Александр Янович Сланов в 2008 году был руководителем Регионального отделения общественной организации ветеранов Воздушно-десантных войск и войск специального назначения «Союз десантников» Республики Северная Осетия-Алания.
Тот август 2008-го навсегда врезался в память. События развивались стремительно, а для нас, десантников и казаков Владикавказа, все началось с, казалось бы, рутинного запроса. Прямо сейчас я расскажу, как это было, шаг за шагом, без прикрас, только факты, имена и та прямая речь, что звучала тогда.
1 августа 2008 года. Владикавказ. К нам, в осетинское отделение Союза десантников России и к казакам, приехали представители МВД Южной Осетии – кадровики и омоновцы. Просьба была конкретной: помочь укомплектовать их ОМОН настоящими профессионалами – снайперами, минёрами, операторами БМП и БМД. Полковнику из их делегации я сказал четко: «Завтра День Воздушно-десантных войск. Каждый год в этот день мы сначала поминаем наших погибших товарищей, а потом начинается уже сам праздник – день ВДВ. Приходите часам к десяти утра на Аллею Славы, где похоронены ребята, погибшие и в ингушских событиях в начале 90-х годов, и в Чечне. Я вас представлю, и вы уже сами конкретно скажете, кто вам нужен и в каких количествах, сколько человек».
2 августа. Утро. Ждем на Аллее Славы. Десять... Одиннадцать... Без четверти двенадцать. Югоосетинских представителей нет. Начинаю звонить в Цхинвал – поздравить своих. А в ответ слышу: «В ночь с первого на второе грузины – снайперы и минометчики – обстреляли Цхинвал, погибли шесть человек, больше десяти ранены. Так что нам не до праздника». Все стало ясно. Их представители, получив известие об обстреле ночью, срочно убыли в Цхинвал. Ребятам на празднике я тогда ничего не сказал – настроение было боевое, в Цхинвал пошли бы пешком, не остановишь. Только своему активу бросил: «Завтра встречаемся, надо обсудить кое-какой вопрос».
3 августа. Собрал актив. Рассказал про обстрел Цхинвала и просьбу МВД ЮО. Реакция ребят была мгновенной: «Ты, командир, поезжай на место и разберись сам: кто им нужен, сколько человек. Нам надо будет потом три-четыре дня: кому-то с работы уволиться, кому-то отпуск за свой счёт оформить, кому-то домашние дела завершить».
Ночь с 4 на 5 августа. Я и пятеро десантников – в Цхинвал. Прибыли в пять утра. Нас прикомандировали к осетинскому батальону в селе Хетагурово. Это – первый рубеж на пути к Цхинвалу, село-подкова, окруженное грузинскими селами. Уже висело ощущение войны.
6 августа. Хетагурово пережило два мощнейших обстрела. Ситуация критическая. Я отправил СМС Председателю Союза десантников России, генерал-полковнику Владиславу Алексеевичу Ачалову. Он перезвонил сразу. Шел бой. «Я даже трубку телефона в сторону отвёл, чтобы он сам услышал, что у нас происходит». Проблема? У грузин – минометы, БМП, тяжелое вооружение. У нас – гранатометы и стрелковка. Силы неравны. Хетагурово на высотке. А напротив, в километре – грузинский укрепрайон: вкопанные БМП-2, ДОТы, минометы, крупнокалиберные пулеметы. Бойцы батальона – на блокпостах, но огонь – по самому селу, где много мирных. Цель грузин была ясна: посеять панику, выгнать людей, расчистить путь танкам. Ачалов дал четкое указание: «Поезжай в Цхинвал к министру обороны Южной Осетии, расскажи о ситуации и объясни, чего не хватает для организации обороны. Я, со своей стороны, выйду на первого заместителя министра обороны России, который до этого командовал ВДВ, и расскажу о сложившейся обстановке».
После первого обстрела (шел он 2.5 часа) поехал в Цхинвал к министру обороны ЮО, генерал-майору Луневу Василию Васильевичу. Изложил проблему. Его ответ поразил: «Я два месяца назад отправил заявку, куда следует, как раз на тяжёлое вооружение. Но пока тишина». Рассказал про разговор с Ачаловым. Лунев: «Неудобно как-то через голову моего руководства действовать». «У тебя, брат, война начинается, а ты всё о субординации думаешь», – промелькнуло у меня в голове. Вслух – промолчал. Генерал все-таки. Во время этого совещания начался второй обстрел Хетагурово. Это решило вопрос. В ночь на 7 августа в Хетагурово направили три танка Т-55 (всего их у ЮО было пять, образца 1955 года!) и две БМП.
Владимир В., танкист, вспоминает утро 7 августа: «Нам была поставлена задача уничтожить грузинский укрепрайон на высотке... Тот, что "выпил всю кровь" у Хетагурово с 2004 года». Знали про вражеский танк, БМП, "Фаготы". Применили рискованную "тактику подскока": БМП выскакивает, стреляет, отходит, провоцируя огонь на себя. Засекаем огневые точки. Затем танк – на прямую наводку, выстрелы и отход. Бой – около часа. Три выхода. «В танке... сорок один снаряд... выпустил все, кроме пятнадцати бронебойных... бесполезно... железные болванки». Результат? «Успешно... грузинские танк, БМП и почти все, кто на высотке, уничтожены». Позже узнал: «после боя здесь осталось лежать около сорока грузин». Запомнился эпизод с российскими телевизионщиками, которые во время боя «задачи нам ставят: башню туда поверните, сюда поверните». «Мне пришлось вылезти... и отправить их куда подальше». Снаряд разорвался рядом, окатив их грязью, но – обошлось. После боя связь пропала – глушили. А вечером танки отошли к Цхинвалу – снаряды кончились, заправиться негде. В 4 утра 8 августа грузины вошли в Хетагурово.
