Илона начала действовать немедленно. Уже вечером она позвонила своему знакомому пластическому хирургу, у которого делала себе красивый, выдающийся бюст, корректировала форму носа, и который мастерски владел искусством введения филлеров и ботокса…, и напросилась на встречу. Он назначил время, и вот сейчас она ехала к нему.
«Чёрт…, не подумала. Ему же надо показать пару фоток, - хлопнула она себя по коленке и закусила нижнюю губу. – Ай, да что я…, сейчас найду в интернете и готово», - быстро нашла она выход из затруднительного положения. Так она и сделала.
Глава 39
Через какое-то время Илона уже была в частной клинике и сидела в кабинете у врача.
- Ну, рассказывайте, Илона Георгиевна, что вы на этот раз хотите себе сделать, - внимательно смотрели на неё карие глаза врача из-под очков в модной оправе. – На мой взгляд, вы само совершенство, - сделал он ей комплемент.
- Нет, нет, Роман Семёнович, я ничего не хочу пока менять. Я у вас хочу проконсультироваться. Один мой друг хочет поменять внешность…, ну, хочет себе другое лицо. В вашей клинике возможно это сделать, - спросила Илона с очень серьёзным видом.
- Илона Георгиевна, вы же знаете, какие сейчас возможности. Пластическая хирургия шагнула далеко вперёд. Возможно всё, - ответил врач.
- Вот смотрите, - Илона нашла в своём телефоне фотографию мужчины и показала её Роману Семёновичу. – Вот он хочет иметь такое лицо, - Илона показала фотографию другого мужчины.
Роман Семёнович внимательно рассматривал лица на фотографиях.
- М-да, клиент хочет что-то поменять…, мы всегда готовы ему в этом помочь. Вероятно, у него есть причины, - вздохнул он. - Не каждый решится так радикально изменить себя, - отдал он Илоне её телефон. – Конечно, мы сможем сделать и это…
- Сколько, - перебила его Илона.
- Что сколько? – не понял вопроса врач.
- Сколько времени потребуется? – уточнила вопрос Илона.
- Точно я не могу сказать.
- Ну, хотя бы примерно скажите. Год? Полгода?
- Да, ну, бросьте… Всё гораздо быстрее. Зависит от выбранной тактики.
- А по стоимости…, сколько?
- Всё индивидуально. Смотря что и как делать, - улыбнулся Роман Семёнович. – Илона, дорогая, у вашего друга прекрасное лицо, но мы сделаем всё, что он пожелает. Стоимость обговорим на консультации.
- То есть, вы гарантируете полное сходство?
- В нашей клинике лучшие ланцеты, - с гордостью вскинул голову пластический хирург. – Вы же знаете, – смотрел он на её идеальное лицо своей работы.
- Знаю, - идеальные губы Илоны, накрашенные бордовой помадой сомкнулись. – Поэтому и пришла к вам. Человек хочет полностью изменить свою внешность, и стать как другой…
- У нас лучшие специалисты, профессионалы высочайшего уровня… Знаете, в девяностые многие мои коллеги не груди и носики делали, а бандюков перекраивали…, - задумчиво добавил врач, - Многие поплатились за это жизнями…
- Ну, это не тот случай, - тут же ответила Илона.
- Да, разумеется.
- А конфиденциальность?
- Гарантируем!
- Прекрасно, - Илона на секунду задумалась, и пристально посмотрела на Романа Семёновича, - «нет, это не он. Нет…», - подумала она, распрощалась, и вышла из клиники.
**** ****
Иван Непомнящий привыкал к жизни в особняке. Он был убеждён, что он и есть Аркадий Борисович Хайман, которого немного не долечили в клинике.
На консилиуме профессоры-нейрохирурги не пришли к общему мнению относительно процесса восстановления его памяти. Одни сомневались, что функции мозга после такой травмы восстановятся полностью, другие же трясли снимками МРТ, и с пеной у рта доказывали, что с мозгом Хаймана всё в порядке, и дело даже уже не в физиологии, сколько в психологии, точнее психосоматике. Третьи вообще не видели никаких проблем, указывая на заключения психотерапевтов, в которых говорилось, что Аркадий Борисович вполне адекватен, ориентируется во времени и пространстве, уверенно поддерживает разговор, и очень скучает по детям… В одном все специалисты были единодушны: Аркадию Борисовичу не нужно спешить и нагружать себя работой. Нервное напряжение, без которого никак в бизнесе, ему сейчас ни к чему. С этим условием его и выписали из клиники, однако, лечение ещё не закончено. Реабилитация будет продолжена дома. Физиологи, массажисты, тренеры, нейропсихологи будут приезжать в особняк, и продолжать работу по полному восстановлению Хаймана.
Иван Непомнящий «впитал» в себя Хаймана, которого видел на экране телевизора, смотря этот бесконечный «сериал» про миллиардера, который скомпоновала Ангелина из сотен разных видео, и который не прекращался даже ночью. Даже ночью Иван слышал смех, ругань, шутки, рассказы Аркадия Борисовича. Поэтому ни у кого, кто видел его сейчас, не было никаких сомнений, что перед ними «великий и ужасный Хайман», собственной персоной, а не человек, как две капли воды похожий на него. Он верил, что он Хайман, и все остальные тоже верили в это.
Много времени Иван проводил в саду, гуляя по бесконечным дорожкам, между идеально подстриженных кустов и деревьев, а иногда забредал в уголок нетронутого леса, который также был в собственности Хаймана. Он много думал о «женах», «трёх своих бывших», и одной «нынешней». Три пришли к нему в больницу. Одна из них очень много времени посвятила ему в этот непростой период…, и он ей очень признателен… Но Илона…, он никак не мог понять её. Она не проявила никакого интереса к его судьбе. Ни разу не появилась в больнице. Она не жила в его доме в его отсутствии… Её никто не видел из его приближенных кроме как в офисе… И это её заявление про «отжать её бизнес»… И к тому же она не родила ему ребёнка, как это делали её предшественницы. И явно не стремилась, не желала этого. Эти мысли всё больше беспокоили Ивана.
«Со всем этим надо что-то делать, - думал он. – Илона совсем не ангел… С кем-то поговорить? – задумался он. – Ну, не с друзьями же… Панин? С ним такие вопросы не обсуждают. Анисимов? Не знаю…» - он сел на скамейку, и посмотрел на небо. Из серой тучи падали мелкие снежинки…
**** ****
На Урале уже наступила зима.
«Бабкин» домишко Трофима оказался крепким домом из добротного бруса. Тёплый, уютный. Уюта добавляли многочисленные шкуры, в том числе огромная, медведя, которая валялась на полу, вместо ковра, в большой комнате.
- Трофим, а медведя тоже ты завалил? – спросил Аркадий Борисович.
- Я, Мишань, я, - ответил его спаситель, разводя огонь в печке, - вот этими руками…, - он потряс своими огромными ручищами. – Пошёл за грибами тогда, да ружьё чёт не взял… А тут он… ладно нож был…, - без особых подробностей рассказывал суровый мужчина.
Аркадий Борисович представил габариты медведя, мысленно наполнив объёмом шкуру…
«Кто ты, человек? - пронеслось у него в голове. – Явно не простой собиратель травок… Взять почти голыми руками медведя, метко стрелять дичь… И твои росписи на теле…»