнять меня, но я отстранилась.
— Спокойно? Три года я говорила спокойно! Просила, объясняла, намекала! А теперь кричу! Может, хоть так до вас дойдёт!
— Мама, а почему тётя Лена злая? — Машенька дёрнула Свету за рукав.
— Тётя Лена не злая, малыш, — я присела перед девочкой. — Тётя Лена очень устала. Понимаешь, когда взрослые долго живут все вместе в маленькой квартире, они начинают ссориться.
— А если мы будем тише? — спросил Артём.
— Дело не в том, что вы шумите, — я погладила мальчика по голове. — Дело в том, что у каждой семьи должен быть свой дом.
— Но мы же одна большая семья, — наивно сказал ребёнок.
— Нет, солнышко. Мы разные семьи. Ты с мамой и папой — одна семья. Бабушка — другая. А я с дядей Витей — третья. И каждая семья должна жить отдельно.
Виктор молчал, глядя в пол. Я понимала, что ему тяжело выбирать между женой и родными, но выбор всё равно придётся делать.
— Витя, — обратилась к сыну Галина Петровна. — Может, я правда съезжу к Наташе? На время...
— Мам, не надо, — он наконец поднял голову. — Мы что-нибудь придумаем.
— Уже придумала, — я снова подняла конверт с билетами. — Самолёт завтра в восемь утра. Наталья в курсе, встретит в аэропорту.
— Ты купила билеты, не посоветовавшись со мной? — в голосе Виктора появились металлические нотки.
— А ты принимал решения о том, кого приглашать жить в нашу квартиру, советуясь со мной? — парировала я.
— Это моя мать!
— А это МОЯ квартира! Я её покупала до свадьбы на свои деньги!
Повисла тяжёлая тишина. Я сказала то, что думала уже давно, но никогда не произносила вслух.
— Значит, так, — медленно произнёс Виктор. — Раз это твоя квартира, то решаешь ты.
— Именно так.
— Тогда я лечу с ними.
Сердце ухнуло вниз, но я не показала вида.
— Как знаешь. Билет на тебя тоже есть.
Это была неправда. Билет на Виктора я не покупала, надеясь, что он останется со мной. Но гордость не позволяла признаться.
— Мама, я не хочу лететь! — заплакала Машенька. — Я хочу остаться в своей комнате!
— Это не твоя комната, — тихо сказала Света, беря дочь на руки. — Мы здесь гости.
— Очень задержавшиеся гости, — добавила я, но уже без прежней злости.
Максим встал с дивана и подошёл ко мне.
— Лена, я понимаю, что мы злоупотребили твоим гостеприимством. Понимаю, что должен был раньше решить жилищный вопрос. Но дай нам ещё месяц. Я устроился на работу, через неделю начинаю. Первую зарплату получу и сниму квартиру.
— Устроился? — я недоверчиво посмотрела на него. — Куда?
— В «Техносферу». Программистом. Зарплата небольшая, но на съёмную квартиру хватит.
— Почему ты раньше не сказал?
— Боялся сглазить. Завтра подписываю трудовой договор.
Я почувствовала, как во мне борются разум и эмоции. С одной стороны, хотелось поверить, что наконец-то что-то изменится. С другой — я уже столько раз обжигалась на их обещаниях.
— А где ты собираешься взять деньги на депозит? — спросила я. — Обычно требуют залог за два месяца плюс комиссия агентства.
Максим замялся.
— Я думал... может быть, ты одолжишь? Я верну с первой же зарплаты.
— Конечно, одолжу, — я рассмеялась горько. — Как одолжила на лекарства маме, на школьную форму детям, на ремонт твоей машины. И никто ничего не вернул!
— Мы вернём! — горячо заверила Света. — На этот раз точно вернём!
— Знаете что, — я устало опустилась в кресло. — Я предлагаю компромисс. У меня есть чек — билеты стоили сорок пять тысяч. Если через месяц вы не съедете, возвращаете мне эти деньги и улетаете на билетах, которые купите сами. Без разговоров и слёз.
— Согласен, — быстро кивнул Максим.
— И ещё одно условие. С завтрашнего дня вы оплачиваете коммунальные услуги пропорционально. Нас двое, вас пятеро — значит, ваша доля пять седьмых от общей суммы.
— Но у нас нет денег! — воскликнула Света.
— Тогда летите завтра. Билеты на конкретную дату, переносить нельзя. Выбирайте.
— Мы найдём, — твёрдо сказал Максим. — Займу у друзей, продам что-нибудь.
Галина Петровна тихо плакала в уголке дивана.
— Витя, — прошептала она. — Может, я всё-таки поеду к Наташе? Видишь, как Лена мучается из-за меня.
Виктор сел рядом с матерью и обнял её.
