про маму, которая услышала
я много и долго работаю с тревогой. и я точно знаю: когда ко мне приходит «тревожный» человек, в глубине его души живёт одиночество. не излишняя чувствительность, не слабость, а история маленького малыша, которому пришлось пережить слишком много боли и страха одному.
чаще всего за словами «мне тревожно» стоит не просто состояние — стоит история. та, которую в три года ещё никто не умеет рассказать словами.
эта история говорит телом:
паникой в горле, замирающим сердечком, узлом в животе…
🖍️ тревога, которая объединяет всех нас, называется тревогой покинутости. впервые об этом заговорила Мелани Кляйн, и с тех пор многое в психотерапии стало на свои места.
она сказала очень важное:
мы тревожимся не потому, что будет плохо — а потому, что когда будет плохо, никого не окажется рядом.
и это огромная боль покинутости. из-за нее мы ощущаем дрожь, панику, все сжимается внутри. из-за неё так страшно, что что-то пойдет не так или кто-то уйдет. из-за неё мы постоянно извиняемся, стыдимся и повторяем:
«прости, что я снова»,
«наверное, я перегружаю»,
«я понимаю, тебе сейчас не до меня…»
тревога покинутости — это не про «мне страшно». она про мне пусто. про то, что объект (мама, партнёр, близкий) уходит,
и ты остаёшься с болью один.
без взгляда на тебя, без руки в твоей, без слов «я рядышком».
просто один в этой боли.
«если ребёнок теряет объект слишком рано, он остаётся один со своими разрушительными чувствами»
— Мелани Кляйн
эта тревога живёт в теле, а не в мыслях: в сжимании диафрагмы, в боли в груди, в дрожащем голосе, в извечном «я мешаю»,
в страхе попросить, в желании раствориться, в гиперзаботе о других, чтобы остаться нужным и не одному хоть как-то.
🍄эта тревога живёт во взрослом человеке,
который всё понимает и всё равно:
• тревожится, когда близкий замолкает, неэмоционален, занят,
• цепляется за тех, кто не держит и обесценивает,
• боится быть «слишком» и всегда чувствует себя лишним и мешающим, даже когда его никто не прогоняет.
и я не могу не вспомнить мамонтёнка, который шёл по снегу и пел:«пусть мама услышит…». я плакала над этим мультиком всё своё детство и, если честно, не только в детстве. потому что это не просто мультфильм, это наша общая травма, эти мамонтята — это мы.
в каждом из нас — этот малыш, который слишком рано понял:
не все мамины уши слышат и не все мамины шаги возвращаются назад.
и когда ко мне приходит человек с тревогой, я не исправляю тревогу, и я не говорю, что его мысли искажены, а симптом просто не стоит внимания. я остаюсь с ним. я ищу вместе с ним, где потерялась мама, и остаюсь рядом, когда становится страшно.
долгие годы я помогаю — другим и себе — дать то, чего не хватило тогда: присутствие, тепло, связь, опору. не контроль, «правильность» и самоулучшение, а уважение к боли, которую пришлось пережить и устойчивый путь, чтобы согреть каждую-каждую ранку.
я знаю на практике: даже самые древние тревоги-ледники начинают медленно таять, когда рядом кто-то остаётся. и я очень хочу, чтобы наши напуганные малыши внутри —
те, кто плакал без ответа,
кто испуганно молчал,
кто слишком рано повзрослел,
кто вечно спрашивал: «мам, а ты меня любишь?»,
кто боялся быть нуждающимся, чувствующим, «слишком»…
💚наконец-то смогли прочувствовать каждой клеточкой:
теперь я не один,
я всегда был хорошим,
я любим — не за что-то, а просто,
я важен, я нужен всегда-всегда!
с этой целью — и по просьбе моих любимых клиентов — я открываю терапевтическую группу про тревогу. я планирую сделать её оффлайн (в Москве — чуть позже), чтобы были настоящие объятия и живое присутствие. пока что попробую онлайн, и чуть позже расскажу, чем я планирую ее наполнить.
я очень надеюсь, что это место станет тем, где твой тревожный ребёнок внутри почувствует себя наконец драгоценным, принятым, любимым, защищённым. если тебе отозвалось, просто напиши, и можно даже одним словом: услышь💛
я рядом.
Юля, взрослый мамонтенок:)
#апельсиновыезаметки
