Галина Васильевна проснулась в пять утра, хотя будильник стоял на семь. Не спалось от волнения — сегодня наконец-то должна была получить субсидию на коммунальные услуги. Документы подавала три месяца назад, все требуемые справки собрала, ждала решения.
После завтрака она тщательно оделась — лучшее пальто, которое берегла для особых случаев, удобные туфли. В сумочку сложила все документы, паспорт, пенсионное удостоверение. Субсидия была ей крайне необходима — пенсия маленькая, а коммунальные платежи съедали больше половины.
У здания многофункционального центра уже собралась очередь. Галина Васильевна встала в хвост, достала номерок. На табло горело: «Ждут: 47 человек».
— Долго ждать придется, — вздохнула стоявшая рядом женщина примерно ее возраста.
— Ничего, потерпим, — ответила Галина Васильевна. — Дело нужное.
Очередь двигалась медленно. Люди заходили и выходили, кто-то довольный, кто-то расстроенный. Через два часа подошла очередь Галины Васильевны.
Она прошла к окошку номер пять, где сидела молодая женщина с недовольным лицом.
— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Галина Васильевна. — Я по поводу субсидии. Подавала документы три месяца назад.
Чиновница даже не подняла головы.
— Документы на стол, — буркнула она, продолжая что-то печатать на компьютере.
Галина Васильевна аккуратно выложила папку с документами. Женщина наконец оторвалась от экрана и скучающим взглядом посмотрела на бумаги.
— Фамилия?
— Соколова Галина Васильевна.
Чиновница что-то печатала, хмурилась, снова печатала.
— Нет вас в базе.
— Как нет? Я же подавала документы! Вот расписка!
Галина Васильевна протянула бумажку с печатью. Женщина лениво на неё взглянула.
— Расписка есть, а в базе нет. Значит, документы потерялись.
— Потерялись? Как потерялись?
— Всякое бывает. Подавайте заново.
— Но я же ждала три месяца! Мне сказали, что решение будет готово!
— Кто сказал?
— Ваши сотрудники говорили!
— Не помню. Если в базе нет, значит, нет.
Галина Васильевна почувствовала, как поднимается давление.
— Скажите, а можно как-то найти мои документы?
— Некому искать. Подавайте заново, если нужно.
— А сколько ждать?
— Обычный срок — три месяца.
— Три месяца? Но я уже три месяца ждала!
— Это ваши проблемы. Документы потерялись — не наша вина.
— А чья вина?
Чиновница наконец подняла на неё взгляд. В глазах читалось раздражение.
— Слушайте, бабуся, я не виновата, что вы документы в неправильное окно подавали.
— В неправильное окно? Но мне сказали именно сюда!
— Кто сказал?
— Ваши сотрудники на входе!
— На входе консультанты сидят, а не специалисты. Они могли ошибиться.
— Значит, мне нужно было в другое окно?
— В другое. Субсидии сейчас только в окнах с первого по третий оформляют.
— А почему мне тогда не сказали?
— Должны были сами узнать. Тут же объявления висят.
Галина Васильевна оглянулась. Действительно, на стене висел листок с мелким шрифтом. Без очков она его прочитать не могла.
— Можно я сейчас подам документы в правильное окно?
— Сейчас нельзя. Прием документов до двенадцати.
— Но сейчас же только половина двенадцатого!
— У нас обеденный перерыв с половины двенадцатого до часу.
— А после обеда можно?
— После обеда только выдача готовых документов. Прием новых — только по вторникам и четвергам.
— Сегодня же четверг!
— Сегодня четверг, но время приема уже закончилось.
Галина Васильевна почувствовала, что готова заплакать.
— Значит, мне нужно приходить снова?
— Приходите во вторник. С утра. И в правильную очередь вставайте.
— А как узнать, где правильная очередь?
— Спрашивайте у консультантов.
— Но вы же сказали, что они могут ошибиться!
— Могут. Это ваши риски.
— Мои риски? А что мне делать, если они снова ошибутся?
— Не знаю. Не моя проблема.
Галина Васильевна собрала документы дрожащими руками.
— Скажите, а есть начальник, с которым можно поговорить?
— Начальник по жалобам принимает только по средам.
— А сегодня четверг...
— Вот именно. Приходите в среду.
— А если я приду в среду к начальнику, то во вторник подавать документы не смогу?
