— Послушай меня, дорогая, я тебе уже всё сказал, — уставшим голосом произнёс Павел. — И больше мне добавить нечего. Да потому что. Нечего! И сколько можно болтать об одном и том же? Мы час уже с тобой говорим на эту тему.
— Нет. А я сказал «нет», и всё, — продолжал Павел. — Я своего мнения не изменю. Мне не нужен ещё один ребёнок. В моём возрасте это уже не то, о чём мечтают мужчины. И что, что ты меня любишь? При чём здесь это?
Ой, вот только не надо меня пугать. Сейчас не те времена, когда можно заставить мужчину бросить семью ради молодой двадцатилетней студентки только потому, что она, видите ли, ждёт ребёнка.
Не знаю, что тебе делать. Ты уже взрослая. Делай что хочешь. Докажешь, что он мой, буду платить алименты. Но мужем твоим не стану. Нет. Уволь. Не собираюсь я на тебе жениться, вот ещё, этого только не хватало. У меня есть уже одна жена, с меня хватит.
Что? Расскажешь моей жене? Это сколько угодно. Не ты первая, не ты последняя. Неужели ты думаешь, за двадцать пять лет моей супружеской жизни ты будешь первая, которая придёт к ней?
Вот именно. Именно это я и хочу сказать. Не ты первая, не ты последняя. Да, Юля, да. Вот такой я человек.
Что? Не знала, что полюбила подлеца? А вот это странно. Говорю, странно, что ты этого не знала. Хочешь знать, почему? Отвечу.
Я — подлец, согласен. Но только подлецом я стал не сейчас, а когда начал обманывать с тобой свою жену. Ты поняла намёк? Да, Юля, всё это время ты встречалась с подлецом, и странно, что ты это поняла только сейчас. Да, Юля, именно это и удивительно.
Да потому и получается, что если тебя послушать, Юля, то получается, что когда мы начали с тобой встречаться, я ещё подлецом не был. В том-то и дело, что уже тогда я им был.
Скажу тебе даже больше. И задолго до этого я тоже был подлецом. Когда, ты спрашиваешь? А когда обманывал жену с другими.
И когда женился на жене своей, тоже подлецом был, потому что и она увела меня у другой женщины.
Такие вот дела, Юля. И моей жене прекрасно было известно, за кого она выходила замуж. Да, Юля, моя жена иллюзий насчёт меня не испытывала.
А ты что хотела? Думала, всю жизнь я буду с тобой нянчиться? Нет уж. Годик погуляли, и хватит. А к моей жене я тебе просто не советую ходить. Да потому что. Впрочем, как хочешь. Можешь приходить. Да когда угодно. Можешь даже сегодня.
Во сколько? А сколько сейчас? Шесть вечера? Ну, давай часика через два подходи. Жена к тому времени уже вернётся домой. Я её предупрежу.
Поговорите, всё обсудите. Давай, Юля. Ага. Ждём. Адрес знаешь? Очень хорошо. До встречи.
Павел выключил телефон и глубоко вздохнул.
«Как они мне все надоели, — подумал он. — А насчёт того, что она придёт сегодня ко мне, это вряд ли. Я их психологию хорошо изучил. Не придёт. Смелости не хватит.
Это в кинофильмах или в рассказах женщины смелые и идут разговаривать с жёнами своих любимых. А в реальности они их бояться. И делают всё возможное, чтобы избегать подобных сцен.
Не придёт. Это точно. Можно даже не волноваться и забыть».
***
Он ещё немного постоял на кухне, а затем вышел в прихожую. И тут он увидел в прихожей жену свою, Кристину. И ему стало не по себе.
«Как давно она пришла? — быстро соображал Павел. — Если только что, это ещё ничего. Но если она пришла час назад? И слышала всё?»
— Здравствуй, милая, — ласково произнёс Павел. — А ты давно здесь?
— Только что вошла, любимый, — нежно ответила Кристина.
— Только что? — удивлённо произнёс Павел.
— Только что. Вошла, а тут ты выходишь мне навстречу.
— Услышал, что ты пришла, и сразу вышел.
— Как ты? У тебя всё хорошо?
— У меня всё замечательно. Тебя вот ждал. Ты знаешь, Кристина, а я ведь сам только что пришёл.
— Только что?
— Да. Зашёл на кухню водички попить, слышу, ты пришла.
— Водички-то попил?
— Попил.
— Ты голоден?
— Не так чтобы очень.
— Тогда ужинаем как обычно? В восемь вечера?
— Как обычно, — ответил Павел и ушёл к себе в кабинет.
А Кристина немного постояла в прихожей, подумала и пошла готовить ужин.
А пока готовила, позвонила Артёму.
***
А в восемь часов, когда Павел и Кристина уже сидели на кухне за столом, в квартиру позвонили.
Павел вздрогнул.
