Провозглашение ГКЧП называют то государственным переворотом, то захватом власти, то заговором высших должностных лиц СССР. Августовские события 1991 года были последней попыткой сохранить Союз. Она закончилась неудачно, но успех ГКЧП мог бы продлить агонию СССР или превратить его в новое жизнеспособное государство. Давайте разберёмся, как появился Государственный комитет по чрезвычайному положению, и оценим его действия с точки зрения тогдашнего законодательства.
В 1988–1990 годах союзные республики начали принимать декларации о суверенитете, постепенно забирая полномочия у центральных органов власти. Это ослабляло контроль Москвы над республиками. Власти СССР теряли управление и инициативу в межреспубликанских вопросах. Спасти ситуацию могли только массовая поддержка населения и коренная перестройка союзных отношений.
17 марта 1991 года народ проголосовал за сохранение СССР, что стало основой для нового союзного договора. Весной-летом подготовили договор о союзе суверенных государств. Он предполагал мягкую федеративную форму устройства. Подписание намечалось на 20 августа 1991 года.
Однако этот договор не устраивал многих высших руководителей СССР. Они видели в нем закрепление распада страны и потерю власти. В группу недовольных вошли О.Д. Бакланов, В.А. Крючков, Б.К. Пуго, Д.Т. Язов, В.А. Стародубцев, А.И. Тизяков и В.С. Павлов. На их сторону встал вице-президент Г.И. Янаев.
Сформировавшаяся группа планировала воспользоваться правом Президента СССР ввести чрезвычайное положение и стабилизировать политическую и экономическую ситуацию в стране. Еще в апреле 1991 года введение чрезвычайного положения всерьез рассматривалось Президентом СССР М.С. Горбачевым в качестве варианта для предотвращения дальнейшего развала СССР. Тогда же были подготовлены основные документы для реализации этого варианта действий. Но Горбачев тогда не дал ход такому развитию событий, что предопределило самостоятельную реализацию этого сценария членами будущего ГКЧП.
Согласно Конституции СССР и закону СССР о правовом режиме чрезвычайного положения полномочиями по введению чрезвычайного положения обладал Верховный Совет СССР и Президент СССР.
18 августа 1991 года с целью получения согласия Горбачева на введение ЧП к нему в крымскую резиденцию Форос отправилась делегация представителей силовых ведомств. На встрече с Президентом ему было предложено ввести ЧП либо поручить это сделать другим. Горбачев не дал прямой ответ, сославшись на возможность введения ЧП путем созыва съезда народных депутатов или Верховного Совета СССР. В конце встречи, однако же, Горбачев пожал руки его посетителям и произнес слова, от которых он в последующем отказывался: «Черт с вами, делайте, что хотите, но доложите мое мнение». Так и получив санкции, необходимой для введения ЧП, члены ГКЧП решили действовать самостоятельно.
Вернувшись в Москву, поздно вечером 18 августа вице-президент Янаев подписал указ о своем вступлении в должность Президента СССР в связи с невозможностью Горбачева по состоянию здоровья исполнять данные полномочия. Утром следующего дня по радио и телевидению было зачитано заявление о введении ЧП в отдельных местностях СССР, провозглашении безусловного верховенства Конституции и законов СССР, а также о создании Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП) с правом принятия обязательных для исполнения на территории Союза решений.
Правовой основой послужили нормы Конституции, позволяющие переход полномочий Президента вице-президенту СССР в случае неспособности Президента по тем или иным причинам исполнять свои обязанности (ст. 127.7). Становится очевидным, что с самого начала действия членов ГКЧП шли вразрез правовому регулированию: Горбачев был здоров и его способность нести обязанности высшего должностного лица в государстве не могла подвергаться сомнению. Озвученная причина перехода полномочий к вице-президенту была искусственно придумана и не могла стать основанием для осуществления Янаевым функций Президента.
Члены ГКЧП действовали в рамках Конституции и законодательства, которые позволяли Президенту ввести чрезвычайное положение с согласия Президиума Верховного Совета. Если такого согласия не было, Президент мог принять решение о введении ЧП при условии, что оно будет немедленно вынесено на утверждение Верховного Совета СССР. Постановление Верховного Совета по этому вопросу должно было быть принято двумя третями голосов от общего числа депутатов (ст. 127.3 Конституции и ст. 2 закона СССР о правовом режиме чрезвычайного положения).
Чтобы легализовать введение чрезвычайного положения и оправдать создание ГКЧП с его широкими полномочиями, было необходимо утвердить соответствующее решение в Верховном Совете. Однако Президиум Верховного Совета должен был рассмотреть этот вопрос только 21 августа. К этому времени в стране произошли события, которые полностью вышли из-под контроля ГКЧП.
По приказу ГКЧП в Москву войдут войска, в том числе тяжелые. Президент РСФСР Борис Ельцин возглавит сопротивление. Он назовет происходящее «путчем» и «переворотом». Белый дом станет центром сопротивления. В Москве и Ленинграде пройдут крупные демонстрации в поддержку Ельцина. Войска перейдут на их сторону. У членов ГКЧП не останется шансов продолжать борьбу. На заседании Президиума Верховного Совета СССР признают незаконными отстранение Горбачева и передачу его полномочий вице-президенту. Нарушение Конституции не останется безнаказанным, даже если на сломе эпох оно могло стать новым правилом.
Участники заговора были арестованы и в их отношении завели уголовные дела об измене Родине. Однако в 1994 году в связи с объявлением амнистии уголовные дела были прекращены. Окончательному рассмотрению подверглось только дело генерала В.И. Варенникова, отказавшегося от применения к нему амнистии и пожелавшего довести свое дело до логического конца.
Удивительно, но Верховный Суд встал на сторону генерала и не усмотрел в его действиях состава преступления. Делая вывод о невиновности подсудимого, суд даже позволил себе допустить вольность и воздать должное мотивам генерала, которыми он руководствовался в августовские дни 1991 года: «Мотивами и целью содеянного им были не корыстные побуждения или иная личная заинтересованность, а сохранение и укрепление своего государства, что соответствовало воле народа, высказанной на референдуме 17 марта 1991 г. Действия Варенникова В. И. не повлекли материальный ущерб или иной существенный вред. Более того, ознакомившись с обстановкой в Москве 20 августа 1991 г., он своими советами Язову Д. Т. и Крючкову В. А. способствовал отказу от кровопролития». Вот уж действительно, «черт с вами, делайте, что хотите», но подсудимый достоин оправдания!