В самом обыкновенном торговом центре, но в самом уютном уголке среди канцелярских товаров на полочке, по соседству с кисточками, в своих картонных домиках жили цветные карандаши. У кого шесть жителей в домике, у кого – двенадцать, у кого и более. Днем они сидели тихо по домам и ждали, кто же на этот раз покинет их круг. Все они одинаково боялись маленьких человечков, которые кричали: «Ма-а-а-а-а-ма-а-а-а-а, хочу цветные карандаши». Это были самые страшные существа, которые могли за день уничтожить домик и всех жителей или раскидать жильцов по разным уголкам в чужой, непривычной среде. Идеальным для них было бородатое, с задумчивым, и в то же время с грустным взглядом существо, с грязными от краски руками. Все жители художественного салона мечтали попасть именно к нему. Запах его усталости они чувствовали за версту. По вечерам, когда становилось тихо и темно, двери салона закрывались, и все его обитатели начинали обсуждать прошедший день, после чего засыпали до утра, пока их не разбудит первый покупатель.
Картонный домик с изображением зеленого слоника с шестью жителями был изрядно потрепан, так как он тут стоял дольше всех. Бывало, что его брали, доносили до кассы, но, увидев «лохматый» край, относили обратно и меняли на более новый домик. Но они все же надеялись, что наступит тот день, когда их заберут и они приступят к работе.
Ожидания жителей домика с зеленым слоником оправдались. Ранним утром среди полочек с красками, карандашами и фломастерами бродил старый, грязный, сутулый, с седой бородкой дедуля. Он не покидал салон в течение двух часов, то и дело брал и клал на место то одни карандаши, то другие, разглядывал краски, пастель, периодически пересчитывая мелочь в ладони. Вздохнув, он протянул руку именно к тому изрядно подтрёпанному домику, не обращая внимания на внешний вид, понес их к кассе. Жизнь его многому научила, и он понимал, что внешний вид ничего не значит, и порой именно за неприметной оболочкой может скрываться самое важное.
Отдав на кассе всю имеющуюся мелочь, старик поспешил домой, так как ему предстояло выполнить важный заказ. Карандаши были счастливы, что их взяли для работы, и с нетерпением ждали того момента, когда их достанут из домика. Это был самый важный момент в карандашной жизни, а пока они тряслись в сетчатой сумке по соседству с булкой хлеба.
– Ну, вот мы и пришли, поем и приступлю к работе, – говорил в пустоту дед, открывая скрипучую дверь. Пройдя в дом, хозяин аккуратно достал карандаши, положил их на край своего единственного столика, который служил и рабочим местом и обеденным столом. Карандашные сердечки взволнованно бились, даже был слышен их стук по коробочке.
И вот, наконец, настал тот самый момент, когда их достали из домика и поместили в старинную хрустальную вазочку. Впервые за всю свою жизнь они свободно вздохнули полной грудью, наслаждаясь пространством вокруг себя. Только сейчас они могут свободно смотреть по сторонам и, главное, видеть своего нового друга. Желтый видел перед собой седую косматую бороду, густые седые брови, волосы, зачесанные назад, очень усталый и в то же время задумчивый взгляд человека, который что-то чертил простым карандашом на большом листе бумаги. Больше всего на свете все карандаши боялись точилки. Эта дама с каждым своим появлением нещадно укорачивала их жизнь. К счастью, её не было видно.
Старик всё продолжал рисовать, ни на секунду не отрываясь от дела. Послышался шум за дверью. Кто-то тщетно пытался открыть дверь, после чего решили постучать. Старик последовал к двери. На пороге стояла высокая, очень красивая женщина:
–Здравствуйте, Роберто. Ну как? Вы согласны выполнить мой заказ, я вам давала сутки на раздумье. Подумали?
– Да, конечно, я, безусловно, согласен. Даже уже приступил к работе. Проходите в дом.
