Для меня любая экстремальная нагрузка была - каратэ. Пробежать 40 км, отжиматься, подтягиваться до предела - всё это было как испытание тела, и тренировка воли. Каждая маленькая победа вела к неведомой мне цели.
К какой цели я шёл? Неведомо было мне. Тренировался постоянно, поскольку чувствовал, что так надо. Постоянно устраивал себе испытания на прочность.
Поэтому когда мой приятель из нашей группы предложил мне поехать с ним на охоту, я не думая согласился.
Эдик был москвичом, и постоянно коротал время между парами в моей комнате в общаге. На втором курсе Бауманки моя комната была как проходной двор. Мало того, что нас пятеро жило в четырёхместной комнате, так ещё и москвичи у нас днём тусили.
Я с Эдиком просто общался, он не был моим другом. Учился он хорошо, Но своеобразно. Лекции конспектировал на отдельных бумажках, которые скомканные хранились в его карманах. Как он разбирался со всем этим, никому не было понятно.
Но именно со мной он часто делился своим сокровенным. То собаку завёл, что бы выгуливая её, подружиться с какой нибудь девушкой, гуляющей с собакой. Типа собаки подружились, ну и хозяева следом. То он охотой заболел, и рассказывал что приобрел хорошее ружьё, и кучу патронов к нему.
Середина апреля 87-го года. В Москве давно сошёл снег, и казалось что снег остался в прошлом. Впереди выходные. Внезапное предложение поехать на охоту.
Почему он мне предложил? Потому что "дурных нэ мае". Уехать на автобусе в далёкое Подмосковье, и плыть на надувной лодке из пункта А в пункт В три дня, так себе идея. Ну и желательно по дороге пристрелить хотя бы утку.
Голому собраться, лишь штаны подтянуть. Это про меня. Поехал в приключение в спортивных штанах, в футболке, и ветровке. Эдик собрался основательно, и его багаж мы еле вдвоём тащили.
Даже не помню куда мы ехали на автобусе четыре часа. По дороге Эдик мне показывал на карте наш маршрут, который мы должны проплыть за три дня, тогда сможем из конечной точки уехать автобусом домой.
Хороший план - это отсутствие плана, а тщательно разработанный план обречён провалиться.
Вышли из автобуса, падал прошлогодний снег. Я от холода работал насосом, надувающим лодку, чтобы согреться. На узкую полоску реки было даже страшно смотреть, поскольку от неё тянуло ледяным холодом.
Быстрое течение реки понесло нас на лодке вдоль берега деревни. Только собака провожала нас в неизвестность своим лаем, и долго бежала по берегу, отражая высокую скорость течения, несущего лодку.
На этом план путешествия и закончился, поскольку дальше всё пошло не так.
Весенний паводок на карте не был нарисован. Узкая и быстрая река быстро превратилось в море, без дна и берегов. Волны, сильный встречный ветер. Вёслами работал я, поскольку легко был одет, и всё пытался согреться. Пальцы на руках отмерзли, и я на руки надел носки, которые быстро стали мокрыми и холодными от падающего снега.
Эдик показывает вдаль, типа там лес где мы переночуем, и будем охотиться. Я гребу изо всех сил, и кажется что лодка стоит на месте. Наконец проплыли мы какие-то домики рыбаков и охотников, и желанный лес стал медленно приближаться. Очень медленно. Ещё часа два работал вёслами пока мы не ступили на берег.
Вечер. Эдик решил испытать ружье. Нашёл консервную банку, и закрепил её на дереве. Стрельнули по очереди несколько раз. Мои выстрелы были точнее. Всё детство стрелял из самодельного оружия.
Нашли место для ночёвки. Стали расправлять палатку. Я тороплю Эдика. Кричу на него, подгоняю. А он застыл, и стеклянными глазами смотрит сквозь меня. Я подумал что ему плохо. Но вдруг спинным мозгом почувствовал опасность сзади.
Повернул голову, а там три здоровых мужика, и три ствола направленные на нас.
Я даже не испугался, поскольку такого в жизни просто не могло быть. Такое бывает только в кино.
Мужики забрали ружьё и патроны, и сказали нам, что мы находимся на территории заповедника. Дали нам пять минут чтобы мы оттуда свалили.
Вот блин! Так хотелось жрать, и погреться у костра, а теперь плыть по холоду непонятно куда ещё несколько часов. Переночевать мы могли только в домиках охотников, которые мы проплывали. Обидно, столько грести к цели, а теперь обратно. Да и дорогое ружьё отобрали гады.