«Неужели Юля? — подумал он. — Набралась смелости и пришла? Быть этого не может. Хотя... Почему нет. В жизни каких только чудес не бывает. Пойду сам открою, и если что, уведу её куда-нибудь и наобещаю с три короба. В общем, договорюсь».
В квартиру снова позвонили.
— Ты откроешь? — спросила Кристина. — Или мне пойти?
Павел очнулся от своих мыслей.
— Да-да, любимая, — взволнованно произнёс он. — Я открою. Это, наверное, ко мне кто-то.
Выходя из кухни, Павел был собой недоволен.
«Расселся, мыслитель, и думает, — рассуждал он про себя, — нет чтобы сразу идти дверь открывать, нет, он сидит и мечтает о чём-то. А если бы Кристина пошла? А там Юля? Что бы было? Соображать ведь должен!»
Прежде чем открыть, Павел посмотрел в глазок.
Увидел незнакомого мужчину.
«Слава богу, не Юля, — подумал Павел. — А то я чего-то так разволновался, так разволновался. Даже сам себя отругал. Мыслителем обозвал. Мечтателем.
А чего, собственно, разволновался? Ну даже если бы это и Юля пришла? Что с того? Я уверен, что моя Кристина, даже если бы и узнала про меня что-то, то, наверное, бы простила.
Женщины ведь они такие. Не прощают только, если мужчина любит другую. А если любви нет, тогда и ничего страшного».
Павел открыл дверь. Мужчина поздоровался.
— Здравствуйте, — ответил Павел.
— Я — Артём, — сказал мужчина.
— И?
— Видите ли, в чём дело. Я и ваша супруга, мы уже давно встречаемся. Ну как давно. Год. Поверьте, я бы никогда не посмел бы прийти, но вчера Кристина сказала, что ждёт ребёнка. А когда я спросил, чей это ребёнок, Кристина ответила, что он мой.
Я сказал Кристине, чтобы она бросила вас и выходила за меня. А она говорит, что меня не любит, а любит вас. Я говорю, приду и пожалуюсь мужу. Вам, то есть.
А Кристина ответила, что вы её простите, потому что мужчины злятся, только если женщина их не любит. А если женщина их любит, они готовы им всё простить. Ну, вы понимаете?
— Я ничего не понимаю, — взволнованно произнёс Павел.
— Вот и я тоже ничего не понимаю. И как нам быть? Повлияйте на неё.
— На кого?
— На жену свою. Она ребёнка ждёт. Моего. Я хочу быть его отцом не на словах, а на бумаге.
— На какой бумаге?
— Ну, чтобы всё задокументировано было. Свидетельство о рождении. Ну, вы понимаете.
— Я ничего не понимаю! — закричал Павел. — Кристина!
— Да, любимый! — крикнула Кристина из кухни.
— Сюда иди!
— Что случилось? — тревожно поинтересовалась Кристина, выходя в прихожую.
Увидев Артёма, она испуганно ахнула.
— Ты? — слабым голосом произнесла Кристина. — Зачем же ты? Ведь я же тебя умоляла не приходить. Думала, мы договорились.
— Я тебя предупреждал, любимая, что приду.
— Но зачем?
— А что мне оставалось? Это выше моих сил. Дальше Артём обратился к Павлу. — Поймите меня правильно. Как мужчина мужчину.
— Да не трогайте вы меня.
— Извините. Я нечаянно. Волнуюсь. Ваша жена мне сказала, что ждёт ребёнка. Я ей ответил, что это судьба. Потребовал, чтобы она вышла за меня замуж. А она сказала, что наши с ней встречи — это всё несерьёзно, и что она никогда не бросит ради меня своего мужа. Вас, то есть.
— Да не трогайте вы меня. Стойте там.
— Простите. Естественно, что я разозлился. Ну а как бы вы поступили на моём месте? Я ведь её люблю!
— Минуточку, — сказал Павел.
— Подожди, Паша, — взволнованно произнесла Кристина. — Я сама. Послушай, Артём, я же тебе уже всё сказала. Между нами нет ничего общего. Я намного старше тебя. Ты мне чуть ли не в сыновья годишься. Ну о чём ты говоришь?
А с мужем я уже двадцать пять лет. И я никогда не променяю его на такого, как ты. И я не ожидала, что ты решишься прийти. Уходи.
— Ну скажите хоть вы этой женщине, Павел? — чуть не плача, обратился Артём к Павлу.
— Что сказать? Не подходите!
— Что вы не простите ей измену и всё такое. Или я всё неправильно понимаю?.. Ах, вот что... Теперь только до меня дошло... Вы из тех мужей, которые способны закрыть глаза на всё, да?..
Вы ещё хуже, чем я думал. А ваши дети? Они уже взрослые, но они знают, что не вы их отец?.. Не отвечайте. Я уверен, что в этом доме одна сплошная ложь.
