Франсуа-Мари Аруэ, вошедший в историю под именем Вольтера, был не только гениальным философом и писателем, но и мастером остроумных шуток, которые часто обретали форму анекдотов. Его современники оставили множество свидетельств о курьёзных случаях из жизни "фернейского мудреца", раскрывающих неожиданные грани его личности. В этом материале мы собрали семь наиболее характерных и достоверных историй, которые показывают Вольтера не как монументальную фигуру Просвещения, а как живого, ироничного и подчас весьма эксцентричного человека.
1. "Ваш сын - идиот": как Вольтер отказался крестить ребёнка
В 1759 году к Вольтеру в Ферней приехала знатная парижанка с просьбой стать крёстным отцом её новорождённого сына. Философ, известный своей неприязнью к церковным обрядам, сначала категорически отказался, но затем неожиданно согласился при одном условии.
Во время церемонии крещения, когда священник спросил: "Отрекаетесь ли вы от сатаны и всех дел его?", Вольтер вместо традиционного ответа заявил: "Это прекрасный вопрос, монсеньор, но не считаете ли вы, что мы с сатаной в слишком хороших отношениях, чтобы так резко рвать их?"
Когда же дошло до традиционного пожелания крестника "стать добрым христианином", Вольтер повернулся к матери и сказал: "Мадам, я обещаю сделать всё возможное, чтобы ваш сын не стал таким же идиотом, как все эти верующие". После этого он развернулся и вышел из церкви, оставив всех в шоке.
Этот случай стал широко известен в парижских салонах и добавил Вольтеру репутации скандалиста. Сам философ позже признавался, что специально устроил этот спектакль, чтобы "раз и навсегда отвадить желающих сделать его крёстным".
2. Шахматы с иезуитом: остроумный ответ на провокацию
Один известный иезуит, желая унизить Вольтера, при большом скоплении людей заявил: "Месье Аруэ, говорят, вы умеете играть в шахматы. Но как может человек, отрицающий Бога, понимать что-либо в этой божественной игре?"
Не моргнув глазом, философ ответил: "Отец мой, я действительно плохо играю в шахматы. Но знаете почему? Потому что, в отличие от вашего Бога, я не могу двигать фигуры так, как мне вздумается, и должен соблюдать правила".
По свидетельствам очевидцев, иезуит покраснел и быстро ретировался, а собравшиеся разразились смехом. Этот ответ стал одним из самых цитируемых "вольтеровских афоризмов", хотя сам философ позже утверждал, что просто сказал первое, что пришло в голову.
3. "Бог покарает вас!": диалог с фанатичной маркизой
На одном из званых обедов благочестивая маркиза де Русилье, возмущённая вольнодумными высказываниями Вольтера, воскликнула: "Вы всё шутите над религией, месье! Но знайте - Бог покарает вас! Я молюсь, чтобы он наказал вас ещё при жизни!"
Вольтер встал, сделал изысканный поклон и сказал: "Сударыня, я принимаю ваши молитвы как знак особого внимания. Но осмелюсь попросить - уточните у вашего Бога, не мог бы он отложить наказание до послеобеденного времени? Сейчас у нас подают восхитительный трюфельный суп, и было бы жаль его пропустить".
Маркиза в ярости покинула стол, а хозяин дома чуть не подавился от смеха. Этот случай стал хрестоматийным примером "вольтеровского юмора" - острого, но изысканного.
4. Как Вольтер проучил плагиатора
Один молодой литератор опубликовал пьесу, украденную у Вольтера и слегка переделанную. Узнав об этом, философ пригласил вора на обед.
За столом Вольтер начал рассказывать гостям о новом "гениальном авторе", который "так талантливо перерабатывает чужие произведения". Затем он повернулся к плагиатору и сказал: "Месье, я просто восхищён вашей последней пьесой! Особенно тем, как вы украли... ой, простите, позаимствовали мои мысли! Должен признать, вы сделали это куда искуснее, чем я их создавал!"
Молодой человек покинул обед раньше времени, а Вольтер прокомментировал: "Некоторые воры крадут кошельки, другие - мысли. Первых вешают, вторых печатают. Странный мир, не правда ли?"
5. "Вы слишком знамениты": отказ Фридриху Великому
Фридрих II Прусский неоднократно приглашал Вольтера переехать в Потсдам. В 1750 году философ наконец согласился, но их отношения быстро испортились.
Когда король в очередной раз попросил Вольтера остаться, тот ответил: "Ваше величество, я вынужден отказаться. Видите ли, при прусском дворе может быть только одна знаменитость. А вы, к сожалению, уже заняли это место".
Этот ответ, одновременно льстивый и издевательский, привёл к окончательному разрыву. Вольтер тайно покинул Пруссию, прихватив с собой королевский сборник стихов, которые потом высмеял в печати.
6. "Я умираю дважды": шутка на смертном одре
Когда 83-летний Вольтер лежал на смертном одре, к нему явился аббат Готье, потребовавший, чтобы умирающий отрёкся от своих заблуждений перед Богом.
Аббат: "Признайте же, наконец, божественную природу Христа!"
Вольтер: "Ради Бога, месье, дайте мне умереть спокойно!"
Аббат: "Так вы признаёте Бога?"
Вольтер: "Конечно, но только не делайте из этого историю".
Перед самой смертью Вольтер сказал присутствующим: "Я умираю дважды - сначала от болезни, потом от ваших молитв".
7. "Это не мои грехи": ответ папскому нунцию
В 1778 году, когда Вольтер тяжело болел, к нему пришёл папский нунций с предложением исповедаться.
Философ ответил: "Монсеньор, с удовольствием, но только при одном условии - вы исповедуетесь мне первым. Тогда мы оба узнаем что-то новое: вы - о моих грехах, а я - о ваших".
Нунций ушёл ни с чем, а католическая церковь отказалась хоронить Вольтера по христианскому обряду, что привело к тайному вывозу тела из Парижа.
Эти анекдоты, дошедшие до нас благодаря мемуарам современников, показывают Вольтера не только как великого мыслителя, но и как виртуоза слова, умевшего превращать любую ситуацию в повод для остроумного высказывания. Его юмор был оружием против ханжества, глупости и лицемерия - тех самых "гадин", которые он призывал "раздавить".
Как отмечал биограф Вольтера Иван Ливанов: "Его шутки были продолжением философии другими средствами - такими же острыми, как перо, и такими же опасными для предрассудков, как самые смелые трактаты". Сегодня, спустя почти три столетия, эти истории не только вызывают улыбку, но и заставляют задуматься о природе подлинного остроумия, которое всегда было спутником свободной мысли.