Алёна хохотала, звонко и заливисто.
— Ой, не могу, Егорка! И там, там медвежонок… и он, представляешь,... сидит на горшке!…
Она чуть не каталась от смеха, утыкаясь лицом в плечо Егора и опять заливисто смеялась.
— Только я не помню, кто мне её рассказал. — Алёна огорченно и мило сморщила носик.
Егор отлично знал, что глупую историю про маленького медвежонка рассказал Алёне он сам, на прошлой неделе. Но почему-то не говорил об этом. А если бы его спросили, то он бы, наверное, смутился и ответил, что ни за что на свете не позволит себе огорчить её.
У Егора была проблема. Его не замечали. Если он стоял в очереди, то обязательно какая-нибудь тетка уверенно проходила перед ним, словно он — человек-невидимка. Его не замечали одногруппники. Когда друзья вспоминали о совместных похождениях, то кто-нибудь обязательно спрашивал — Погоди, а разве Егор тогда был с нами?
При этом он вовсе не был невидимкой или каким-то бесцветным неопределенным облаком. Яркие карие глаза, густая шапка темных волос и высокий рост делали его заметным и в вагоне метро и на улице. Но вот почему-то получалось так, что там, где ему бы хотелось быть, вместо него была пустота. Хуже всего, конечно, что его не замечала Алёна — маленькая, рыжая, как огонёк, звонкая, как весенняя капель.
Он вспомнил, как недавно он провожал её и она призналась, что устала и хочет отчисляться из института. Егор попытался отговорить её, но понимал, что ей не нужен был его совет. Если говорить начистоту, то вряд ли Алёна вообще вспоминает о нём, когда его нет рядом.
Так, погружённый в свои печальные переживания и отрезанный от мира толстыми наушниками с шумоподавлением, Егор ступил на пешеходный переход проспекта.
Занесенная нога еще не коснулась дорожной разметки, а мир уже начинает стремительно меняться. Где-то далеко, высоко в небе, рвётся паутинка, но Егор не слышит этого звука. И в тот же момент маленькая рыжая Алёна звонит по телефону. Она в волнении покусывает губы
— Не молчи, пожалуйста…
После гудков в трубке слышен уверенный мужской голос
— В чем дело, зайка? Что-то случилось?
Алёна напугана, но старается не показать страха.
— Я беременна, — шепчет она водителю автомобиля, который мчится по проспекту. Её слова доносятся из динамика телефона в салоне джипа.
— Как?! — Водитель, ошеломлённый новостью, отрывает взгляд от дороги и не успевает заметить Егора.
Удар, темнота.
Егор приходит в себя.
Страшно болит голова, так что больно дышать и думать. При каждом вдохе словно перекатывается раскаленный свинец в черепе. Как же больно — приходит мысль. И Егор опять проваливается в забытье.
Егор приходит в себя.
Теплые женские руки скользят по телу. Собирают и уносят боль. Я жив, я есть — это ощущение заполняет его. От прикосновения рук расслабляется кишечник. Сразу становится очень стыдно, хочется исчезнуть, провалиться сквозь землю. Стыд наваливается каменной плитой, а вместе со стыдом возвращается боль.
— Все хорошо, все хорошо, — говорит мягкий голос, — так и должно быть.
Язык незнаком Егору, но каждое слово наполняет его теплом и покоем. Егор успокаивается и засыпает здоровым.
Наконец, Егор просыпается. Это не его мир. Здесь нет института, нет Алисы, нет родителей. Зато в этом мире есть магия, а он — принц, который неудачно слетел с коня. Мать-королева выходила его и вернула к жизни. Егор медленно привыкает к этой мысли.
Несколько раз к нему приходит отец. Отец высок и величественен. Он строго и с заботой смотрит на Егора и Егор боится, что в нем распознают самозванца, поймут, что никакой он не принц и вышвырнут из дворца.
С каждым днём сил становится больше. Через неделю он уже выходит на прогулки. Тело наполняется силой и ловкостью. Память принца возвращалась к Егору и он узнавал слуг, вспоминал расположение комнат дворца.
И в то же время Егор знает, что он — не принц. Он не из этого мира. Как быть и что делать с этим знанием, Егор ещё не понимает, но никому не говорит об этом. В этом мире нет солнца. Небо постоянно затянуто серой пеленой. В этом мире нет запахов, совсем. Ни приятных, ни отвратительных.
