Из воспоминаний Г.М. Зайцева, подрывника 4-й Калининской партизанской бригады, заместителя комиссара 6-й КПБ, члена бюро подпольного Невельского райкома ВЛКСМ
«В январе - марте 1943 года гитлеровское командование предприняло карательную экспедицию против партизанского края в западных районах Калининской области, а также партизан Россонского, Освейского, Дриссенского районов Белоруссии. В экспедиции участвовало порядка 12 000 солдат и офицеров противника. Первые удары приняли на себя Калининские партизаны, находившиеся в восточной части края (в 30 км западнее Невеля). Ведя тяжёлые бои против численно превосходящего врага, они вынуждены были отходить в западном направлении» (История Великой Отечественной войны, т. 3, стр. 478)
В январе 1943 года войска Советской Армии освободили Великие Луки. Линия фронта вплотную подошла к Невелю. Часть партизанских отрядов Калининской области, действовавших западнее Невеля, оказались вблизи линии фронта.
В тесном боевом содружестве с белорусскими партизанами бригады Р.А. Охотина, калининские партизанские отряды Г.П. Ахременкова и В.П. Карпенкова в начале 1943 года систематически взрывали железную дорогу Невель - Витебск и Невель - Полоцк. На отдельных участках движение было парализовано. Только на перегоне Новохованск - Железница в январе было пущено под откос три вражеских эшелона.
Из войск, дислоцировавшихся в Невеле, Полоцке, Витебске и других гарнизонах, немцы создали специальную карательную экспедицию под кодовым названием «Нюрнберг». Она была настолько велика, что её создатели надеялись промчаться «вихрем» и уничтожить все партизанские подразделения в Невельско - Россонском партизанском крае.
Действительно, карателям вначале удалось потеснить партизан. Направив свои войска по шоссейной дороге Невель - Дрисса, они расчленили партизанский край, разделив калининских и белорусских партизан, и захватили ряд населённых пунктов.
Несколько ожесточённых схваток провели с карателями бойцы отряда Г. Ахременкова. Они создавали лесные заминированные завалы, засады. Много фашистов нашли здесь свой бесславный конец.
В длительных боях с партизанами силы карателей иссякли, и гитлеровцы укрылись в своих гарнизонах. В тех зимних боях пало немало и наших славных партизан.
В ходе карательной экспедиции в исключительно сложной обстановке оказался госпиталь отряда Г.П. Ахременкова, так как гитлеровцам удалось оттеснить наши основные силы за ж/д Невель - Полоцк. Лишь незначительная часть отряда (10-12 бойцов) остались во втором зимнем лесном лагере вместе с госпиталем, в котором лежало пять тяжелораненых партизан. Этот лагерь располагался в Плетнёвском лесу.
17 января немцы предприняли чистку лесов, стремясь оттеснить нас в район расположения своих частей и там уничтожить. Каждому батальону гитлеровцев был отведён свой сектор. Проходя в трёх - пяти метрах один от другого, каратели медленно двигались развёрнутым фронтом, поливая каждый косогор и сопку ружейно - автоматным огнём. Мелколесье и заросли простреливались до такой степени, что скашивали более половины веток и стволов молодых деревьев. Бойцы охранения вступили в смертельную схватку с врагом.
Командир нашей группы Фёдор Коротков принял единственное возможное в такой обстановке решение - нетранспортабельных раненых (таких было трое) спрятать в хорошо замаскированной землянке, расположенной в стороне, метрах в двухстах от основного лагеря. Всем остальным, в том числе и мне с Сергеем Клеменченок, кое-как передвигавшимся, было сказано любыми путями прорываться сквозь цепь карателей.
Сергей Клеменченок 18-летним юношей пришёл в партизанский отряд в самом начале его организации, из деревни Комша Невельского района. Считался бывалым бойцом, участвовал во многих боях с фашистами. В сентябре 1942 года был серьёзно ранен - разрывная пуля повредила ногу. У меня в левом тазобедренном суставе также сидели осколки разрывной пули, нога почти не сгибалась. Ценой неимоверного напряжения сил, ползком, маскируясь в толще снега, нам удалось проникнуть сквозь цепи карателей.
Через четыре дня, когда каратели ушли, я возвратился в лагерь. Всё было разрушено. Замаскированная землянка с тяжелоранеными партизанами сожжена, запасы продовольствия увезены.
