Он стоял у холодильника.
Полукопчёная жуть.
Он всегда такую брал, хотя врачи запретили.
Диагноз — в кармане, на серой бумажке. Держал два часа, не открывая.
Она стояла рядом. Другой холодильник. Майонез. Сметана. Молоко.
Пальто с вытертыми рукавами. Волосы — крашеные, отросшие, седина у корней.
Сумка с порванной подкладкой. Список карандашом : яйца, свёкла, селёдка, свечи.
Праздник.
Он увидел.
Она — его тоже.
Он чуть отступил. Она подошла.
— Привет.
— Привет, — ответил он.
Почеломкались.
Как будто есть что-то... Или было. Или кажется.
— Как ты?
— Нормально. Ты?
— Тоже неплохо.
Оба соврали.
Она поёрзала. Он смотрел в пол.
На ботинках — соль, снег, тёмные разводы. Носки мокрые.
Дочка давно сказала : "Купи другие".
Он ответил : "Носить надо то, что есть".
Жалеет теперь.
— У меня сыновья, двое, — тихо.
— У меня дочки, — чуть слышно.
Не от него. Не от неё.
Молчание.
Были другими. Тогда. До всего.
До жизни.
Он вспомнил.
Комната. Маленькая.
Стены в пятнах. Кровать железная.
Она — в его рубашке, босиком, смотрит в окно.
Он собирает рюкзак.
Она молчит.
Он тоже.
Казалось, что всё впереди.
— У тебя волосы седые, — сказала она.
Он коснулся рукой виска. Пожал плечами.
— У тебя — тоже.
— Ну да.
— Не оттого. Просто зима.
— Просто возраст.
— Просто.
Касса пищит.
Она вдруг : А я мужа звала скотиной.
Он кивнул.
— Я жене просто молчал.
— Потом кричал ?
— Потом кричал.
— А помнишь, сказки читали вслух ?
— Помню.
— Перо по бумаге...
Он снова кивнул.
— Потом поцелуй, свет. И все проснулись.
— В жизни — не просыпаются.
— Да.
Он заплатил. Ушёл первым.
На выходе задержался. Хотел вернуться. Не вернулся.
Хотел напиться. Не стал.
Она осталась. Достала деньги. Дерматиновый кошелек.
Сдача выпала. Подбирала долго.
Кассирша фыркнула. Кто-то помог. Не он.
Она сказала : «Спасибо».
Вышла.
Темно. Мокрый снег.
Сумка натерла пальцы.
Дома — свет выключен.
Сыновья не пришли.
Один к девушке. Второй с друзьями.
Прошла в одежде, поставила чайник. Ей бы сладкого.
Села. Сняла ботинки.
Пахло рыбой.
Подошла к окну.
Ночь.
И в ней — ничего. Как всегда.
Кроме той, в которой не хотелось спать.