Эта женщина пользуется тем, что лишает мужчин способности здраво мыслить, а когда узнаёт, что ждёт ребёнка, бросает их... А вы с ней в сговоре...
Я понял. Своих детей иметь не можете и придумали способ, как забирать чужих. Ах, как это подло! И это не она, а вы, Павел! Да, вы. Это вы во всём виноваты. Вы испортили её. Вы сделали её такой.
— Я ничего не понимаю, что говорит этот человек, — закричал Павел. — Может мне кто-то объяснить.
— Я могу, — охотно отозвался Артём.
— Стойте там. Не приближайтесь. Кристина, это правда?
— Что именно ты имеешь в виду?
— То, что говорит этот человек. Это правда?
— Ну, как тебе сказать. В целом, можно сказать, что картина верная. Хотя он всё неправильно трактует. Он, как бы это объяснить. Чтобы понять, нужно рассказать всё подробно, а то действительно получается, что мы с тобой какие-то чудовища.
— Я понял тебя, Кристина. Давай без подробностей. Мне всё понятно. Скажи сейчас только одно. Ты ждёшь ребёнка?
Кристина только открыла было рот, чтобы ответить, но не успела.
— Лицемер! — закричал Артём. — Теперь вы делаете вид, как будто ничего не знали. Я уверен, что вы уже всё обсудили. А ведь ты меня предупреждала, Кристина, что мне не следует сюда приходить. Но я не верил.
Я не верил, что люди способны опускаться так низко. Не верил, что сегодня есть такие мужья, которые способны закрывать глаза на подобное поведение своих жён. И которые поощряют.
— Послушайте, Артём, всё не так, как вы думаете, — начал было оправдываться Павел, но Артём не хотел его слушать.
— Ах, бросьте! — воскликнул он. — Что ещё вы можете мне сказать? Довольно. Я больше не хочу, не желаю находиться в этом доме. И хотя в течение года мне здесь было очень хорошо, но теперь я могу этот дом только ненавидеть.
И тебя, Кристина, я ненавижу. А вы, Павел, вы — подлец! И вас я тоже ненавижу. И я очень жалею, что мы живём сейчас не во времена Пушкина и Лермонтова. А то бы я вас вызвал.
— Это я бы вас вызвал!
— Что?
— Не подходите ко мне!
— Да я и не подхожу.
— Вот и не подходите. Хотели уйти? Идите.
— Всего доброго, — сказал Артём.
— И вам того же.
— Прощай, Кристина.
— Да иди уж, — ответила Кристина.
И Артём ушёл.
***
А через час после этого ушёл и Павел.
Перед уходом он сказал Кристине, что всего от неё ожидал, но только не этого.
— Но почему не этого? — чуть не плача, говорила Кристина. — Ведь мы двадцать пять лет уже вместе. Я думала, что наша с тобой любовь выше всех этих несерьёзных отношений. Ведь его я не люблю.
— А мои дети?
— А что твои дети?
— Они, оказывается, не мои?
— Ну почему не твои? По закону — твои.
— А не по закону они чьи?
— Ну какое сейчас это имеет значение? Наши дети уже давно выросли. Дочка вышла замуж. Сын женился. Живут отдельно. Ты чего?
— Кто их отцы?
Кристина сделала виноватое лицо и пожала плечами.
— Да откуда же я помню-то, — сказала она. — Это ведь когда было-то?
— Развод!
— Нет. Только не это. Давай обсудим.
— Не обсуждается.
— Давай поговорим.
— Не о чем нам разговаривать.
— Но, любимый...
— Не смей меня так называть! Я тебе никакой не «любимый». Между нами всё кончено.
— Но нас не разведут. Ведь я жду ребёнка.
— Господи! За что мне это всё? Слушай меня внимательно, Кристина.
— Да-да.
— Внимательно.
— Я вся во внимании.
— Если дашь мне развод и не повесишь на меня этого ребёнка, как повесила остальных, я оставлю тебе эту квартиру. Поняла?
— За что ты так со мной?
— Ты поняла?
— Поняла. Не повешу.
— Обещаешь?
— Клянусь самым дорогим, что у меня есть.
— Чем это?
— Своими детьми.
— О-о, господи, за что мне это всё, несчастному, — воскликнул Павел, выбегая из квартиры и таща за собой большой чемодан.
***
Закрыв за ним дверь, Кристина позвонила своему старому институтскому товарищу Артёму и поблагодарила за помощь в разыгранном перед мужем спектакле.
Мысль именно таким образом разыграть мужа пришла Кристине в голову, когда она вернулась домой и услышала почти весь его разговор Павла с Юлей. Всё поняв, Кристина придумала, чем ответить мужу.
Через два месяца Павел и Кристина развелись. Квартира осталась Кристине. Дети Кристины и Павла так и не знают, почему развелись родители. Кристина ничего им не говорит, а Павел на их звонки не отвечает. ©Михаил Лекс