Экстремальная замена. Приключенческая повесть. Часть 56.
Все части повести здесь
Зубами перегрызаю скотч, помогая себе непослушными руками, хватаю ее, замечаю какое-то покрывало тут же, на одном из стульев, закутываю малышку, судорожно цепляющуюся за меня, прямо с головой, и несусь в коридор. Но на пороге этой странной, маленькой комнаты останавливаюсь, обернувшись назад. На меня смотрят огромные глаза, глаза, точь-в-точь похожие на мои... Вероятно, когда-то этот портрет висел в коридоре второго этажа и им любовались многочисленные гости, приходящие в дом... А сейчас он, пыльный и никому ненужный, заброшен на второй этаж. На портрете изображена Лиза, опытный художник постарался передать эпоху прошлых веков – на ней шляпка с широкими полями, темные волосы собраны в прическу, платье с открытыми плечами и на шее – цепочка с кулоном в виде... белки. Странно... Конечно же, это просто совпадение, не более того.
Часть 56
Я не дошла до нее буквально несколько шагов... В звенящей, как надоевший комар, тишине, она нажимает на курок, а я, незадолго до этого обернувшись, вижу только растерянные лица вставшего с места Ратибора и застывшую с тупым, ничего не понимающим взглядом, Ребекку. И буквально за секунду до того, как она нажимает на курок, в гостиной появляется еще один человек. Его движение спасает мне жизнь – он резко и быстро толкает Екатерину в сторону, она по инерции все же давит пальцем на спуск, я бросаюсь на пол, а пуля - шмель летит в сторону Ратибора.
Все это происходит, словно в замедленной съемке, а потом, следом за выстрелом, все вокруг вдруг приходит в невероятное движение – тот, кто оттолкнул Екатерину, падает на нее и пытается захватить ее руки, она с криками отбивается, Ратибор падает спиной назад, из раны на его груди хлещет во все стороны кровь, Ребекка зажимает уши и кричит так, что воздух вокруг превращается в один сплошной визг, я же стараюсь быстро подняться и поспешить на помощь к тому, кто спас меня.
– Ратибор! Ратибор! – кричит Екатерина, извиваясь под Артемом, который захватил ее руки – Ратибор, нет!
Ратибор, упав навзничь недалеко от камина, стонет, зажимая рану на груди рукой, Екатерина продолжает вырываться из рук Артема, она хохочет и извивается, похоже, что она совсем лишилась рассудка.
– Как же я ненавижу этот дом! – вдруг вопит Ребекка и выплескивает остатки виски в горящий огонь в камине, потом вдруг хватает с красиво оформленной поленницы недалеко от камина полено, сует его в огонь, и когда на нем появляются всполохи пламени, кидает в окно, закрытое портьерами – они тут же занимаются огнем, который начинает распространяться с космической скоростью.
– Гори этот дом в аду! – кричит Ребекка, бешено вращая глазами – и все вы – тоже горите в аду!
Следом за ней хохочет Екатерина – у нее не осталось сил, Артем почти спеленал ее, я кидаю ему скотч со стола, а она вдруг кричит:
– Маленькая тварь, которую родила Лиза, тоже сгорит здесь, вместе с нами!
Я подскакиваю к ней и трясу ее за грудки:
– Где Арина?! Где она?!
Но Екатерина только бешено смеется и отвечает мне:
– Последняя видеозапись в телефоне!
Я вынимаю у нее из кармана телефон, быстро прислоняю к экрану каждый ее палец, чтобы найти тот, что разблокирует его, хорошо, что Артем рядом и держит ее, этим он помогает мне.
Короткое видео действительно есть – Арина сидит в темной комнате, привязанная к стулу и смотрит в экран испуганными глазками.
– Тварь! – кричу я и отвешиваю Екатерине хорошую оплеуху – тварь, где она?
Еще одна оплеуха, и она теряет сознание.
– Артем, я за Ариной! – говорю я парню – здесь все сейчас начнет полыхать! Ты сможешь вытащить их?
– Да, иди, до второго этажа пламя доберется не скоро, дай знать, когда будешь в окне – я подтащу лестницу. За этих не тревожься – я все-таки спецназовец, хоть и бывший.
Ребекка, устав бегать с поленом, которое все вокруг заражает пламенем, медленно сползает по стенке – от дыма она начала задыхаться, и кажется, вообще не понимает, что происходит вокруг.
Первым делом я открепляю от двери камеру с записью, потом замечаю на подоконнике лейку с водой для полива цветов. Дым начинает распространяться вокруг, думать некогда – быстро сдираю с себя толстовку и футболку, лью на нее холодной водой, обматываю футболку вокруг лица, и бегу на второй этаж, прыгая через две ступеньки. Кажется, я никогда не бегала столь быстро.
