ПАУТИНАIV

Сезон №4, серия №4.

Ранее:

Часть первая.

Часть вторая.

Часть третья.

В предыдущей серии:

Договор.

В этот момент мы уже стояли на обочине в сотне метров от указателя. Я заглушил Ами, и мы сидели в тишине, улыбаясь друг другу.

— Мы собирались поужинать дома, — заметил я.

— План был неплохим, — с грустью сказала Эрика.

— Немного недоработанным...

— Но в целом он меня устраивал.

— И меня тоже.

Эрика вздохнула, и я машинально повторил за ней.

Тремя годами ранее.

Восточная Дуга.

Эрика сделала паузу, словно обдумывая ответ. Я был уверен, что у неё есть ответ на этот вопрос, он не был сложным. Она просто любила паузы.

— Я хочу покончить со всем этим! — наконец сказала она.

У меня в свою очередь тоже было, что сказать. Я тоже любил паузы. Я снова сел за стол, повторил процесс разлива, подпёр голову рукой и внимательно посмотрел на Эрику.

Я смотрел на неё, и в голове крутились мысли, как мыши в старой меховой шапке, забытой на чердаке. Они совершенно не соответствовали моменту. Я думал о том, что несмотря на растрёпанный вид, размазанную тушь и мокрые волосы она потрясающе красива. Я смотрел на её тонкое запястье и едва заметные ниточки вен под матовой, гладкой кожей и мечтал впиться в него зубами. Много чего ещё я там думал.

Привязанности!

Эмоции!

Чувства!

Считается, что это всё делает человека лучше, и не только его самого, но и окружающий мир. Начни с себя и бла-бла-бла! Полная ерунда! То есть для обычных людей, чей мир сосредоточен в относительно небольшом пузыре повседневности, это, возможно, и так. Но не для людей вроде меня.

Отец в моменты просветления говорил, что чувства подобны снежной лавине, вроде тех, которые случаются в Барьерных Горах. Катишь ты себе на лыжах, всё тихо, спокойно и не предвещает совершенно никаких непредвиденных ситуаций, а потом... Тебя охватывает чувство восторга, и ты в порыве его орёшь что есть мочи в окружающий мир, а потом продолжаешь движение. И какое-то время всё по-прежнему. Но изменения уже начались. Ты не видишь их, но процесс уже запущен... И его не остановить.

Привязанности, эмоции, чувства... Стоит только открыть им дверь... И они снесут тебя, погребут под собой, и совсем не факт, что спасатели успеют вовремя тебя откопать.

Я смотрел на Эрику и думал о том, что ближе неё у меня человека нет. Даже Лира с которой мы прожили вместе восемь лет...забавно...но даже её я такой не чувствовал.

Пауза затянулась.

Я перестал подпирать голову, протянул руку и взял Эрику за кисть. На секунду она напряглась, потом сопротивление прекратилось. Я слегка наклонился, притянул её руку к себе, вдохнул запах её кожи, развернул ладонью вверх и нежно поцеловал запястье, а затем ладонь. И ещё раз. И ещё.

Её рука снова напряглась, но осталась там где и была - в моей. Она напряжённо сглотнула и хрипло спросила:

— Что ты...что ты, нахрен, творишь, Юджин?

Я снова прикоснулся к ней. Её кожа пахла дождём и цветами. Ронийской кантайей, если быть точным.

— Пытаюсь затуманить твой разум конечно же, — ответил я отпуская её руку, — Если уж я могу противостоять твоим способностям, может я и в обратку могу такие же генерировать...кто знает.

Эрика фыркнула и закатила глаза.

— Ладно, — сказал я и потянулся за стаканом. — Тогда план Г. Очевидно, что твоё желание покончить со всем этим не включает в себя пункты покончить со мной и, может... с собой. Иначе сейчас бы мы понемногу принимали комнатную температуру. Очевидно также и то, что твои намерения были исключительно твоими, а не заложенной программой, иначе... Ну и там по тексту. И намерение не осуществлять свои намерения, оставив браслет в ящике, тоже было твоим собственным. Я сейчас даже не буду пытаться размышлять о причинах этого, сейчас я хочу сделать тебе предложение. Деловое. Что скажешь?

Она зевнула. Это было так неожиданно, что я тут же, не успел её рот закрыться, тоже растянул челюсти, да так, что чуть не вывихнул их.

— Скажу, что если у тебя есть что сказать, то делай это быстрее. Без этих вот... прелюдий... цветистых! — сказала она.

— Принято. План таков: найти того, ту или тех, кто затеял всю эту возню, вытрясти из них причину этой возни, а потом... сделать с ними что-то неприятное. Вкратце.

Эрика снова зевнула и на завершающем этапе издала что-то вроде «Аыаоно!».

— Чего? — спросил я, с трудом сдержавшись.

— Ладно, — повторила она, встала, сняла пальто и повесила на спинку стула. Огляделась:

— У тебя здесь одна кровать?

— Да, у меня и комната одна. Там ванная, а там какая-то кладовка.

— Тогда я сплю на кровати! Тоже одна!

Я пожал плечами:

— Как хочешь… Мне и в кресле нормально… Иногда.

Она снова села на стул и начала стягивать сапоги.

— Бордовое полотенце в ванной свежевыстиранное, — сказал я, доливая себе остатки бренди. Надо же... Всю бутылку уговорили, а я думал растянуть её на подольше.

Эрика поморщилась.

— Нет уж. Меня вырубает так, что я там и усну...

Она наконец разулась, прошла к кровати, села, потом завалилась набок, закинув одну ногу на кровать. На вторую сил уже не хватило.

Я хмыкнул, подошёл и воссоединил её конечности. Вернулся к столу, взял стакан, погасил верхний свет, выставил настенную подсветку на минимум, а потом сел рядом с кроватью на ковёр, который в отличие от того, в неприемлемом жилом комплексе, был мягким и пушистым.

— Дааа... Дела, — сказал я тихо, хотя Эрика уже спала, а в этом случае хоть из дробовика рядом стреляй — не проснётся. Но она проснулась. Приоткрыла правый глаз, огляделась, потянула меня за рукав и подложила мою руку себе под щёку.

— Я потом...отомщу тебе, Юджин Дакс...даже не думай...

И уснула. На этот раз уже точно. Но желала она того или нет...в итоге всё же отомстила.