На следующий день Кобзев с нетерпением ожидал жену на работе. Утром супруги вместе вышли из дома, но Ольга отправилась в женскую консультацию, а муж — в офис.
Андрей очень нервничал и уже несколько раз звонил любимой, телефон которой был выключен. Отправившись на обед, мужчина неожиданно столкнулся с ней на лестнице.
— Андрюш, ну я сегодня опять не попала на приём, — жалуясь на обстоятельства, сообщила Ольга.
— Как?
— Ну, Виктор позвонил и срочно вызвал на производство.
— Это ещё зачем? — Внутри Андрея разрастался гнев, но он держался.
— Он организовал мне стажировку. Там как раз сейчас устанавливают новое оборудование. Именно такое он закупил для наших региональных филиалов. И когда я вступлю в должность, я должна буду с этим работать.
— Но ты же ещё не вступила в должность.
— Конечно, но мне нужно подготовиться. Ты представь, каково мне будет, если я подпишу этот контракт?
— Вот именно, если...
— А что я должна была сказать? Извините, мне нужно проконсультироваться со своим гинекологом?
— Нет, но ты могла бы сказать, что ещё не определилась.
— Неужели ты не понимаешь? Начальник даёт такую возможность, которая выпадает раз в жизни, а я ему что скажу? Не знаю, может быть, и та далее?..
— Нет, не так. Ты могла сказать, что не можешь по семейным обстоятельствам, а не делать вид, что ты уже вступила в должность.
— Послушай, Андрей, я позвонила и записалась на приём на завтра. Проблему выеденного яйца не стоит. И сейчас мне некогда, я очень тороплюсь.
Ольга поспешила по коридору в кабинет начальства.
— Вот именно, вот именно, Оленька, торопишься, — поспешил за ней муж. — И со стажировкой ты поторопилась. Ну давай как-то последовательно двигаться-то, а?
— Ну хорошо, давай.
Андрей видел, как ему ответила жена: лишь бы он сейчас от нее отстал. Честно говоря, мужчина занервничал. И вообще он не понял, с чего Оля поехала на эту стажировку, если она ещё не дала своего согласия на новую должность? И почему вдруг это оказалось для неё важнее похода к врачу? С другой стороны, Андрея немного успокаивало, что Оля не собиралась отказываться от их семейного плана.
***
Вечером Андрей вернулся домой один. Жена вновь отправилась знакомиться с новым производственным оборудованием. Кобзеву это не понравилось, но супруга сделала по-своему.
Мужчина собирался уединиться у себя в комнате, но и Ираида Вячеславовна сказала, что должна сообщить ему нечто очень важное. Она вошла в комнату сына вслед за ним.
— Мам, я устал. Давай завтра, — сказал ей Андрей.
— Никаких завтра. Всё слишком серьёзно. Ты мне скажи, чем больна твоя жена?
— Она совершенно здоровая, я тебе уже говорил.
— Я так и знала. Ты у меня просто наивный мальчик, которого водят за нос, — заявила мать. — Я всегда говорила.
— Кто меня водит за нос?
— Кто, кто? Оля твоя, разумеется. Я всегда подозревала, что у неё проблемы по женской части. И, как всегда, оказалась права. Иначе зачем ей бегать по женским консультациям?
— Почему ты решила, что она бегает по женским консультациям?
— Потому. Я возвращалась сегодня с почты и видела, как твоя Оленька выходила из женской консультации. У неё проблемы, я тебе говорю. А ты, лопух, сидишь и ждёшь, когда она тебе детей нарожает.
— Мама, Оля целый день просидела на работе вместе со мной, у меня перед носом.
— Плохо же ты видишь, что у тебя под носом творится. Я видела её собственными глазами. Ну вот ты подумай своей головой, если она не говорит тебе, куда бегает в обеденный перерыв, значит, она что-то от тебя скрывает.
— Да ты обозналась, мама.
— Я ещё не сошла с ума и собственную невестку с тридцати шагов узнаю.
Андрей нарочно не сказал матери про стажировку. Проще было соврать. Он понимал, что это глупо — создавать алиби себе, но лучше так, чем новый виток конфликтов.
Мужчину волновало еще и то, что мама врать всё-таки не стала бы. А значит, Ольга всё-таки побывала в клинике, а ему решила не говорить. И это означало только одно — она узнала от врача нечто неприятное.