Женщина улыбнулась, заглядывая через плечо художника:
– Нет, я не буду заходить в эту берлогу. Через три дня заеду за работой, и если мне понравится, заберу ее и заплачу вам ту сумму, о которой мы вчера договорились.
Часы пробили полночь, но художник в команде с карандашами продолжал работать. Сон овладевал художником все сильнее и сильнее, глаза закрывались, но работа продолжалась. Несмотря на то, что точилка унесла большую часть жизни карандашей, они были очень довольны работой. Красный подружился с точилкой, они не переставали болтать, временами красного было не узнать, от смущения он становился бордовым. Их союз был весьма сложным. Как бы ни хотелось точилке, но ей приходилось укорачивать жизнь красному.
В какое-то время в комнате стало очень тихо. Все обитатели боялись пошевелиться, старик уснул прямо за рабочим столом, положив голову на руку.
Солнечные лучи пробивались сквозь старый, потрепанный годами тюль и освещали седую бородку художника, перебираясь на его щеки и косматые волосы. Эту картину наблюдали карандаши и кот Рэм. Когда лучи начали играть с седыми ресницами старика, он проснулся, посмотрел по сторонам со словами:
– Новое утро. Я еще живой, спасибо Богу. Даже не заметил, как уснул. Привет, Рэм. Сейчас позавтракаем – и за работу.
Завтраком он называл хлеб с молоком. Который у них был и на завтрак, и на обед, и на ужин. Себе и коту он всё делил поровну.
Работа продолжилась. Красный полностью растворился в точилке. И вот настал долгожданный для художника день, когда заказчица должна была прийти, забрать заказ и заплатить обещанную сумму. Старик трудился почти без сна и без еды. Роберто был очень доволен своей работой. В назначенный день он надел свой самый красивый костюм, в котором он женился сорок лет назад. Это день для него был очень важен, так как за работу ему обещали много денег, которые он уже знал куда потратить. Весь день он сидел за столом рядом со своей работой и ждал, когда же постучать в дверь. В вазочке стоял один синий карандаш, остальные полностью отдали себя работе.
Старик весь день просидел на стуле и уснул, как это часто бывало, прямо за столом. Проснулся на следующий день, есть было нечего.
– Может, она вчера забыла и придет сегодня, – вслух размышлял старик.
Так и случилось, женщина пришла. Но она высказала недовольство по поводу его работы и отказалась забирать ее и, тем более, платить.
Роберто был очень огорчен. По его щекам катились слезы. В последний раз он так плакал на похоронах жены семь лет назад. Ему казалось, что работа превосходная, и он никак не мог понять, что не понравилось заказчице, ведь он сделал всё именно так, как она просила.
Солнце ушло за горизонт, стало темно. После того как женщина ушла, художник не запер за ней дверь, он просто сидел неподвижно на стуле и смотрел на свою работу. Так он просидел до поздней ночи, а потом, как обычно, уснул за столом прямо на своей последней работе. Ему снилась его жена. Она была такой, как в последний день своей жизни, но в свадебном платье. Улыбалась и держала в руках карандаши.
– Роберто, ты большой молодец. Не стоит так расстраиваться, просто эта женщина ничего не понимает в искусстве. Найдутся люди, которые оценят эту работу. Ты сегодня очень красивый, впрочем, как и всегда. Не переживай, идем со мной, – утешала мужа Сара.
Наутро старик не проснулся как обычно. Его душа ушла вслед за женой, а тело оставалось на рабочем месте.
Вскоре работа нашего художника стала известна по всему миру. Никто и подумать не мог, что известная по всему миру картина нарисована обычными цветными карандашами из потрёпанной коробочки, которую никто и брать не хотел, таким же с виду непримечательным стариком.
Автор: Инна Лойе
Журнал "Бельские просторы" приглашает посетить наш сайт, где Вы найдете много интересного и нового, а также хорошо забытого старого!