Егору понравились тренировки с оружием. После них он чувствовал прилив незнакомой силы, которая ищет выхода. Однажды, когда усталый, потный, он ставил меч в стойку, Егор услышал сзади пренебрежительную насмешку — “обосранный”. В ярости он развернулся, занеся меч над головой. Стремительное движение вперед и он опускает меч на голову побелевшего от страха насмешника. Крики, кто-то бросается к пострадавшему. У Егора осторожно берут из рук меч. Его трясёт. Внезапно вспыхнувшая ярость нашла выход.
После этого события отец вызвал Егора к себе. Оказывается, насмешником был сын одного из знатных родов. Отец объясняет, что правитель не должен быть подвержен чувствам и и что каждое действие должно быть выверено и направлено на достижение цели. Вместо того, чтобы использовать неудачный поступок погибшего юнца для усиления власти, теперь мы вынуждены уменьшать власть правителя и временно уступить тем, кто должен был склониться перед нами. Егор не возражает отцу, но в душе твердо уверен, что и сейчас он поступил бы так же.
Дни сменяются месяцами, но Егор так и не может привыкнуть к новому миру. А ещё ему снятся сны. Снится солнце, снится как он сидит на лекциях. Снится запах цветущих лип и снится Алёна. Но и во сне он для неё лишь Егорка. От этого Егор просыпается опустошенный, злой.
Однажды королева-мать вошла в его кабинет без свиты, в простом темном платье. Егор не подошёл к ее руке, как того требовали правила этикета, а продолжал стоять, напряжённо глядя в окно.
— Сын мой, — произнесла королева. — Я вижу, что ты изменился.Что происходит с тобой? Я спасла тебя от смерти, но теперь я теряю тебя каждый день.
Она осторожно протянула руку, чтобы коснуться его плеча. В тот же миг Егор резко отстранился.
— Благодарю вас, Ваше Высочество. Я вам безмерно благодарен, — холодно проговорил он. — Но прошу вас не обременять меня излишней заботой.
После этого разговора её взгляд всё чаще становится отстраненным и печальным и это раздражает его еще больше.
Весной король объявил Егору о предстоящей женитьбе. Перед отцом на широком столе лежала карта королевства. Егор стоял напротив, наблюдая, как сухой палец отца прочертил путь на запад и твердо остановился там.
Планы короля простирались на десятилетия вперёд. Невеста — дочь правителя тех земель, а Егор должен осознать свой долг и ответственность. Закончив, король свернул карту, уверенный в незыблемости своих планов.
Это известие не просто ошеломило, а придавило Егора. Оно заставило задуматься. Хочет ли он стать шахматной фигурой в руке короля, хочет ли он жениться?
Зачем он здесь? Что ему делать дальше?
Через полгода после этого разговора была королевская охота. Король и его сын увлеклись преследованием и оторвались от основной группы. Телохранители и загонщики остались позади, продираясь через густой кустарник.
Внезапно из зарослей вырвался секач. Огромный, в жесткой шкуре, он не убегал, а атаковал. Король успел вскинуть рогатину, но зверь сбил его с ног, раздался короткий вскрик боли, смешанный с яростным визгом животного. Егор замер. Ноги его дрожали, сердце стучало, но он не двигался с места. Казалось, он стоял так вечность. Когда спустя два удара сердца он бросился на кабана, и вогнал под лопатку ему охотничий меч, было уже поздно.
В тот же день он отдал свой первый приказ в качестве нового правителя. Телохранители, не сумевшие защитить своего короля, были казнены за неисполнение долга.
Следующим его указом было создание мавзолея отца. Но перед мавзолеем должен стоять памятник ему, Егору. Памятник должен возвышаться над столицей.
Больше не было никого, кто мог бы принимать за него решения и руководить его действиями. Но не стало и того, кто мог бы защитить его и принять на себя удары, предназначающиеся Егору. Казалось, теперь он свободен искать способ вернуться в свой родной мир. Этот способ существует, но требуется длительная подготовка и вероятность успеха не слишком велика. Но Егор продолжает таиться почти ото всех. Он приблизил к себе нескольких магов, которым вынужден доверять.
Как-то ночью, когда служанка оставила светильник и ушла, пожелав доброй ночи своему королю, Егор вдруг остро почувствовал страх перед слугами, которые знают его как никто другой. На следующее утро новый король приказал отрезать языки у личных слуг и запирать на ночь покои. Теперь право на голос было только у него.