— Это ваш выбор.
— Но это неправильно! Я уже три месяца жду!
Чиновница посмотрела на неё с откровенным раздражением.
— Слушайте, не надо тут истерики устраивать. Ты не в той очереди стояла — теперь плати сама.
— Что значит — плати сама?
— Значит, что субсидии не будет. Сами виноваты, что неправильно документы подали.
— Но я подавала туда, куда мне сказали!
— Сказали неправильно. Ваши проблемы.
— Как мои проблемы? Это ваши сотрудники ошиблись!
— Доказать можете?
— Как доказать?
— Никак. Значит, претензий нет.
Галина Васильевна почувствовала, что силы оставляют её.
— Понятно. Значит, мне нужно приходить во вторник и заново подавать документы?
— Если хотите субсидию — да.
— А гарантии, что их не потеряют?
— Никаких гарантий. Может, потеряют, может, нет.
— А если потеряют?
— Подавайте снова.
— Это же издевательство какое-то!
— Это порядок. Не нравится — не пользуйтесь нашими услугами.
— Как не пользуйтесь? Мне субсидия нужна!
— Нужна — выполняйте требования.
— Я же выполняла! Документы все подала!
— Не в том месте подали.
— Но мне же сказали!
— Кто сказал — с того и спрашивайте.
Галина Васильевна поняла, что разговор зашел в тупик.
— Хорошо. Значит, во вторник утром мне нужно прийти и встать в очередь к окнам с первого по третий?
— Если очередь будет. Может, и не быть.
— Как это?
— Талончики быстро разбирают. Можете не успеть.
— А во сколько начинается выдача талончиков?
— В восемь утра.
— А во сколько открывается центр?
— В девять.
— Получается, в восемь утра талончики выдают, а центр еще закрыт?
— Талончики выдает охранник через окошко.
— А если я приду в восемь, гарантированно получу талончик?
— Никаких гарантий. Может, вы не первая придете.
— А во сколько нужно прийти, чтобы точно получить?
— Откуда я знаю? Приходите пораньше.
— Насколько пораньше?
— На сколько считаете нужным.
Галина Васильевна собрала последние силы.
— Скажите, а есть какая-то инструкция, где написано, как правильно подавать документы?
— Есть.
— Где её можно получить?
— На сайте.
— А если у меня нет интернета?
— Это ваши проблемы.
— А здесь, в центре, её можно получить?
— Здесь распечатывать не положено.
— Почему?
— Экономия бумаги.
— А можно хотя бы посмотреть?
— У нас нет времени показывать инструкции каждому.
— А где тогда узнать правила?
— На сайте же говорю!
Женщина за спиной Галины Васильевны начала нетерпеливо вздыхать.
— Следующий! — крикнула чиновница.
— Подождите, у меня еще вопросы!
— Ваше время закончилось. Следующий!
— Но я не получила ответы!
— Получили. Приходите во вторник, подавайте документы правильно.
— А если снова что-то будет не так?
— Тогда снова приходите.
Галина Васильевна отошла от окошка с тяжелым сердцем. За два часа ожидания и пятнадцать минут разговора она не добилась ничего. Более того, оказалось, что три месяца ожидания прошли впустую.
На улице она присела на скамейку. Ноги подкашивались, голова кружилась. Как же несправедливо всё устроено! Сотрудники центра сами неправильно направили её, сами потеряли документы, а виноватой оказалась она.
Рядом села женщина, которая стояла с ней в очереди.
— Что, тоже ничего не добились? — спросила она участливо.
— Ничего. Оказывается, я три месяца назад не в то окно документы подала.
— А, это классика! Мне тоже так говорили. Я уже полгода хожу, все никак субсидию не получу.
— Полгода? А что не так?
— Да то одного документа не хватает, то другого. То не в той очереди стою, то не в то время прихожу.
— И что делаете?
— Хожу, что еще остается. Деньги нужны.
— А получается когда-нибудь?
— У кого-то получается. Но не у всех. Многие сдаются, уходят.
— А вы не сдаетесь?
— Пока нет. Но силы уже на исходе.
Галина Васильевна поняла, что не одна сталкивается с такими проблемами.
— А может, есть какие-то способы ускорить процесс?
— Говорят, если знакомых в центре есть, то быстрее. А у простых людей таких знакомых нет.
