Когда Вика захлопнула дверь, в подъезде словно задребезжали все стеклянные вставки. За спиной — лестничная клетка, впереди — вечер, промозглый и хмурый, как её настроение. Она просто шла. Без плана, без вещей, без идей, куда идти.
Но шагала уверенно.
За плечами — три месяца с Артёмом. Начиналось всё как в кино: он смешной, она дерзкая, ночные прогулки, пельмени в три ночи, его глупые сторис, где он называл её «моя бульдожка». Она хохотала до слёз. Он говорил: «Я таких, как ты, ещё не встречал».
А потом началось то, что Вика называла про себя "мелкий контроль".
— Ты опять с Анькой? А у неё мужик вообще есть?
— А что это за сторис в купальнике?
— Мне не нравится, как на тебя вон тот бариста посмотрел.
Вика сначала старалась «не усугублять». Переводила в шутку. Молчала. Меняла тему.
Но когда он сказал:
— У тебя такой характер… С тобой сложно, ты это знаешь? —
она почувствовала, как внутри что-то отщелкнулось.
"Сложно" — это с тобой, Артём. Когда я вдруг должна объяснять, с кем дружу, куда иду, во что одета.
Последней каплей стал его комментарий, когда она вернулась с дня рождения подруги:
— Ты вообще подумала, что нормальный человек в отношениях не будет так себя вести?
А потом был диалог. Спокойный, как перед бурей.
Он говорил, что любит, просто волнуется, просто боится потерять.
А она вдруг поняла — в его любви слишком много «просто». И слишком мало уважения.
— С каких пор ты стал тем, кто указывает мне, как жить? Я тебе не подчинённая, — сказала она, взяла ключи, рюкзак и вышла.
Он даже не сразу осознал. Только потом написал:
«Ты реально ушла? Из-за фигни какой-то? Это перебор»
Вика перечитала. Улыбнулась криво.
«Да, ушла. И нет, не из-за фигни. А из-за тебя» — отправила и поставила телефон на беззвучный.
Первые дни были странными. Тишина, кофейни в одиночестве, ночи без звонков.
Но потом — пришла лёгкость. Та, что бывает, когда снова сам себе хозяин.
Сейчас Вика живёт в небольшой квартире, где на стене висит карта Европы с булавками: "сюда хочу", "сюда поеду", "здесь была".
А Артём… Артём всё ещё пишет раз в месяц.
Только Вика давно не отвечает.