– Арина! – мечусь по коридору правого крыла, распахивая все двери, некоторые не открываются, и я помогаю себе огнетушителем, вывернутым из стенки – несколько точных ударов, и мне удается либо выломать из очередной двери доску, либо просто сломать замок в ручке. Но девочки нигде нет – Арина!
Только бы малышка не задохнулась – скоро пламя доберется и сюда, учитывая, что строение наполовину деревянное... Дым уже добрался, и скоро станет совсем трудно дышать. Надеюсь, Артем уже вызвал пожарных. Но они не спасут нас с девочкой, если я не найду ее в самое ближайшее время.
Неужели эта тварь спрятала ее в закрытом левом крыле? Наверняка у нее были ключи... Черт! Почему я не догадалась обшарить все ее карманы в этом чертовом комбинезоне?!
Я подбегаю к двери левого крыла – заперто. Ищу, чем бы взломать эту дверь, знаю, что она тонкая и начинаю пинать ее ногами, изо всех сил, потом нахожу в одной из комнат какой-то тонкий, заостренный стилет, пытаюсь, взломать им замок, у меня это получается, и вот коридор левого крыла открыт для меня.
– Арина! – мечусь туда-сюда, где-то совсем близко, внизу, слышу подбирающийся все ближе и ближе треск пламени – Арина, где ты, девочка моя!
Все двери заперты... Нет, у меня нет времени открывать их все, у меня нет на это времени! Только бы немного тишины!
– Арина!
Я останавливаюсь, прекращая метаться и внимательно слушаю... Где-то там, в самом конце коридора тихий всхлип, то ли плач... Арина!
Несусь туда, останавливаюсь перед дверью.
– Арина, зайка моя, это твоя Белка, ты здесь?!
И снова всхлип, а потом девчушка начинает плакать и кричать. Только бы пламя не достало ее раньше меня!
Я начинаю ломать дверь, методично ударяя в нее ногами. Арина пугается все больше и заходится в плаче. Бедный мой, маленький цыпленок, я сейчас спасу тебя! Бью все сильнее и сильнее, стараясь попасть туда, где расположен замок. Я знаю, что когда человек на грани, у него появляются просто нереальные силы! И сейчас это происходит со мной. В голове одна цель – поскорее спасти девочку, а значит, надо продолжать! Чтобы выплеснуть из себя силы максимально, я, стуча по двери ногами методично и с силой, уже сама ору так, что не слышу плача малышки, и когда наконец дверь не выдерживает, вбегаю в комнату и вижу ее, сидящую на стуле, с личиком в слезах. Господи, за ее эти испуганные глаза я готова убить и Екатерину, и Ребекку, и Ратибора собственными руками!
Зубами перегрызаю скотч, помогая себе непослушными руками, хватаю ее, замечаю какое-то покрывало тут же, на одном из стульев, закутываю малышку, судорожно цепляющуюся за меня, прямо с головой, и несусь в коридор. Но на пороге этой странной, маленькой комнаты останавливаюсь, обернувшись назад. На меня смотрят огромные глаза, глаза, точь-в-точь похожие на мои... Вероятно, когда-то этот портрет висел в коридоре второго этажа и им любовались многочисленные гости, приходящие в дом... А сейчас он, пыльный и никому ненужный, заброшен на второй этаж. На портрете изображена Лиза, опытный художник постарался передать эпоху прошлых веков – на ней шляпка с широкими полями, темные волосы собраны в прическу, платье с открытыми плечами и на шее – цепочка с кулоном в виде... белки. Странно... Конечно же, это просто совпадение, не более того. По лицу Лизы на этом портрете даже не скажешь, что она... творила зло. Полуулыбка, мягкие черты лица, легкомысленные тонкие кудряшки из-под шляпки, доброта и тепло в глазах...
Я разворачиваюсь и бегу с Ариной в сторону лестницы, а добежав до нее, убеждаюсь, что там уже все горит изо всех сил... Пламя понемногу проникает на второй этаж. Кутая Арину в покрывало, пытаюсь все же боком пробиться к выходу, но огонь вдруг вспыхивает так, что я еле успеваю выставить вперед одну из рук, отвернуть в сторону лицо и Арину. Нет... тут не пройти...
Возвращаюсь на второй этаж, открываю одно из окон, которое выходит на площадку перед домом, и громко кричу Артема. Он тут же оказывается там, внизу, напротив меня, и я показываю ему в сторону самого дальнего окна правого крыла. Он понимает все без слов. Бегу как можно дальше от пламени, туда, в конец коридора в правом крыле, когда добегаю до окна, то вижу, как Артем быстро расправляет лестницу и лезет мне навстречу. Хорошо, что огонь пошел наверх и еще не полностью заполонил все правое крыло первого этажа. У нас есть время.
– Возьми Арину – отдаю ему девочку, кажется, силы мои совсем на исходе.
