В мир вечной охоты ушёл Оззи Осборн. Общие слова говорить не хочется, самое уместное – вспомнить своё с ним соприкосновение. Году эдак в 79-м – мне тогда было 12 лет – более старшие пацаны слушали во дворе по транзистору (так тогда называли транзисторные приёмники) какую-то тяжёлую, вязкую как смола тему. Это был Iron Man от группы Black Sabbath.
Затем, когда – при посредстве моего друга и учителя Витьки Мауса – я уже обзавёлся магнитофоном, эта вещь, а также ещё одна – Paranoid – фигурировали на плёнке. И этот совершенно особый по тембральной окраске голос так и остался одним из проводников в то, благословенное для меня время, когда я был мал, а мир – молод. А Black Sabbath – наряду со Sweet, AC/DC, Deep Purple, Rainbow, Led Zeppelin, Omega, Nazareth, Queen, Pink Floyd – одной из 10-ти команд, представляющих собой рок моего детства.
А будучи студентом института, я мог уже купить фирменный винил, отдавая за одну пластинку месячную стипендию, а то и больше. Так, за Technical Ecstasy я отдал 50 р, а за Black Sabbath Vol 4 – выложил все 60 (если кто не знает, то стипендия тогда составляла 40 рублей). Из всей дискографии Саббат с Оззи на вокале именно с этими двумя альбомами у меня до сих пор наиболее тёплые отношения, а You Won’t Change Me (Ты меня не изменишь), Gypsy (Цыганка), She’s Gone (Ушла) – остаются, на мой вкус, лучшими песнями, которые когда-либо спел вновь преставившийся раб Божий.
Ну а завершающей точкой благословенной рок-юности считаю публикацию об Оззи Осборне под названием «Судебный процесс, которого не было, но который мог бы быть» в журнале «Ровесник» за июнь-июль 1987 г. И пускай это была чистая фантазия Сергея Кастальского, но стала она не иначе как краеугольным камнем моей и без того горячей любви к хард-року. И пускай Оззи на поверку оказался вовсе не мудрецом из статьи Кастальского, а скорее наоборот… но именно такой мудрый Оззи мне тогда был нужен. Вот на этой красивой ноте я и завершу сей некролог, поскольку о вновь преставившихся – хорошо или ничего…