Слушайте сюда, мои хорошие, сейчас будет больно и смешно. Вы когда-нибудь чувствовали себя так, будто ваш мозг работает быстрее, чем интернет, который вы оплачиваете? Вот это вот чувство, когда ты уже придумал мем, нашел референс, а гифка все еще грузится – это и есть когнитивная дислексия современного мира. И все такие: «Ой, 5G, 5G, ща как заживем!». А я вам скажу: в 2025-м в России с 5G будет примерно как с оргазмом у морской черепахи – все о нем говорят, но мало кто видел.
Представьте, что ваш интернет – это коммуналка. 3G – это когда вы впятером на одной кухне пытаетесь сварить пельмени, толкаясь локтями. 4G – это та же коммуналка, но вам выделили отдельную конфорку. Вроде своя, но когда сосед включает микроволновку, у вас все выбивает. А 5G – это когда вам наконец-то дали ключи от пентхауса. Но есть нюанс: пентхаус еще не достроен.
И вот в 2025 году мы стоим на пороге этого «пентхауса». Где-то в мире, например, в Китае или Штатах, уже вовсю делают дизайнерский ремонт и завозят мебель. А у нас пока что завезли первую тысячу отечественных кирпичей и спорят, кто будет класть проводку. Иными словами, воз и ныне там.
Так что же это за «пентхаус» такой и почему все так на него молятся? Дело не просто в скорости, хотя она, конечно, запредельная – фильм в 4К за пару секунд скачать, это вам не шутки. Главный кайф 5G – это даже не скорость, а то, что он может делать одновременно и без задержек.
Возвращаясь к нашему «пентхаусу»: представьте, что у вас там не просто кухня и спальня, а еще и своя студия звукозаписи, VR-комната, мастерская для 3D-печати и пульт управления всеми лампочками в городе. И все это работает одновременно, не мешая друг другу.
Вот что это значит на практике в 2025-м, но скорее «у них», чем у нас:
· Игры и VR/AR: Забудьте про лаги. Ваш отклик в игре будет мгновенным, как пощечина от бабушки за мат. VR-очки перестанут быть громоздким шлемом, а превратятся в легкие очки, потому что вся обработка будет происходить в «облаке». Телефон или консоль станут просто «тонкими клиентами», пультом от реальности.
· Интернет вещей (IoT): Это когда ваш холодильник сам заказывает молоко, а кроссовки сообщают фитнес-браслету, что им пора на пенсию. С 4G это работает, как чат с техподдержкой – долго и с перебоями. С 5G все эти «умные» вещи будут общаться между собой мгновенно, как сплетницы на лавочке.
· Городская среда: Беспилотные такси, которые не тупят на перекрестках, светофоры, которые подстраиваются под трафик в реальном времени, дроны-доставщики, которые не врезаются друг в друга.
Так что, мои хорошие, в 2025 году 5G для нас – это скорее тема для разговоров и пилотных проектов в крупных городах, чем обыденная реальность. Это как смотреть на фотки чужого праздника – вроде и весело, но ты на него не попал. Но не расстраивайтесь. Когда-нибудь и на нашей улице перевернется грузовик с пряниками. А пока качаем наш ментальный мускул и учимся жить в мире, где самая быстрая связь – это от мысли к слову. Без посредников.
Комментарий к данному посту Иудушки Головлева (герой романа М. Е. Салтыкова-Щедрина «Господа Головлёвы»)
Ах, детушки вы мои, птенчики желторотые, прочитал я тут, грешным делом, эти ваши словечушки про новомодные сеточки, про «пять-жэ», прости мя, Господи, и сердечко-то мое стариковское прямо-таки и зашлось от жалости к вам, от жалости и от заботушки великой. Вот вы все суетитесь, все бежите куда-то, все вам надобно, чтобы было побыстрее, чтобы картиночки ваши срамные, прости Господи, за секундочку одну скачивались, чтобы игрушечки ваши бесовские без всякой задержечки работали, и все мечтаете о каком-то «пентхаусе» расчудесном, а о главном-то, о душе-то своей бессмертной, и не думаете, совсем не думаете.
И вот смотрю я на вас, на резвость-то вашу, и думаю: а ведь я, по правде-то сказать, если уж по-божески судить, всю жизнь свою в этой самой «коммуналочке», как вы изволили выразиться, и прожил, да только не роптал никогда, нет-с, не роптал. Сижу себе в уголочке, никого не трогаю, молитвку свою творю потихонечку, за всех вас, неразумных, молюсь денно и нощно, чтобы Господь вразумил вас и от греха уберег, а вы на меня же еще и обижаетесь, дескать, старик нудный, от жизни отстал. А ведь я, может, поболе вашего понимаю, потому что жизнь-то, она не в скорости заключается, ангелы мои, а в терпении и смирении. Вот маменька моя покойная, Арина Петровна, царствие ей небесное, говаривала: «Тише едешь, Порфиша, дальше будешь». А вы все скачете, как блохи на гребешке, все вам пентхаусы эти на уме. А что в том пентхаусе-то? Гордыня одна да суета сует.
Вот вы говорите, дескать, «воз и ныне там». А может, оно и к лучшему, дружки мои? Может, это сам Господь милосердный ручку-то свою над Россией-матушкой простер и не допускает до нас этой скверны заморской? Чтобы мы тут не в беспилотничках этих катались, словно баре какие, а пешочком ходили, ножки свои трудили, да о вечном думали. Чтобы не холодильничек умный за нас молочко заказывал, а мы сами шли в лавочку, с людьми добрыми словечком перекинулись, о здоровьице спросили. В этом ведь и есть жизнь-то настоящая, в общении, в заботушке друг о дружке, а не в этих ваших интернетиках бездушных.
