Наташа была проводницей. Я так легко представила её в красивой серо-красной форме, с пилоткой и эмблемой. Как она разносит чай в красивых подстаканниках металлических, как улыбается своей лучезарной улыбкой или решает вопросы с разбушевавшимся хамом. И при этом - она жена и мама. У неё чудесный и заботливый муж, который опора и любящий отец. У неё три дочери. Две взрослые и малышка. И всем им нужна мама, здоровая и счастливая.
Такой, собственно, Наташа и была до момента постановки диагноза, который, как гром среди ясного неба, грянул и разрубил жизнь на до и после. И всё вроде было понятно. Даже направление местный врач в Москву выписал с легкостью. Вот как бывает: всё само собой сложилось, без денег. «Это потому, что я с добром ко всем, вот мне и везёт», - делилась она потом с мужем. Попала к прекрасному доктору в онкоцентре, а она ко мне её отправила уже на лечение непосредственно. И всё это по ОМС. Наташа не могла нарадоваться, как ей повезло.
Ко мне она попала в феврале 2021 года. Ковидное, масочное время… меня смутила странная история заболевания: такое странное распространение. Только по лимфоузлам, на шее, над ключицей, в подмышке конгломерат. Но гистология и ИГХ из приличной лаборатории. Самое главное, что опухоль была чувствительной к иммунотерапии. И мы смело накинулись на Наташу со сложной схемой химио-иммунного лечения. Месяцев 10 всё шло замечательно. Ответ на терапию был. Плавно уменьшались очаги. Это радовало. Жизнерадостная Наташа дарила мне свои поделки из мыла - то букетик, то вазочку с цветами, то смешных персонажей. Ездила на терапию всегда дисциплинировано, анализы «держала». Удовольствие сплошное лечить таких позитивных людей. Но началась странная побочная реакция: отёки ног. Причем дело развивалось постепенно и дошло практически до слоновости. После чего, мы консилиумом приняли волевое решение остановить терапию во имя качества жизни. И Наташа стала бывать у меня редко, каждые 3 месяца, всегда с улыбкой и новостями про семью, успехи дочек.
В итоге, странно долго длилась ремиссия. Я радовалась, но меня терзали смутные сомнения, ну не может так гладенько себя вести триждынегативный РМЖ. Что-то выбивалось из общего представления и биологии этой опухоли. И прогрессирование случалось вновь только в груди по лимфоузлам. Что за чепуха, думала я. Такой странный триждынегативный рак у неё. И «отвечает» она хорошо вроде на терапию, а всё равно, что-то странное.
И решила я обсудить тактику терапии этого загадочного случая с коллегой из онкоцентра, той, что мне прислала Наташу на терапию больше 2х лет назад. И решили мы снова сделать биопсию. Из вновь появившихся лимфоузлов. И что же мы получаем в итоге? «Лимфома неходжкинская». Что за чертовщина? - решили мы с коллегой и давай звонить морфологам - не ошибка ли это? Они стояли насмерть. Лимфома и всё тут. Хорошо, решили мы с коллегой. Бывают несколько разных Раков у одного больного. Может, это второе заболевание, метахронное. Но попросили Наташу привести первичные стёкла и блоки и сравнить. Ну на всякий случай. И ответ морфологов привёл нас в ещё больший шок!
И в 2021м году первично - это тоже была Лимфома, просто с метастазом в молочную железу. Долго мы ещё пререкались, удивляюсь, консультировались с другими лабораториями. И последовали обсуждения этого кейса с онкологами, морфологами и гематологами, новые консилиумы, новое лечение. И уже таргетно, узко-специализированно назначенное лечение дало великолепный результат - полный ответ и стойкая ремиссия.
Вот так из рук эмпатичных и не глупых вроде онкологов Наташа перелетела в руки заботливых и грамотных гематологов. Но мы продолжаем дружить. И я очень рада, что мне довелось познакомиться с Наташей. И да - выводы сделаны были жесткие: пересмотр стёкол - очень важная опция. И никогда не верить до конца даже самым уверенным лабораториям, пока не перепроверишь. Век живи - век учись.
Искренне Ваша, Доктор Лена.