Новый итальянец рассказал.
«У меня тут разговор случился с человеком из-подо Львова. Только прошу не путать Львов и Львовскую область, потому что во Львове живут более образованные люди. Я знаю львовских, они красиво разговаривают, строят свою речь и выражаются более культурно. Это нужно побывать во Львове, именно с коренными жителями пообщаться, чтобы понимать. А мой собеседник был жителем отдаленного села на Львовщине.
Сам говорит на суржике, мовы не знает и в свои 40 лет уже вряд ли выучит. Рассказывает, что в У. продал квартиру и взял на эти деньги в Италии ипотеку. Квартира была его бабушки. Бабушка работала при Союзе на заводе - от завода получила эту квартиру. Теперь внучок рассказывает: «Взял ипотеку, двигаюсь по жизни нормально, есть женщина, все дела». В сетях прославляет У.
Я спрашиваю: А почему ты не там? Почему ты здесь по Милану вышиваешь, что у тебя пошло не так? Почему ты оттуда уехал в первый же день? Срочно за границу, потом продал недвижимость, легализировал деньги и внес их за ипотеку здесь? И только после этого ты полюбил У. Потому что отсюда это делать удобней?
Твоя бабушка, которая работала на Союз, наверное, очень сильно сопротивлялась этой квартире? Очень не хотела получать её от завода, а также субсидию на коммунальные услуги. Очень сильно сопротивлялась своей пенсии. Твоя бабушка всего этого никак не хотела, когда брала ключи от квартиры, чтобы потом её внук имел свою недвижимость в Италии.
Скажи спасибо советской власти, которая на сегодняшний день является для тебя трамплином в нормальную жизнь. А вообще, я всегда говорю: у каждого уважающего себя у-ца должен быть свой офис либо в Праге, либо в Милане, либо в Берлине.
Я думаю, что наши люди иногда заслуживают к себе то отношение, которое они получают сегодня, и это очень грустно. Нет, молодое поколение 20-30 лет сейчас начинает задумываться. Я, когда встречаю молодых ребят или вижу, что пишет молодняк, меня это очень радует. Они начинают немного задумываться о том, что происходит, а не просто смотрят в бездну. Пытаются анализировать. Но с людьми 35-60 лет я не знаю, как разговаривать».