Александр Янович Сланов продолжает: Укрепрайон уничтожили, но грузины ударили по Хетагурово из 152-мм САУ из соседних сел. «Часа два с половиной или три... утюжили». Наши старые Т-55, с выработанным моторесурсом и старыми боеприпасами, ответить полноценно уже не могли. В Цхинвале днем 7 августа узнали про "перемирие", объявленное Саакашвили по ТВ. Надежда теплилась. Я выехал в Цхинвал на встречу с министром внутренних дел по поводу ОМОНа. Министр: «Завтра подходи часам к десяти, мы с тобой ещё переговорим». Остался ночевать у друга в Цхинвале – бензина жалко.
Половина двенадцатого ночи 7 августа. Ад. «В Цхинвал прилетели первые мины и снаряды, потом начали работать ГРАДы». Город спал. *«Работали очень методично и организованно. ГРАДы залп произведут, начинают перезаряжать – в это время бьют 152-миллиметровые САУ и 120-миллиметровые миномёты. Всё было у них продумано»*. Наши бойцы на блокпостах получили приказ отходить к Джаве по Зарской дороге. Против танков – только гранатометы (650 м против 2 км у танка). В 4 утра 8 августа грузинские танки вошли в Хетагурово.
Утро 8 августа. Над Цхинвалом – низко летящие закамуфлированные "Грачи" (Су-25). Люди выбежали, машут – думали, наши. Самолеты развернулись и ударили ракетами по мирным. К двум часам дня грузины заняли больше половины Цхинвала. Сопротивление – ожесточенное, по всему городу. Я был в районе Текстильщики. «По нему огонь ГРАДов практически не прекращался». Город горел. Жители держались: прятались в подвалах, помогали друг другу. Паники не было. Было одно: «надежда – только на Россию».
Около 15:00 8 августа. По радио вышли российские военные, запрашивали наших командиров: «Вы где, выходите на позиции». Наши: «Хорошо. А помощь будет?». Ответ: «Да, помощь будет». (Позже выяснилось, российские войска еще не вошли). Наши бойцы (Минобороны, МВД, КГБ, ополчение) перегруппировались и пошли в контратаку. В городе с гранатометами против танков – шанс есть. «Вспомните, сколько наших танков было подбито в своё время при штурме Грозного». Цифра звучала – около 25 подбитых грузинских бронемашин. Улицы усеяли убитые грузины, они прятались в домах. Слушая радио (волна полевых командиров), понял: к 20:00 Цхинвал был практически очищен. «Около девяти часов были подбиты две БМП и ещё две БМП захвачены».
Но передышка была короткой. Всю ночь с 8 на 9 августа – снова адский артобстрел. Утром 9 августа – бомбежки штурмовиков. Днем 9 августа Анатолий Константинович Баранкевич (экс-министр обороны, секретарь СБ, 8 августа лично подбил танк) вышел в эфир. Командиры доложили: «большое скопление грузинской пехоты и около ста пятидесяти единиц бронетехники», назвали координаты. Баранкевич передал их «Стрелку» (позывной представителя российских войск): «Ребята, накройте их». Ответ: «Мы вас поняли, сейчас артиллерией накроем». Прошло полтора-два часа. Огня – НЕТ.
Я был в Текстильщиках. Спустился в подвал с радиостанцией. Женщины плачут. «Командиры по радио сообщают, что гранатомётные выстрелы почти закончились. Со стороны... Шанхая... в город снова начали входить грузинские войска». Сопротивление – до последнего патрона, но боеприпасы, особенно для гранатометов, кончались. Грузины начали зачистки. По данным: вошло до 12 000 пехоты и ~150 единиц бронетехники. Российских войск в городе все еще не было.
Решение: пока есть шанс, вывозить женщин в Джаву. Выбрали старую Зарскую дорогу. На гору поднялись – вид на Цхинвал, «напоминавший Сталинград». Видели российские БМП на дороге, но в город они не входили. В грузинских селах попали под обстрел БМП-2. «Дай Бог здоровья этому грузину... за то, что он в нас не попал». Затем обстрел из ПК – пронесло. Вырвались на новую Зарскую дорогу. Там – наши САУ, "Тунгуски". У Джавы – встретили колонны российских танков и бронетехники, идущие в Цхинвал. «И в этот момент мы почувствовали, что победа будет за нами».
Самое страшное, признаюсь, было «сомнение, что российским руководством вообще будет принято решение о вводе войск». В том подвале женщины плакали: «А где же Россия, неужели она нас бросила?». Но Россия не бросила.
Фрагмент рассказа «Цхинвал: хроника уничтожения» из моей книги «Из смерти в жизнь… От Кабула до Цхинвала».
Полные рассказы о военной операции по принуждению Грузии к миру можно почитать здесь.
Сама книга «Из смерти в жизнь… От Кабула до Цхинвала» здесь.
Если статья понравилась, ставьте лайки и подписывайтесь на канал!
#Август2008 #ГрузинскаяАгрессия #ЗащитаЦхинвала #ОсетинскоеОполчение #ДеньПамяти #ВДВ #Казачество #ХроникиВойны #РоссияПришла #Война08_08 #ЮжнаяОсетия #Цхинвал #Хетагурово #Десантники #Ополчение #История #Память #РоссияЮжнаяОсетия