На третий день поисков по лесу обнаружил на снегу след ноги и двух палок. Пройдя метров четыреста, увидел Сергея Клеменченок. Мы расположились в одной, затерявшейся землянке, в полутора километрах от лагеря. Здесь приняли решение пробираться в деревню Замошье, где раньше размещался наш госпиталь.Там нас знало большинство жителей, и мы могли получить помощь и поддержку. Тревожила неизвестность обстановки у жителей окрестных деревень после карательной экспедиции. И всё же мы направились в Замошье.
С октября 1942 года до начала гитлеровцами карательной экспедиции (январь 1943 г.) наш партизанский госпиталь размещался в деревне Замошье, в доме Александры Филатовны Поднебесной. Рядовая сотрудница одного из Ленинградских институтов, она за несколько дней до начала войны с двумя ребятишками прибыла в Замошье, к родителям в отпуск. Здесь её и застала война. Простая и мужественная женщина проявила большую заботу о раненых. Иногда в этом госпитале, находившемся в простой крестьянской избе, лежало по 10-12 человек.
Фельдшер партизанского отряда Варя Воронкова часто уходила с подразделениями отряда в засады, на подрыв вражеских эшелонов. В это время все заботы о лечении и питании раненых Александра Филатовна брала на себя. Шура, как мы её звали, была у нас за сестру и уборщицу, няню и врача, повара и разведчицу.
Когда зимой 1942 года у некоторых раненых стали болеть десны - признак цинги - А.Ф. Поднебесная вместе с соседями и родственниками Фетиньей Андреевной Рощенковой, Полиной Семеновной Коваленковой и Ольгой Михайловной Коваленковой собирали в лесу всякие растения, клюкву, дикий чеснок. Из различных листьев и кореньев готовили лекарства. Благодаря заботам этих старательных женщин заболевание было предотвращено. Замошинские женщины снабжали раненых бельём, одеждой, перевязочными материалами.
За три месяца в этом лазарете вылечилось и вернулось в строй 12 партизан.
И вот через десять дней после карательной экспедиции мы отправились в Замошье, где в то время нас могли поддержать и подлечить.
Наше появление стало полной неожиданностью для Александры Филатовны. Оказывается, каратели сообщили, что с партизанами в треугольнике железных дорог Невель - Полоцк - Витебск покончено, партизанская база и лагерь уничтожены.
Здесь мы узнали о страшной трагедии, разыгравшейся в деревнях Хмелинец, Тарасиха, Погорелое. Там фашисты применили «Инструкцию о борьбе с партизанами на востоке», выписку из которой широко распространяли в виде объявлений и листовок. Инструкция предписывала применять массовый террор и насилие к партизанам и жителям мирных деревень. Гитлеровцы и их прихвостни расправились с жителями этих населённых пунктов. Разрушили и сожгли деревню Хмелинец, расстреляли более 60 женщин и детей. В Тарасихе расстреляли половину всего населения. Учительницу этой деревни Кочнову расстреляли с матерью лишь за то, что та осмелилась проявить заботу об открытии школы (Прим. "после разгрома партизан треугольник между городами Витебск, Невель, Полоцк был "умиротворён" карателями путём уничтожения мирного населения". Ист. Великая Отечественная война на Северо-Западе СССР 1941-1944 гг. Часть.3 Братский партизанский край Гл. 8).
Дикую расправу учинили варвары в Погорелом, что в полукилометре от Замошья. Здесь были расстреляны семьи Рощенкова, Крупенкова, Клевикова, а их дома сожжены. Все эти злодеяния были совершены по инициативе и активном участии местного бургомистра Бардея.
В селе Осивка, что в пяти километрах от Замошья, обосновался немецкий гарнизон. Фашисты усилили свои гарнизоны в Туричино и Новохованске. Почти не было дня, чтобы немцы не навещали какую-либо деревню. Начались массовые облавы на людей. У населения отбирали скот, весь запас продовольствия. За малейшее неповиновение - расстрел. Этими словами заканчивались все распоряжения немецко-фашистских захватчиков, устанавливающих свой «новый» порядок (Прим. "17 января 1943 г. каратели вошли в деревни Ковалиха, Плетни, Дубище, Рогачево, Хмелинец, Борисенки, Хотинец, Немецкая батарея, занявшая позиции в д. Рогачево, и бронепоезд из района станции Железница вели огонь по деревням Погорелое, Ордово, Вашки. колонны карателей через деревню Ширино двинулись к Туричино и через деревню Ковалиху в направлении д. Задорожье. вокруг партизан замкнулось кольцо блокады" Ист. Там же).