Мы начинаем спускаться вниз – сначала Артем с Ариной в одной руке, следом я. Когда оказываюсь на земле, падаю на колени – я жива! Жива, черт возьми! И крошка Арина тоже жива!
Мы огибаем правое крыло дома и выходим туда, где на площадке перед ним, в тени одного из деревьев, лежат Ратибор, связанная Екатерина и Ребекка. Все трое – без сознания. Тут же, вереща мигалками, на территорию дома, сломав шлагбаум, подъезжают две пожарные машины, полиция и скорая помощь.
Меня быстро усаживают внутрь, я прошу Артема не отпускать испуганную Арину. Обрабатывают мне ожоги, спрашивают, не больно ли, и отпускают. Ратибора погружает внутрь еще одна подъехавшая скорая помощь. Те врачи, которые помогали мне, теперь осматривают Ребекку и Екатерину.
– Здравствуйте, Изабелла Олеговна! – ко мне подходит тот самый следователь, которого я видела в доме Ратибора, когда он приезжал беседовать с ним про Ярослава Брежнева – я следователь Горбачев Николай Петрович, веду дело об убийстве Ярослава Брежнева и Елизаветы Ледовской. Вы можете дать нам какие-либо объяснения по поводу того, что здесь произошло? Понимаю, что вы сейчас в таком состоянии, что...
– Ничего страшного – говорю я и протягиваю ему мини-видеокамеру – у нее внутри флешка, все записано, также запись копировалась на мой смартфон.
– Ого! – говорит он – так вы подготовились?
– Да – я поворачиваюсь в сторону дома, который усердно тушат пожарные. Сейчас он похож на какой-то устрашающий монумент, появившийся вследствие глупости кучки людей, которые не смогли поделить нечто важное для них, то, что было важнее даже человеческих жизней – деньги.
Из следственного комитета мы освобождаемся только под утро. Хорошо, что Арина уснула, и врачи спокойно смогли осмотреть ее еще раз прямо там, так как я не разрешила забрать ее в больницу без меня. Осмотрев, решили, что ребенку ничего не угрожает, единственное, что необходимо будет сделать – это обратиться к психологу, у малышки возможен испуг. Но бывает и такое, что ребенок просто забывает произошедшее – память малышей гибкая и блокирует неприятные воспоминания.
Когда мы наконец заканчиваем, Горбачев говорит мне:
– Изабелла Олеговна, вы же понимаете, что мы обязаны передать дочь Ратибора Львовича в руки органов опеки...
– Не торопитесь, пожалуйста. Я жена Ратибора Львовича, и девочка может остаться со мной...
Он еще пытается возражать, но когда приезжает вызванный мной Георгий Адамович, они решают этот вопрос вместе, без нашего присутствия.
Мы с Артемом и Ариной едем ко мне в отель, где проводим утро без сна. Спит только Арина, мы же с Артемом не можем – все, что произошло, очень сильно повлияло на нас.
– Как ты понял, что этой ночью что-то случится? – спрашиваю его, сидя с ним рядом на диване и отхлебывая из стакана виски.
Он делает то же самое, морщится, видимо, вспоминая Ребекку, и отвечает мне:
– Я сразу заподозрил, что что-то нечисто, когда Ратибор приказал всем разъехаться сегодня, мол, у него очень важная встреча и дома никого не должно быть. Тут я и сообразил, с кем он собирается увидеться. Ведь ты у нас – любитель важных встреч по ночам.
Он грустно усмехается.
– Извини, Артем, я не могла сказать тебе...
– Ты мне совсем не доверяешь?
– Доверяю – я кладу голову ему на плечо – ты спас мне жизнь, Артем...
– И теперь я просто обязан на тебе жениться – снова с усмешкой заканчивает он начатую мной фразу.
– Я знала, что не умру сегодня – говорю ему – как-то так... чувствовала.
– Как тебе такое в голову пришло? Ратибор опасен! Из-за тебя могла пострадать Арина! Белка! Ты вроде умная, а делаешь глупости...
– Я больше не буду... – тихо обещаю ему и засыпаю, прислонив голову к его плечу.
Проходит пара дней. За Ариной никто не приходит. Новости города пестрят заголовками о том, что арестованы Екатерина и Ребекка, и что врачи борются за жизнь Ратибора Львовича Ледовского. Мы с Ариной переезжаем в мой дом, я покупаю девочке обновки, и рядом с ней я по-настоящему счастлива. А еще я пытаюсь выяснить хоть какую-то информацию об Эве.
В один из дней в ворота раздается звонок. Я смотрю в домофон и говорю Артему:
– Снова следователь. Интересно, что ему нужно?
Открываю ворота, здороваюсь с ним и сотрудниками в полицейской форме, которые стоят рядом, и Николай Петрович, ответив на приветствие, говорит мне:
– Изабелла Олеговна, я за вами. Извините, но я вынужден вас задержать.
Окончание здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.