— Твоя обязанность как жены — обеспечивать мужа, или ты предпочитаешь, чтобы я нашел женщину, которая понимает, что значит настоящая семья?! — Антон выплюнул эти слова, швыряя пустой кошелек на стол и протягивая руку за моей банковской картой.
— Ты хоть слышишь, что говоришь? — я отступила на шаг, прижимая сумку к груди. — Я шестой месяц оплачиваю все счета, пока ты "ищешь себя".
— И что? Ты меня попрекаешь? Я, между прочим, пять собеседований прошел на этой неделе!
— Как и на прошлой. И позапрошлой. Только почему-то тебя никуда не берут.
Его глаза сузились. Когда-то этот взгляд заставлял мое сердце биться чаще. Теперь я видела в нем только холодный расчет.
Когда мы познакомились три года назад, Антон был другим. Успешный менеджер в автосалоне, всегда в отглаженной рубашке и с белозубой улыбкой. Он умел красиво ухаживать — цветы, рестораны, неожиданные подарки. Я таяла от его внимания после двух лет одиночества.
— Ты достойна лучшего, — говорил он, целуя мои руки. — Я хочу, чтобы ты больше не работала в этой душной бухгалтерии. Я о тебе позабочусь.
Мама предупреждала:
— Лена, не торопись. Год встречайтесь, потом год живите вместе, а потом решай.
Но мне было тридцать два. Биологические часы тикали, а Антон казался идеальным.
Мы поженились через полгода. Еще через три месяца он потерял работу.
— Временные трудности, — уверял он. — Рынок просел. Скоро все наладится.
Я поддерживала его, как могла. Готовила его любимые блюда, не напоминала о счетах, старалась создать атмосферу, в которой он мог бы "найти себя". Мои сбережения таяли, но я верила — это ненадолго.
— Антон, послушай, — я старалась говорить спокойно. — Я не против тебя содержать какое-то время. Но ты даже не пытаешься найти работу. Ты целыми днями сидишь в компьютере.
— Я ищу возможности! — он повысил голос. — Думаешь, легко найти что-то стоящее? Я не пойду работать кассиром за копейки!
— Любая работа лучше, чем никакой. Я не могу больше тянуть нас обоих. Аренда, кредит за машину...
— Твою машину, между прочим, — перебил он.
— Которой ты пользуешься чаще меня.
Он резко встал, опрокинув стул.
— Знаешь что? Если бы ты была нормальной женой, у нас бы уже был ребенок. И я бы получал декретные и пособия.
Удар был ниже пояса. После выкидыша полгода назад я не могла думать о новой беременности. Врачи сказали — стресс, нужно время.
— Ты... — слова застряли в горле. — Ты это сейчас серьезно?
***
Вечером я задержалась на работе. Не хотела идти домой. Позвонила подруге Ольге, мы встретились в кафе.
— Он просто паразит, — отрезала она, выслушав меня. — Классический альфонс.
— Нет, ты не понимаешь. Раньше он был другим. Это временно.
— Лена, очнись. Два с половиной года — это не временно. Это образ жизни. Он нашел корову и доит ее.
Я вспомнила, как недавно обнаружила в истории браузера открытые вкладки с дорогими часами и новым айфоном. На мой вопрос, откуда деньги будешь брать, он ответил: "Это просто для ориентира. Когда найду работу, куплю".
— Ты проверяла его телефон? — спросила Ольга.
— Нет, я не такая.
— А зря. Я на сто процентов уверена, что у него кто-то есть. Такие никогда не остаются без запасного аэродрома.
По спине пробежал холодок. Я вспомнила, как он стал запароливать телефон, как раздражался, если я заходила в комнату без стука, пока он сидел за компьютером.
***
Дома было тихо. Антон спал, развалившись на нашей кровати. Его телефон лежал на тумбочке. Разблокированный.
Я никогда не копалась в чужих вещах. Это было против моих принципов. Но что-то внутри надломилось.
Ватсап. Диалог с "Мариной Р."
"Спасибо за вчерашний вечер. Ты был неподражаем 😘"
"Когда увидимся снова? Муж уезжает на выходные"
"Не переживай, она ничего не подозревает. Слишком занята зарабатыванием денег 🤣"
Последнее сообщение было от него: "Скоро все изменится. Я почти уговорил ее взять ипотеку на квартиру. Как только оформим, сразу съедемся".
Руки дрожали, когда я листала дальше. Фотографии. Видео. Он с какой-то блондинкой. В ресторане, который мы не могли себе позволить "из-за временных трудностей". В отеле. На фоне моря — в поездке, которую он отменил "из-за плохого самочувствия", оставив меня одну с оплаченными билетами.
***
Утром он проснулся от запаха кофе и блинчиков — его любимый завтрак.
— Доброе утро, милый, — улыбнулась я, ставя перед ним тарелку.
Он потянулся, довольно улыбаясь.
— Вот это другое дело. Наконец-то ты вспомнила, как должна вести себя настоящая жена.
— Я многое поняла вчера, — кивнула я. — Ты прав. Я должна больше заботиться о семье.
Его глаза загорелись.
— Я знал, что ты поймешь! Слушай, я тут подумал насчет ипотеки...
— Конечно, милый. Только сначала кофе выпей.
Он сделал глоток и поморщился.
— Что-то странный вкус.
— Это особый рецепт. С корицей и... секретным ингредиентом.
Он допил кофе и потянулся за блинчиком.
— Кстати, я сегодня подала заявление на развод, — как бы между прочим сказала я. — И заявление в полицию о мошенничестве. Ты же помнишь, как брал кредит на мой паспорт? Без моего ведома? И еще я отправила все твои интимные переписки с Мариной Р. ее мужу. Оказывается, он мой клиент. Мир тесен, правда?
Антон подавился блинчиком. Его лицо побледнело.
— Ты... что?
— И да, я уволилась вчера. Нашла работу в другом городе. Квартира оплачена до конца месяца, так что можешь не торопиться с поисками нового спонсора.
Я встала, взяла сумку и ключи от машины.
— Кстати, кофе был со слабительным. Сильнодействующим. Думаю, следующие часов двенадцать ты проведешь в очень тесных отношениях с унитазом. Как раз будет время подумать о том, что значит настоящая семья.
Его лицо исказилось от ярости и нарастающей паники.
— Ты не можешь так поступить! Куда я пойду?
— Не знаю, — пожала я плечами, открывая дверь. — Может, к Марине? Только предупреди, что придешь без часов и айфона. И без денег. Посмотрим, насколько ты ей будешь "неподражаем" тогда.
Захлопнув дверь, я услышала, как он рванул в ванную. А потом — только шум мотора моей машины и ветер в окно. Впервые за долгое время я почувствовала себя свободной. И это было прекрасно.