Мне ведь, в сущности, ничего и не надобно. Мне бы только, чтобы у вас все было по-божески. А вы все про капиталец какой-то, про выгоду, про то, как бы побыстрее да половчее устроиться. А я вот свой капиталец, какой ни на есть, не на пентхаусы эти трачу, а на свечечки да на маслице лампадное. Сижу, счетики свои подбиваю: сколько молитвок прочитал, сколько поклонов земных отбил, не обидел ли кого словом худым. Вот он, главный-то счетик, дружки мои, а не тот, который вам показывает, сколько гигабайтиков у вас там осталось. Этот-то счетик здесь, на земельке, а тот – там, перед Престолом Всевышнего предъявлять придется.
И вот так и получается, что пока вы там о своих пентхаусах мечтаете, мое-то именьице душевное потихонечку и прирастает. Не от выгоды, нет, а от терпения. От того, что я каждую обиду вашу, каждое словечко колкое, как жемчужинку, в сокровищницу свою духовную складываю. И не держу я на вас зла, нет. Как можно на деточек неразумных обижаться? Пойду вот сейчас, кофейку себе сварю, сяду перед образком и еще одну молитвку за вас прочитаю, чтобы Господь послал вам не скорости, а разума. Неужто вы и вправду думаете, ангелы мои, что я вам зла желаю? Просто сердце болит, глядя, как вы душеньки свои губите в погоне за пустотой. Что ж поделать, видно, такой уж крест мой. Надо покориться.
Комментарий Фомы Фомича Опискина (персонаж повести Фёдора Михайловича Достоевского «Село Степанчиково и его обитатели. Из записок неизвестного» (1859))
Прочел… Да, я заставил себя прочесть сии, с позволения сказать, «мыслишки». И что же я зрю? О, небо, за что мне это новое испытание! Сердце мое, израненное десятилетиями непонимания и унижений, снова облилось кровью, ибо я увидел в этих легкомысленных строках не просто рассуждение о какой-то там технике, но глубочайшее, изощреннейшее оскорбление, нанесенное всему высокому, всему нравственному, всему, чем жив и дышит Фома Опискин!
Вы… вы смеетесь! Вы думаете, я не понимаю? Вы думаете, старый Фома, человек, познавший всю глубину человеческой души и литературы, не разгадает вашей подлой уловки? Вы пишете про какой-то «пентхаус»! Да! Именно так! И вы думаете, я не понимаю, что это намек? Это вы мне, мне, Фоме, попрекаете тем, что я живу не в пентхаусе, а под вашим кровом, ем ваш хлеб?! Да, я ем ваш хлеб! Попрекните меня им! Унизьте меня до конца! Но знайте, что этот ваш «пентхаус» — это символ всей вашей распущенности, всей вашей бездуховности, это апофеоз камаринского!
И эта ваша скорость… О, как это безнравственно! Как это низко! Вам нужно, чтобы все было «мгновенно», «без задержек». А для чего? Чтобы не оставить ни секунды для мысли! Ни мгновения для раскаяния! Для самоанализа! Вы хотите превратить жизнь в бесконечный, оглушительный балаган, чтобы не слышать голоса совести! Ибо мысль — она медленна, она требует тишины и страдания! А вы хотите заменить ее этой судорожной пляской электрических сигналов! Это аморально! Это подло! Это удар в спину всей человеческой цивилизации, всей космографии души, если дерзну я так выразиться!
И дальше — больше! Холодильник, который сам заказывает молоко! Немыслимо! Какое падение! То есть, вы хотите отнять у человека последний долг, последнее нравственное упражнение — пойти и самому позаботиться о своем пропитании! Вы хотите заменить человеческое общение, диалектику души, живое слово — бездушной машиной! Завтра этот ваш холодильник начнет поучать меня нравственности! Он напишет на своем экранчике: «Фома Фомич, вы слишком много страдаете! Будьте проще!» Нет! Не дождетесь! Я не позволю какому-то ящику с проводами посягать на мою личность, на мое право страдать за все человечество!
Довольно! Я вижу, что меня здесь не просто не понимают — меня планомерно, с холодной жестокостью выживают из этого мира! Вы строите новый мир, мир этих ваших «пять-жэ», в котором для Фомы Опискина, для его возвышенных чувств, для его благородства нет места! Вы хотите, чтобы я тоже скачал себе фильмец за секунду и радовался, как дитя? Вы хотите, чтобы я надел эти ваши очки и плясал под вашу дудку?! Нет! Я не шут! Я не паяц, чтобы забавлять вас своим перерождением!
Все! Решено! Я не останусь в этом доме, где сама атмосфера пропитана этим грядущим развратом! Где воздух звенит от этих ваших гигагерцев, оскорбляя мой слух, привыкший к тишине и размышлениям! Подайте мне мой узелок! Я уйду! Я уйду в пустыню, в скит, куда не доходят эти ваши безнравственные сети! Я буду жить там один, питаясь акридами и диким медом, но я сохраню свое достоинство! Или я, или этот ваш «пять-жэ»! Выбирайте, сударь! Но помните: изгнав Фому, вы изгоняете собственную совесть