Особенно жестокий режим был установлен для населения деревень, в которых ранее стояли партизанские группы или отряды. За помощь партизанам смерть грозила всем жителям населённого пункта. Жизнь для населения тех мест с января 1943 года стала сплошным кошмаром. В таких условиях, добрые и смелые духом жители деревни Замошье взяли нас на полное попечение.
Небольшая деревушка Замошье располагалась на пологом косогоре, примыкавшем к Плетнёвскому лесу. За старшего здесь был председатель местного колхоза 55-летний Филат Андреевич Ларионов - активный участник гражданской войны, после организации колхоза работал в нём заместителем председателя. Незадолго до начала войны односельчане избрали его председателем правления.
Среди партизан Филат Андреевич считался лучшим проводником и связным. Целые партизанские отряды (В.П. Карпенкова, Г.А. Ахременкова, А.Ф. Батьянова), отдельные группы партизан и разведчиков 3-й ударной армии Ларионов вместе с жителем соседней деревни Тарасиха - Михаилом Фомичём Сухоруковым неоднократно проводили мимо гарнизонов врага, через железную дорогу, подыскивали удобные места для партизанских засад.
Наша землянка находилась в четырёх километрах от Замошья. Раз в неделю мы навещали деда Филата. Накормив и наполнив наши сумки провизией он провожал нас обратно в лес. От него мы узнавали последние новости.
Все листовки о победах наших войск Филат Андреевич хранил в поленице дров, а то и просто в сугробе около забора. Как-то в середине февраля, когда мы с Сергеем пришли в деревню, нас привлекло приподнятое настроение хозяина дома и его дочери Александры Филатовны.
- Вы, наверное, ещё не знаете, - сообщил не без гордости Филат Андреевич, - что наши войска разгромили трёхсоттысячную армию немцев под Сталинградом. Их главный фельдмаршал сдался в плен. Весь наш южный фронт наступает. - Тут же дед поспешил на улицу за листовками.
Несколько раз перечитывали мы потёртые листовки. Оказывается их прочли все жители Замошья и соседних деревень, и хранили специально для нас.
Пренебрегая опасностью Александра Филатовна собирала для нас всё необходимое - продукты, бельё, лекарства. В этом благородном деле ей активно помогала Фетинья Андреевна Рощенкова, которая жила с тремя детьми в одном доме Александрой, а также Полина Семёновна и Ольга Михайловна Коваленковы. У Полины Семёновны было четверо детей. Во время карательной экспедиции гитлеровцы увидели в её доме фотографию мужа в красноармейской форме. За то, что муж находился в рядах Красной Армии, на глазах у Полины фашисты застрелили младшего сына.
В течение двух месяцев 1943 года эти простые советские люди, в условиях тотального фашистского террора делились с нами - ранеными партизанами, кто чем мог, лечили, кормили, предупреждали об опасности.
Вскоре гитлеровцы произвели очередной грабёж населения, отобрали последних коров. И без того трудное положение замошинцев ещё значительнее усложнилось. Только благодаря коллективности и взаимной выручки они смогли перенести все невзгоды тех суровых дней.
9 марта 1943 года разведчики партизанского отряда Г.П. Ахременкова пришли в те места и нашли нас. Спустя трое суток, пройдя более 75 километров, с боем прорвавшись через ж/д Невель - Полоцк (Прим. "Вдоль железной дороги Новосокольники - Идрица - Себеж - Зилупе - Лудза на расстоянии 50 метров друг от друга были оборудованы пулемётные гнёзда и посты охраны. большая плотность огневых средств, по замыслу немецкого командования, не должна была позволить крупным партизанским формированиям беспрепятственно её пересечь и уйти из-под ударов карательной экспедиции" Ист. там же) мы вышли на «малую землю» Россонского партизанского края. Здесь находились основные соединения калининских партизан, которые готовились к серьёзной боевой операции - взрыву моста на ж/д Великие Луки - Себеж.