— Мам, никуда ты не поедешь. Лена права — мы должны были давно решить этот вопрос. Завтра начнём искать квартиру для вас с Максимом и его семьёй.
— А на что снимать? — спросила я. — На твою зарплату менеджера по продажам и его будущую зарплату программиста?
— Найдём способ. Возможно, придётся подрабатывать.
Я смотрела на мужа и видела, что он действительно понимает серьёзность ситуации. Может быть, мой крик всё-таки произвёл нужный эффект.
— Хорошо, — сказала я наконец. — Месяц. Но с условием полной прозрачности. Каждую неделю отчёт о поисках жилья, о доходах и расходах. И никаких отговорок типа «не получилось», «не срослось», «попросили отсрочку».
— Согласны, — хором ответили братья.
— А дети? — я посмотрела на притихших малышей. — Им придётся менять школу и садик.
— Ничего страшного, — сказала Света. — Главное, что у нас будет свой дом.
— Тётя Лена, — подошёл ко мне Артём. — А ты не будешь больше кричать?
— Не буду, если все будут выполнять обещания.
— А можно я помогу искать квартиру? Я умею в интернете!
Я невольно улыбнулась.
— Конечно, можешь. Ты же у нас программист растёт.
— Как папа! — гордо сказал мальчик.
Галина Петровна вытерла глаза и встала с дивана.
— Лена, прости меня, пожалуйста. Я правда не хотела быть обузой. Просто после смерти Петра мне было так страшно одной...
Я подошла к свекрови и неожиданно для себя обняла её.
— Галина Петровна, я понимаю. Но понимаете и вы — я тоже человек. У меня есть предел терпения.
— Понимаю, доченька. Теперь понимаю.
— Мам, — Максим взял свою мать за руку. — А что, если мы снимем большую трёхкомнатную квартиру? Ты будешь жить с нами, поможешь с детьми, а мы о тебе позаботимся.
— Вы сможете себе это позволить? — удивилась я.
— Если Света тоже устроится на работу — сможем. Дети уже большие, бабушка присмотрит после школы.
— Я готова работать, — кивнула Света. — Уже давно хочу, просто руки не доходили резюме составить.
— Завтра же займёмся, — пообещал Максим. — И квартирой, и работой для Светы.
Я чувствовала, как напряжение последних месяцев понемногу отпускает. Может быть, этот скандал был необходим? Может быть, иногда нужно кричать, чтобы тебя услышали?
— Хорошо, — сказала я, убирая конверт с билетами в ящик стола. — Попробуем ещё раз. Но завтра эти билеты сгорят, и это будет символ того, что мы даём друг другу последний шанс.
— Спасибо, Лена, — тихо сказал Виктор. — Я знаю, что поступил неправильно, позволив ситуации зайти так далеко.
— Главное, что теперь мы это понимаем.
— Тётя Лена, — Машенька подбежала ко мне и обняла за ноги. — А ты не будешь нас выгонять?
— Не буду, малышка. Но ваши мама и папа должны найти для вас новый дом. Свой собственный.
— А мы будем к вам в гости ходить?
— Конечно будете. И мы к вам тоже.
— А на день рождения придёте?
— Обязательно приду.
Девочка довольно кивнула и побежала к маме.
— Ну что, — сказал Виктор, поднимая пакеты с продуктами. — Кто поможет ужин готовить?
— Я помогу, — откликнулся Максим.
— И я, — добавила Света.
— А мы со столом поможем! — хором сказали дети.
Галина Петровна встала с дивана и направилась на кухню.
— И я не буду сидеть сложа руки. Давно хотела научить Свету готовить мой фирменный борщ.
Я осталась одна в комнате и глубоко вздохнула. Казалось, что сегодня что-то важное сдвинулось с мёртвой точки. Конечно, впереди ещё целый месяц испытаний, но теперь у меня была надежда, что ситуация действительно изменится.
За стеной слышались голоса, смех детей, звон посуды. Впервые за долгое время эти звуки не раздражали меня. Может быть, потому что теперь я знала — это временно.
Я открыла ящик стола и ещё раз посмотрела на билеты. Четыре билета в Екатеринбург. Надеюсь, они так и останут неиспользованными.
— Лена, идём ужинать! — позвал из кухни Виктор.
— Иду! — откликнулась я и спрятала билеты обратно.
Может быть, всё-таки получится. Может быть, иногда нужно просто сказать правду, даже если она звучит жестоко. Может быть, любовь — это не только терпение и жертвенность, но и умение поставить границы.
Я шла на кухню к своей большой, сложной, но всё-таки семье, и впервые за долгое время чувствовала в груди не тяжесть, а лёгкость. Завтра начнётся новый день, и я верила, что он будет лучше вчерашнего.