При первой попытке создать связь между мирами была разрушена башня и погибли несколько магов. Это его не остановило, желание покинуть этот мир превращается в навязчивую идею. Егор не обращает внимания ни на бунты на окраинах королевства, ни на то, что королева мать удалилась в монастырь. Всё подчинено одной цели.
И вот, наступает день, когда звезды расположены удачно и вероятность успеха велика как никогда. Ничто не должно нарушить ритуал перехода и Егор приказал отослать всех слуг из дворца.
Ночь. Серое небо сгустилось до черноты. В коридорах дворца — ни шороха, ни звука. Пальцы подрагивают. Егор резко ударяет кресалом и зажигает свечу. Закрывая свечу рукой, чтобы случайный порыв воздуха не загасил огонёк, он осторожно движется по длинному коридору по направлению к черному зеркалу из обсидиана. В отражении он видит, как его двойник, тоже закрывая свет рукой, движется навстречу к нему.
Опять где-то далеко, высоко в небе рвется паутинка, но на этот раз Егор её слышит. В тот же самый миг Егор замечает, что впереди, к его отражению, приближается ещё один силуэт. Он оборачивается. Это немая девушка-служанка, она спешит к нему, хочет о чём-то предупредить. Он отшатывается — Нет, не сейчас!
Но она подбегает ближе, хватает его за руку. Прикладывает руку к горлу и делает рубящий жест! Затем рукой очерчивает корону и показывает: они идут. Её жесты сбивчивы, отчаянны, но смысл ясен: его ищут. Он в опасности.
Этого не должно быть! Егор в ярости хватает её, сдавливает шею. Вдруг она — тоже часть заговора? В последний момент её взгляд вдруг становится невероятно похож на тот, который он всегда ждал от Алисы. Егор отпускает смертельный захват, но поздно.
Вспышка, всё гаснет.
Егор сделал глубокий вдох. Легкие заполнил резкий, стерильный запах лекарств, смешанный с чем-то неуловимо знакомым, волнующим. Всё тело было наполнено могучим ощущением жизни, какого он никогда ещё не испытывал. Не было ни боли ни сожалений.
Егор открыл глаза.
Над ним был не свод дворца, а ровный белый потолок. Видны экраны мониторов. Егор скосил глаза. В руку воткнута игла, соединенная тонкой трубкой с пакетом прозрачной жидкости. Прибор сбоку от кровати издавал ритмичное попискивание, отмеряющее биение сердца. Егор перевёл взгляд в другую сторону. Луч солнца на стене. Егор мыслил спокойно и ясно. Меня сбила машина. Вспомнил круглые испуганные глаза водителя. Это больница, я в реанимации.
Его взгляд скользнул по палате. На тумбочке у кровати лежала открытка-приглашение. С розовыми цветами и золотыми колечками. Он не мог прочесть, что на ней написано, но сразу понял, от кого она. Значит, Алёна приходила ко мне. Когда? Хотя, какая разница… Егор отвернулся.
Постепенно возвращалась память о черном зеркале, о немой девушке, о смертельном захвате. Значит, всё получилось. Не было границы между тем миром и этим.
Он лежал, глядя в потолок, и ужас осознания поднимался из глубины души. Тот мир, без солнца и запахов, не был сном. Это было отражение его души. Егор, которого никто не замечал, создал мир, в котором он был центром всего.
Егор плаксиво сморщился, пытаясь избавиться от этих мыслей. Но чем сильнее он пытался, тем отчетливее вспоминал тяжесть меча в руке, холодную уверенность власти, ледяное удовлетворение от отданного приказа.
Лицо Егора изменилось, губы сжались в презрительную усмешку. Он лежал без движения, прислушиваясь к мерному писку монитора. Незаметный студент и жестокий король с неприязнью смотрели друг на друга через неподвижную гладь черного зеркала. Постепенно в этом молчаливом противостоянии всё сильнее чувствовалось присутствие еще одного человека. Немая девушка.
Она не осуждала ни одного из них. Не отворачивалась ни от страха студента, ни от гнева короля. Теперь она была между ними — не как судья, а как мост. Она знала их обоих. И, быть может, любила.
Он вспомнил, что она была рядом с ним с того момента, как он попал в тот мир. Что она отчаянно пыталась предупредить его. И даже в самый последний момент она простила его.
Впервые за долгое время Егору стало не больно быть собой.
Он закрыл глаза и позволил себе дышать.
Автор: Александр Разный
Источник: https://litclubbs.ru/articles/67559-zerkalo.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: