— А вы что хотели? —удивленно захлопала глазами свекровь. — Что мы просто подарим вам квартиру, а сами на улицу? Жить-то нам самим на что? И где?
— Но это же неправильно, — выдохнула возмущенная Надя. — Вы хотите продать нам квартиру? Словно Паша не ваш наследник, а так, черт знает кто? Так не пойдет. Мы не будем на это соглашаться. Так ведь, Паша? — женщина посмотрела на мужа, который словно воды в рот набрал.
Поняв, что толку от него не будет, Надя вышла из комнаты, с грохотом закрыв за собой дверь. Свекровь даже бровью не повела и многозначительно посмотрела на сына.
— Я вам уже озвучила наши условия. Квартиру уступаем вам, дешевле, чем на рынке. Не устраивает – ищешь другой вариант, но на наше жилье не покушаетесь.
Павел лишь беспомощно пожал плечами, понимая, что рано или поздно придется делать выбор между матерью и женой…
***
Когда Павел и Надя поженились пять лет назад, то сразу решили, что хотят иметь отдельное жилье. Но для этого нужно было собрать деньги на первый взнос. Павел предложил первое время пожить у его родителей, хотя его самого такая перспектива не особенно прельщала. Во-первых, квартира родителей для совместного проживания двух семей была маловата – старенькая двушка, в которой давно нужно было сделать приличный ремонт. Во-вторых, отношения между Надей и матерью Павла не заладились с самого начала. Оксана Борисовна считала, что невестка вышла замуж за ее сына в надежде урвать бесплатное жилье, которое ему достанется как единственному наследнику.
Мужчины в негласную войну на женской половине не вмешивались, хотя отец Павла, Макар Игнатович, через месяц после свадьбы поставил условие:
— Не хочу быть свидетелем бабских разборок. Так что, сынок, бери свою благоверную и ищите отдельное жилье. Всем будет спокойнее.
— А я сам хотел вам сказать, — обрадовался Павел. — Мы с Надей нашли квартиру и хотим туда съехать. Придется экономить, но на первый взнос накопим.
— Тогда не советую заводить детей, — ехидно вставила свои пять копеек Оксана Борисовна. — А то, знаешь ли, есть такая привычка у молодых семей. Чтобы быстрее отжать жилье у родителей, стремятся сначала ребенка заделать, чем собрать на первый взнос.
Надя тогда была порядком возмущена словами свекрови и еле сдержалась, чтобы не нагрубить. Все-таки у матери мужа тоже была малоприятная привычка - считать себя умнее всех и не стесняться поучать, причем не выбирая для этого выражений.
Через знакомых риэлторов жилье удалось найти быстро. Причем получилось, как в сказке: близко к работе, недорого и с хорошими условиями. Молодые супруги были счастливы, оказавшись на отдельной жилплощади. Все-таки это куда приятнее, чем каждый божий день сталкиваться с родителями, которые всем своим видом показывали, что квартира принадлежит им и надо играть по их правилам.
Надя обошла обе комнаты, закружилась на месте от пьянящего ощущения свободы:
— Наконец-то отдельно… пусть и придется за это платить, но все равно намного лучше, чем толкаться с кем-то каждый день.
Супруги распаковали вещи, наскоро поужинали и легли спать. Наутро обоим надо было на работу. Надя работала технологом в цехе по производству молочной продукции, а Павел сотрудником кредитного отдела в одном из частных городских банков. С детьми пара пока решила повременить – сначала надо было собрать деньги на первый взнос.
Однако уже через четыре месяца после свадьбы Наде стало плохо на работе. В цехе было жарко, и она подумала, что на нее духота так подействовала. Отлежалась дома и хотела снова выйти на работу. Однако от запаха молока ее чуть не cтошнило на рабочий стол…
— Да что же это такое? —испугалась Надя, а более опытные коллеги с подозрением посмотрели на нее.
— Милочка, ты не беременна? Первые признаки прямо налицо.
— Нет! Я не могу быть беременна, мы вообще ребенка не планируем на ближайшие несколько лет, — испугалась Надя.
— Купи обычный тест на беременность. Увидишь две полоски - меняй планы, — хмыкнула главбух.
Дрожа, Надя вошла в аптеку после работы и купила тест. Причем взяла сразу несколько, от разных производителей. По дороге домой она мучительно думала о том, что произойдет, если предположение о ее интересном положении окажется правдой.
— Не буду ничего говорить Паше, — решила она. — Мы же решили, что пока не будем торопиться стать родителями. Придется прерывать первую беременность, а что делать?
Однако планам Нади не было суждено претвориться в реальность. Когда девушка заперлась в ванной и опробовала все тесты, получила однозначный ответ: она беременна. Паша обнаружил упаковку от одного из образцов и начал задавать жене вопросы, на которые ей пришлось все-таки дать честные ответы.
— Выходит… ты хотела избавиться от нашего ребенка, даже не сказав мне об этом? —покачал головой мужчина.
Надя была не согласна с такой постановкой.
— Дело не в этом, Паша, — заговорила она. — Когда мы поженились, то договорились, что не будем заводить ребенка, хотя бы до тех пор, пока не накопим на первый взнос. При наших с тобой доходах, даже если будем жестко экономить, потребуется немало времени. А если родится ребенок, то тем более. Потому что я не смогу выйти на работу, тебе придется в одиночку тянуть на себе и ипотеку, и меня с ребенком. Поэтому я и хотела по-тихому решить этот вопрос, понимаешь?
— Понимаю, что тебе плевать на мое мнение, — резко ответил муж. — Вот уж не думал, что квадратные метры для тебя важнее, чем наша семья.
Видя, что Надя готова разреветься, он сбавил обороты:
— Пусть всё идет, как идет. Другие семьи же как-то с этим справляются, и ничего. Мы тоже справимся. На худой конец, у нас есть родители, которые, думаю, не откажутся присмотреть за внуком.
Наде в этот момент показалось, что муж не до конца уверен в собственных словах. Супруги легли спать, не глядя друг на друга. Однако с утра Павел первым подошел мириться:
— Надь, прости. Если честно…— он помолчал, потом после короткой паузы продолжил:
— Не делай аборт, пожалуйста. Давай оставим ребенка. Вдруг другого такого шанса не будет? У меня есть друг, очень опытный и толковый юрист. Он чуть постарше… Когда он с женой были помоложе, тоже жилы рвали, чтобы быстрее купить квартиру. Юля несколько раз беременела, и каждый раз это оканчивалось прерыванием. В итоге, им обоим уже за сорок, они не могут иметь детей. Зато есть огромная квартира, на которую заглядываются другие потенциальные наследники с обеих сторон. Потому что жилье будет некому оставлять…
— Я… как-то не думала о такой стороне вопроса, — покачала головой Надя. — То есть ты не против, чтобы я оставила ребенка? Точно? Жалеть потом нам обоим не придется?
— Этот ребенок – наша плоть и кровь, о чем жалеть? — хмуро ответил Павел. — Еще раз говорю - не делай этого. Или я… мне будет сложно оставаться с тобой, если ты пойдешь на такой шаг. Потому что я хочу, чтобы нас стало трое… чтобы было, ради кого вкалывать.
Надя решила послушаться мужа и отменила прием в клинике. Правда, беременность давалась ей не лучшим образом. Особенно на этот счет отметилась Оксана Борисовна, узнав, что невестка на сносях.
— Ну правильно, чего еще ожидать от этой нахалки. Не успела окольцеваться, как начала пузом пробивать себе дорогу.
Павел так и не смог доказать матери, что решение сохранить ребенка принял больше он, а не Надя. Но мать не верила.
— Да я в жизни в это не поверю. Где это видано, чтобы мужчина стремился сохранить беременность? Обычно этого хотят хитрые жены, чтобы надежнее привязать к себе мужей. Вот твоя Надька родит, на чью шею она сядет? Не на твою ли? Ты, значит, будешь горбатиться за двоих, а эта кукла будет валяться на диване в обнимку с дитем. Ладно, был бы твой ребенок, а то…
— Что ты сейчас только что сказала?! — тихим и каким-то жутким голосом спросил Павел. Оксана Борисовна заморгала, поняв, что ляпнула непростительную глупость. Широко улыбнувшись, женщина постаралась перевести разговор на другую тему, но Павел не собирался так легко отставать.
— Мама, я не понял, что ты сказала про Надю и нашего малыша? Что он не от меня? — не сводил мужчина тяжелого взгляда от матери, которая явно потерялась от такого напора.
— Прости, сынок, я неудачно пошутила, в наше время всё не так понимают, — мать пробовала «вырулить», но Павел не дал ей такой возможности.
— Давай договоримся. Ты не говоришь гадостей про мою жену, а я… остаюсь послушным сыном. До поры до времени, хорошо?