— Значит, остается только терпеть?
— Остается.
Женщина вздохнула и пошла дальше. Галина Васильевна еще посидела на скамейке, собираясь с мыслями.
Дома она рассказала дочери о своих злоключениях.
— Мам, это же произвол какой-то! — возмутилась Лена. — Может, написать жалобу?
— Куда писать? На кого?
— Не знаю... В прокуратуру, в администрацию.
— Лена, пока я буду писать жалобы, зима пройдет. А отопление платить надо каждый месяц.
— Мам, может, я с тобой пойду? Помогу разобраться?
— Ты же работаешь. Нельзя тебе отпрашиваться из-за моих проблем.
— Мам, но это неправильно! Почему пенсионеры должны терпеть такое отношение?
— Не знаю, доченька. Видимо, такая система.
— Какая система? Система издевательств?
— Не знаю, как это называется. Знаю только, что нужно приходить во вторник и снова пытаться.
Вечером Галина Васильевна долго не могла заснуть. В голове крутились слова чиновницы: «Ты не в той очереди стояла — теперь плати сама». Как можно так говорить с пожилым человеком? Разве она виновата в том, что её неправильно направили?
Утром в воскресенье она решила сходить к соседке Вере Ивановне. Та недавно получила субсидию, может, даст совет.
— Верочка, расскажи, как ты субсидию оформляла?
— Ой, Галя, это же такая морока была! Четыре раза ходила, пока добилась.
— Четыре раза? И что каждый раз не так было?
— То документ не тот, то копия не заверенная, то в очереди не той стояла.
— Значит, не только у меня такие проблемы?
— У всех такие! Специально, наверное, так делают, чтобы люди отказывались.
— А ты как добилась?
— Повезло. Попала к нормальной сотруднице. Она мне все объяснила, помогла.
— А как найти нормальную сотрудницу?
— Никак. Кому повезет.
— Значит, остается только ходить и надеяться?
— Остается. Но не сдавайся, Галя. Деньги нужны.
Во вторник Галина Васильевна встала в половине шестого утра. Решила прийти пораньше, чтобы точно получить талончик.
У центра уже стояло человек двадцать. Оказывается, многие пенсионеры приходили ни свет ни заря, чтобы успеть попасть на прием.
В восемь утра охранник начал выдавать талончики. Галина Васильевна получила номер 15 — не первая, но и не последняя.
Ждать до девяти было холодно. Люди жались друг к другу, делились термосами с чаем.
Наконец центр открылся. Галина Васильевна прошла к нужным окнам — с первого по третий. Там была отдельная очередь, свои талончики.
Опять ждать. Часа два минимум.
Когда подошла очередь, за окошком сидела другая женщина — постарше, с более спокойным лицом.
— Здравствуйте, — осторожно поздоровалась Галина Васильевна. — Я по субсидии.
— Здравствуйте. Документы на стол.
Галина Васильевна выложила все бумаги. Женщина внимательно их просмотрела.
— Справка о доходах старая. Нужна свежая, не старше месяца.
— Но мне никто не говорил! Я брала справку три месяца назад!
— Требования изменились. Теперь нужна свежая.
— А где её получить?
— В пенсионном фонде.
— А сколько это займет времени?
— Дня три-четыре.
— Значит, мне снова приходить?
— Приходите со свежей справкой.
Галина Васильевна поняла, что и сегодня ничего не получится.
— Скажите, а больше никаких документов не нужно?
— Пока не знаю. Когда справку принесете, посмотрим.
— А может, сразу скажете, что еще может понадобиться?
— Не могу сказать заранее. Каждый случай индивидуально рассматривается.
— Но я уже столько раз хожу...
— Понимаю. Но требования есть требования.
Женщина говорила спокойно, без злости, но результат был тот же — снова ехать, снова ждать.
Галина Васильевна взяла документы и пошла домой. По дороге думала: а может, действительно сдаться? Сколько можно мучиться?
Но потом посмотрела на счет за коммунальные услуги и поняла — сдаться нельзя. Субсидия нужна. Значит, нужно терпеть и добиваться.
Такова жизнь простого человека в нашей стране. Чтобы получить положенное по закону, приходится пройти через множество унижений и препятствий. И никто не может гарантировать, что в итоге получится добиться своего.