С недавним принятием закона об обязательном использовании русского языка в наименованиях брендов в России я, пожалуй, полностью согласен. Не потому, что так требует государство, а потому что пришло время перестать стесняться того, кем мы являемся. Русский язык — наш родной, живой, точный. Это не просто средство общения, это основа культурной идентичности, глубины мышления, корень мировоззрения.
Почему раньше мы массово стремились придумывать брендам иностранные названия? Причин много, но одна из главных — десятилетия культурного давления, когда всё "западное" считалось априори более стильным, современным и успешным. Эта навязанная установка привела к тому, что на полках магазинов и в вывесках бизнесов стало трудно понять, что именно перед тобой: «Evershine», «Klinberg», «Mokko Home». Это красиво, но непонятно. Где суть? Где связь с продуктом?
Давайте посмотрим на опыт тех же американцев. Названия вроде Facebook (ресурс признан экстремистским), PayPal, YouTube (ресурс признан экстремистским), Whole Foods, Home Depot — это простые слова из повседневного английского языка. Они говорят о сути, понятны любому школьнику и вызывают доверие. Никто не старается казаться "французским", "японским" или "скандинавским", потому что у американцев есть ощущение собственной силы — культурной, экономической, технологической. И это чувство рождает ясный, собственный язык в названии продукта.
Почему же нам продолжать маскироваться под другие культуры, когда наша собственная культура становится всё более влиятельной? Мир меняется. Россия — одна из трёх самых могущественных держав мира. Русская эстетика становится трендом, а русский бренд — символом силы, качества и неожиданной креативности. Это уже не внутренняя иллюзия, это внешняя реальность. В Китае, в арабских странах, в Европе уважают и покупают русское.
Пример — косметическая ниша. Сегодня многие зарубежные бренды, оставшиеся на российском рынке или вернувшиеся под другими юридическими лицами, сталкиваются с требованием локализовать названия. Вынужденный переход на русские слова у них часто выходит комично: вместо узнаваемого имени — какое-то искусственное сочетание букв, которое не вызывает ни эмоций, ни доверия. Некоторые звучат отталкивающе, потому что сделаны без уважения к языку, без понимания его мелодики и смысла.
И на этом фоне выигрывает тот, кто изначально использует силу русского языка как союзника. Кто умеет создавать названия, которые звучат — красиво, образно, понятно. Вспомните, как поэтично звучат слова «Чистая линия», «Родные просторы», «Сибирское здоровье», «Лесной бальзам». Это не только названия — это образы, ассоциации, доверие. Это язык, на котором говорит сама земля, культура, история. Это сильный бренд не потому, что он "патриотичный", а потому, что он настоящий.
Например, шейхи из стран Персидского залива заказывают мебель из массива у российских компаний, таких как «Инлавка». Не из-за экзотики — из-за качества. Наши уральские самоцветы, якутские бриллианты, русское золото и дерево — это то, что используют в элитных продуктах по всему миру. А теперь представьте, какому бренду больше доверия — «ZALOTO» или «Русское золото»? Что звучит сильнее, самобытнее, увереннее?
Да, наши бренды проигрывали по части стиля, логотипов, упаковки. Но это вопрос времени, а не сути. У нас есть огромный ресурс — инженерные школы, природные богатства, культурные традиции, архитектура, образы, фольклор. Это все можно и нужно транслировать через брендинг — на русском языке. Не в угоду «патриотизму», а потому что это современно и стратегически выгодно.
Русский язык в названии бренда — это не архаика, а тренд. Это шаг не назад, а вперёд — к уверенной идентичности, к миру, где нас уважают за то, что мы есть, а не за то, кем притворяемся.