Пока я работал вёслами, Эдик строил планы как попасть в ближайший населённый пункт в отделение милиции, и подать заявление, что бы ему ружьё вернули. На карте населенные пункты были очень далеко.
Шум мотора. Вдали моторная лодка, и она явно движется к нам. Когда мы поняли, что эти три мужика несутся за нами, стало как-то не по себе. Фиг знает что у них на уме.
Подплыли. Бросили нам в лодку ружьё и патронтаж, и сказали больше им на глаза не попадаться.
Почему вернули оружие мы узнали у мужика, который дал нам переночевать в одном из домиков. Оказалось что на территории заповедника охотятся очень важные шишки, и те трое ребят возят их на охоту. Морочиться со сдачей оружия в милицию никто не хочет. Да и отделение милиции очень далеко. А просто присвоить себе тоже никак. Ибо это дело подсудное.
Спали мы как убитые. А утром я варил на электрической печке овсянку, и сжёг в ней спираль. Вода выплеснулась, и раскалённая спираль раскололась на кусочки. Стыдно было, что вместо спасибо за ночлег, испортил очень ценную для выживания вещь. Остановится ещё кто на ночлег, а готовить еду не на чем.
Рано утром мы ушли молча, по английски. Точнее - отплыли. Теперь опять надо было плыть в сторону заповедника, ну и дальше, хоть к какому-то населённому пункту, откуда можно уехать домой.
Разлив реки это ещё то зрелище.
Плывём по середине, и оба берега в сотнях метрах от нас. Ближе к берегу плыть опасно, поскольку мелко, и пробить лодку можно с очень большой вероятностью. Не утонем конечно, но от ледяной воды здоровыми нам домой не вернуться.
Днём причалили к берегу, и наконец развели костер. Снег с неба уже не падал. Во всех походах в моей жизни еду готовил всегда я. А Эдик в это время всё высматривал хоть какую-то жертву.
Вскоре река вошла в русла берегов. Плыли по течению, и наконец появилось ощущение движения в пространстве. Ни одной деревни на пути, Но много разрушенных храмов. Видим вдали церковь на излучине реки, словно светофор на перекрестке, подплываем, и видим древний разрушенный храм. Затем опять вдали церковь, снова артефакт прошлого, и поворот реки.
Всю дорогу Эдик дёргался к ружью, видя очередную утку. Но я так и не дал ему никого пристрелить. Резко поворачивал лодку, когда он собирался выстрелить. И делал вид, что это случайно. Я против убийства живых тварей. Жалко мне всех зверушек.
Спросите, зачем тогда на охоту поехал? Точнее поплыл в поисках приключений, и трудностей, с которыми нужно справиться. Ну и чтобы мой товарищ зверушку какую не обидел, грех на душу не взял. Я ему был ангелом хранителем. Вот и церкви, как знаки на пути.
Вечером увидели на берегу большой деревянный дом. Точнее огромный сарай, в котором сено хранилось. На сеновале мы и проспали до утра.
Дальше была сюрреалистическая картина. Всё чаще стали попадаться плывущие айсберги. Да, реально, метровые кубики льда. Словно в пояс метеоритов вошли, которые нужно было постоянно обплывать. Куски льда на пути становились всё больше, а расстояние между ними всё меньше.
Знаком "кирпич" или "тупик" было замёрзшее русло реки, в которое мы упёрлись. Топали несколько километров по берегу, и тянули лодку по льду. Лёд тонкий был уже, по нему никак. Ну и лодку легче тянуть по льду, чем на себе тащить.
Добрались наконец до какой-то деревни, откуда шёл автобус до железнодорожной станции. На автобус остался только один билет. Эдик с грузом сел в автобус, и договорился с водилой, что после проверки кондуктором билетов, тот подберёт меня по дороге. Ну я и убежал вдаляк, где меня затем подобрали.
На железнодорожной станции мы обнаружили, что денег у нас только на один билет хватает. Мы не планировали такой длинный маршрут обратно. Эдик пытался патроны продать охотнику, Но у того калибр был другой.
И тогда Ждик достал свой новый фонарик, и подошёл к какому-то парню. Это надо было видеть лицо моего товарища, словно он держал в руках нож, и собирался парня убить.
- Фонарик новый, тебе повезло, что я тебе его так дёшево отдаю. Забирай фонарь, и давай деньги. - Сказал Эдик таким голосом, что можно было и не отдавать фонарик, а просто деньги забрать.
Незабываемое путешествие получилось. Вернулись живые, и ни одна тварь не пострадала от нашей охоты.
Глава 6