Оксана Борисовна не узнала своего обычно покладистого Пашеньку.
— Хорошо-хорошо, сынок. Больше не повторится, — пообещала женщина, но про себя решила, что с невесткой надо что-то делать. Иначе приберет к рукам Пашку, и тогда всё - придется проститься со многими плюшками, которые ей перепадали от сына. Даже женившись, Павел продолжал отдавать деньги матери, и та тратила их, как ей вздумается.
Павел через месяц после свадьбы получил повышение, став старшим менеджером кредитного отдела. Разумеется, это сказалось и на его зарплате. Вот только оказалось, что денег катастрофически не хватает.
— Паш, сам подумай, — говорила Надя, которая старалась найти себе дополнительный источник доходов. — У нас арендная плата сколько съедает из бюджета? Не говоря уже про оплату коммуналки, продукты, мелочи первой необходимости? Я еще не говорю о том, что ты помогаешь родителям, хотя объективной нужды в этом нет. К тому же, мне приходится бегать на анализы, покупать витамины для беременных. Я еще откладываю себе на роды, мало ли что?
Павел приуныл. Все-таки одну статью расходов придется сокращать, но его матери это не понравится.
На следующий день он заехал к родителям и застал дома одну Оксану Борисовну. Макар Игнатович уехал на дачу. При виде сосредоточенного лица сына женщина поняла, что предстоит не очень приятный разговор.
— Извини, мам, я ненадолго, — сообщил Павел. Он помялся, потом выпалил:
— В этом месяце и далее я не могу помогать тебе деньгами. Наде нужно готовиться к родам. И вообще, нам нужна какая-то подушка безопасности на время, пока Надюша будет в декрете. Так что извини, но я больше ничего не дам.
— Что? — не поверила мать услышанному. — Ты отказываешься мне помогать? Это еще почему? Знаешь, сколько стоят анализы и лекарства?
— Мам, какие анализы? Ты всегда говорила, что здорова, как бык, — не понял ее Павел. Мать поджала губы:
— А почему, не хочешь спросить? Это только потому, что я занимаюсь профилактикой. Покупаю разные импортные препараты по баснословной цене, чтобы потом не травиться всякими дешевыми таблетками.
— Ну да, золотишко вместо лекарств – это очень хорошо помогает, — усмехнулся Павел. Глаза Оксаны Борисовны полезли на лоб:
— Тебе какое дело, что я покупаю для себя? Для уважающей себя женщины очень важно уметь порадовать себя, побаловать чем-нибудь приятным свою душу.
Пристально всматриваясь в лицо Павла, Оксана Борисовна мрачно усмехнулась:
— Все-таки у тебя бабский характер, сынок. Никогда не думала, что ты обращаешь внимание на такие вещи, как украшения. Твоему отцу, например, и дела до них нет.
— У меня появилось дело, когда я понял, что могу быстрее собрать на первый взнос, если перестану спонсировать незнамо что, — парировал сын.
Оксана Борисовна демонстративно от него отвернулась. Павел хмыкнул:
— Всего хорошего, мама. Еще увидимся.
Мать не ответила. Ей было до слез обидно, что Паша, который обычно всегда ее слушался, на этот раз пошел против ее воли. Да чего говорить, неприятные перемены в нем начались с момента знакомства с этой гадкой Надей. Надо было отговорить его от женитьбы, но не получилось. И эта коварная змеюка прибрала его к своим цепким жадным ручкам так, что ему стало жалко помогать родной матери. Ничего, успеется поквитаться…
***
Когда родился Ваня, родители Павла и Нади дружно приехали обмыть ножки. Причем обмыли еще до выписки молодой мамы. Паша сидел напряженный, словно ожидал какого-то подвоха от собственной матери. Но все обошлось. Оксана Борисовна не стала выяснять отношений при сватах, и всё прошло в приятной обстановке.
Ваня рос спокойным ребенком, не болел и редко плакал. Бабушки и дедушки находили время навестить внука, привозя ему небольшие подарки. Мать Нади не могла себе позволить дорогие покупки, а мать Павла не делала этого из принципа. Но молодые родители делали вид, что это их не волнует. Главное, чтобы удалось собрать требуемую сумму, и до этого оставалось совсем чуть-чуть.
Когда Ване исполнилось четыре года, родители Павла пригласили сына с семьей к себе в гости и сообщили:
— У нас потрясающие новости, дети. Мы продали дачу. Причем по очень даже хорошей цене, теперь хотим начать все сначала.