Подлечившись мы вскоре вернулись в строй народных мстителей. Сергей Клеменченок до соединения с частями Красной Армии находился в отряде Г.П. Ахременкова, преобразованного позже в 21-ю Калининскую партизанскую бригаду (КПБ). Мне же некоторое время было поручено обучать подрывному делу партизан во вновь созданных отрядах. В мае 1943 года я был назначен заместителем командира 6-й КПБ и избран членом подпольного Невельского райкома ВЛКСМ. Бригада передислоцировалась вдоль шоссе Невель - Россоны, в район озера Язно, и действовала там до соединения с частями Красной Армии в ноябре 1943 года.
После войны, где бы я не работал, меня никогда не покидало стремление побывать на Невельщине. В 1958 году написал письмо в райисполком, попросил рассказать, как сложилась послевоенная судьба жителей Замошья и Тарасихи. Оказалось, что этих деревень нет, оставшиеся жители переселились в другие населённые пункты. Несмотря на это известие я не стал прекращать свои поиски.
Окончив учёбу в институте, в 1961 году, разыскал в Москве бывшего комиссара 6-й КПБ Николая Ивановича Макарова и фельдшера этой бригады Фрузу Михайловну Филимонову, с которыми не виделся более 12 лет. Вспомнили боевых товарищей, друзей, дедушку Филата, Сергея Клеменченок.
Фруза слышала о Сергее - партизане от своей родственницы А.И. Борщевской, проживавшей в Невеле. На всякий случай я взял адрес этой женщины и послал ей письмо, в котором вкратце изложил события тех дней и описал приметы Сергея. Моё письмо сразу же попало к ...Сергею. Оказалось, что они живут в одном доме. Сергей сообщил мне, что почти все замошинцы живы. Дедушка Филат живёт в деревне Погорелое.
В конце июля 1963 года мне удалось побывать в Невеле, где состоялась встреча с Сергеем. В Невеле живёт бывший комиссар партизанского отряда Г.П. Ахременкова - Емельян Павлович Васильев.
Вместе мы проехали по бывшим партизанским местам, по шоссе Невель - Россоны, где одна за другой всплывали картины прошлого: Кривицы, Ерастовка, Шерстево, Перевоз (белорусский) - места бывшей «малой земли». Побывали в Туричино.
Филат Андреевич вначале растерялся, когда к нему прибыло столько гостей. Он узнал нас, и потекли беседы.
Встретили мы Полину Семеновну Коваленкову и Фетинью Андреевну Рощенкову. Тогда же узнали ещё одну славную страницу из жизни этих замечательных женщин. Уже после нашего ухода из Замошья они спасли выбросившегося на парашюте из горящего самолёта лётчика Алексея Захарова.
Было это ранним утром в апреле 1943 года. Полина Семеновна набирала у колодца воду. Неожиданно из кустов раздался голос: «Тётя, в деревне немцев нет?». Коваленкова увидела лежащего на земле летчика. Через свой огород привела его в дом Ольги Михайловны Коваленковой. Вдруг кто-то крикнул «Немцы!».
В деревню въехало несколько немецких подвод. Ольга Михайловна спрятала летчика подпол. На люк высыпала мешок картошки. Когда в дом зашли два фрица, Ольга и Полина Коваленковы и Александра Поднебесная, сидя на полу, перебирали клубни.
Один гитлеровец взял несколько картофелин, повертел их в руках и велел набрать «цвай корзинка» и перенести на подводы. Женщины выполнили приказание. Такая исполнительность понравилась немцам и они, заглянув в каждый дом, вскоре уехали в свой гарнизон.
Почти три месяца Ольга Михайловна, Полина Семёновна и Александра Филатовна ухаживали за лётчиком. Позже он вернулся в свою часть и продолжал воевать. В 1945 году Алексей Захаров прислал Ольге Михайловне письмо, в котором горячо благодарил за помощь. Это письмо Ольга Михайловна бережно хранила и увезла с собой на Украину, куда после войны переехала проживать к сыну.
Филат Андреевич Ларионов после войны три года работал председателем колхоза. В 1963 году ему было 84 года, но он продолжал трудиться. Александра Филатовна Поднебесная вернулась в Ленинград, занимается воспитанием внуков. Полина Семёновна Коваленкова и Фетинья Андреевна Рощенкова воспитали своих детей и несмотря на преклонный возраст продолжали трудиться.
08.02.1975 г.
г. Калинин /Геннадий Михайлович Зайцев/