Найти в Дзене

Жертва как стратегия: дёшево, стабильно, бессмысленно

Вы когда-нибудь замечали, как легко боль становится вашей визиткой? Не просто «у меня был трудный период», а «здравствуйте, я — ходячая рана, зовите меня по диагнозу». И ведь это не всегда поза. Иногда действительно проще вырастить из травмы личность, чем заняться реальной жизнью, где придётся брать ответственность, делать выборы и — о, ужас — больше не ныть в комментариях. Я сама проходила через этот этап: носила обиду как вечернее платье — с достоинством, но каждый день. И, знаете, это давало ощущение контроля. И даже смысла. Пока не начало тошнить от себя. Так вот, если вы чувствуете, что ваше страдание стало чуть ли не основной темой в личном портфолио — давайте разберёмся, почему так происходит, и главное — как из этого выйти. Боль — удобная штука. Теплится в углу сознания, как кот, который царапает за любую попытку сменить обстановку. У меня был период, когда я искренне верила: все мои жизненные неудачи — прямое следствие того, что «меня не поняли в детстве». Звучит знакомо? Боль
Оглавление

Вы когда-нибудь замечали, как легко боль становится вашей визиткой? Не просто «у меня был трудный период», а «здравствуйте, я — ходячая рана, зовите меня по диагнозу».

И ведь это не всегда поза. Иногда действительно проще вырастить из травмы личность, чем заняться реальной жизнью, где придётся брать ответственность, делать выборы и — о, ужас — больше не ныть в комментариях.

Я сама проходила через этот этап: носила обиду как вечернее платье — с достоинством, но каждый день. И, знаете, это давало ощущение контроля. И даже смысла. Пока не начало тошнить от себя.

Так вот, если вы чувствуете, что ваше страдание стало чуть ли не основной темой в личном портфолио — давайте разберёмся, почему так происходит, и главное — как из этого выйти.

Почему боль иногда превращается в убежище.

Боль — удобная штука. Теплится в углу сознания, как кот, который царапает за любую попытку сменить обстановку.

У меня был период, когда я искренне верила: все мои жизненные неудачи — прямое следствие того, что «меня не поняли в детстве».

Звучит знакомо?

Боль объясняет всё. Почему вы саботируете карьеру. Почему вам попадаются исключительно эмоционально недоступные партнёры. Почему вы не пишете ту самую книгу.

У боли есть роскошный бонус-пакет: внимание, поблажки и возможность ничего не менять. Общество нынче охотно аплодирует страдальцам. Главное — грамотно подать.

Но есть нюанс: так вы не выздоравливаете. Вы просто устраиваетесь поудобнее в своих руинах. Как сказала бы я пятилетней давности: «Я не застряла, я просто глубоко чувствую». Ага. Глубоко.

Психологические механизмы: как страдание становится личностью.

Психика любит стабильность. Даже если это стабильность в болоте. Если боль повторяется — она становится системой координат. Идентичностью. Типа: «Я — человек, переживший ужасное. Это моя суть».

Психологи называют это «идентификацией с травмой». Я называю это «эмоциональной ипотекой». Вы платите собой — ежемесячно, без права досрочного погашения.

Согласно метаанализу 2022 года, около 30% пациентов с тревожными расстройствами застревают в терапии без динамики именно из-за того, что бессознательно отождествляются со своей травмой. Меняться — значит потерять опору. А кому хочется терять то, на чём держится вся ваша история?

Добавьте сюда эффект выученной беспомощности: «Зачем пытаться? Всё равно не получится. Я — жертва, мне можно». И культурный тренд на страдание — где «травма» звучит солиднее, чем «достижение».

Даже инфлюенсеры больше говорят о психотерапии, чем об идеях. Потому что боли верят. А счастью — нет.

Термин «вторичная выгода» вообще-то описан ещё в работах Фрейда. Он знал толк в бессознательных выгодах нытья. Потому что, когда у боли есть функция, она становится нужной. А нужное мы не выбрасываем. Мы это холим, лелеем и пишем про это длинные тексты. Вот как вы, возможно, и оказались здесь.

Как перестать быть «жертвой», не предав себя.

Меня всегда раздражали советы в духе «отпусти и живи». Особенно, когда хочется не жить, а жевать — старые обиды, диалоги, которые могли пойти иначе, и эпизоды, где вы были «слишком».

Но в какой-то момент я поняла: можно уважать свою боль и всё равно не считать её троном. Потому что жертва — это не диагноз. Это стратегия. И она может быть устаревшей.

Вот что помогло мне:

  • Я научилась различать «пережила» и «пережёвываю». Первое даёт силу. Второе — кислотный привкус во рту и желание в очередной раз пожаловаться.
  • Я ограничила жалость к себе по таймеру. Пять минут на слёзы — и в душ. Без монолога вслух.
  • Я начала искать другие формы самоописания. Не через боль, а через выбор. Не «я — та, кого предали», а «я — та, кто встала и ушла».

Видите разницу? Вот и психика видит.

Иногда, честно говоря, она возмущается: «А где наша доза уныния?». Приходится напоминать ей: «Мы больше не в этом бизнесе». Холодно, по-взрослому, без нежностей.

•••

Вы — это не только сломанные части. Вы — и то, что выбрали после. Даже если пока выбрали просто читать такие тексты и ворчать: «ну, легко ей говорить».

Мне не легко. Мне привычно быть честной. Особенно в том, что исцеление — это не про «забыть». Это про «не строить из этого алтарь».

В какой-то момент надо решить: вы хотите быть человеком, у которого была боль — или человеком, который стал болью. Один вариант предполагает развитие. Второй — лайки под жалобами.

Выбирайте. Или продолжайте собирать лайки под постами о боли, которая всё ещё не отпустила. Она не отпускает, потому что вы её кормите.

Автор: Татьяна (GingerUnicorn)

Подписывайтесь на наш Telegram канал