Роман произнес роковые слова, глядя в пол и теребя край салфетки.
— Валя, мне нужно продать дом. Инга беременна, а здесь далеко от больницы...
Валентина поставила кружку с чаем на стол и во все глаза посмотрела на брата.
— Че-его?! Как продать? — изумленно заморгала она. — Но ведь…
— Я не думал, что придется, — сконфуженно проговорил Роман. — Но, Валь... мне реально нужны деньги на квартиру в городе. Инга вот-вот родит…
Валентина шумно выдохнула и провела рукой по лицу.
— Господи, да как же это так-то?! — подумала она. — Три года я обустраивала этот дом, вкладывала в него последние деньги, силы, душу наконец… И вот, на тебе. Как снег на голову. Да уж, учудил ты, братец… И что теперь делать-то?
— А куда же я? — шепотом спросила она. — Рома, да я же… Да что же ты творишь-то?!
— Ну, Валь, ну я же не выгоняю тебя на улицу! — воскликнул брат. — И прямо сейчас уйти не требую. Ищи жилье, да и съезжай. Или к дочке поезжай… Делов-то. Если надо, я помогу.
Уединившись в своей комнате, Валентина принялась размышлять.
— Ну хорошо, — думала она, — допустим, я найду приличную квартиру. А на что снимать? На свои двадцать три тысячи? Да за такие деньги только углы с тараканами сдают!
Нужно было что-то делать. Вот только что?
***
Последние несколько лет Валентина жила в этом доме вместе с родной тетей Зиной и ухаживала за ней, когда та слегла. Валентина доли в доме, расположенном в пригороде, не имела, а была только прописана там.
— Все это и так твое, — говорила тетушка, — есть еще Ромка, конечно… Впрочем, у него там все хорошо.
Попросить о том, чтобы оформить на нее дом юридически, Валентина, перебравшаяся к тете после тяжелого развода, не могла, неудобно было. А та не предлагала. Разве что однажды, вернувшись от Романа, который жил и работал в другом городе, попросила племянницу:
— Надо бы нам с тобой, Валя, к нотариусу заглянуть. Напомни мне через недельку, ладно?
Валентина согласилась. А через неделю восьмидесятитрехлетняя тетушка слегла и больше не встала…
— А может… — вдруг подумала Валентина. — Есть в тетушкиных документах хоть что-нибудь в мою пользу? Не зря же она тогда про юриста заговорила… Может быть, хотя бы часть дома получится спасти? Тетя меня любила…
Вечером, когда брат уехал по делам, Валентина поднялась на чердак, куда еще при жизни тетушки складывалось и то, что жалко было выбросить, и всякое другое. Тетя Зина в последние годы жила прошлым и бережно хранила всякие письма и тетрадки с дневниковыми записями.
***
Валентина долго перебирала конверты, квитанции, старые фотографии… И вдруг наткнулась на относительно свежий и тщательно запечатанный конверт. В нем лежал аккуратно сложенный вдвое лист. Женщина развернула его и прочитала:
«Завещаю племяннице, Валентине Ивановне Кошелевой, дом и все имущество...»
Она выдохнула, опустила лист, затем с бешено колотящимся сердцем стала читать дальше.
Как оказалось, тетя Зина все-таки составила завещание! Да, у нотариуса она его заверить не успела, но все-таки… Тетя хотела оставить дом именно ей, а не Роману!
Валентина прижала листок к груди. Вот оно! Может быть, это все изменит? Может быть, с этим документом удастся что-то сделать?
***
На следующий день она помчалась к юристу. Впрочем, тот только головой покачал.
— Я понимаю ваше желание, но этот документ ничего не изменит. Он не заверен, соответственно, не имеет юридической силы.
— Но ведь это доказательство намерений! — настаивала Валентина. — Тетя хотела оставить дом мне!
— Хотеть съесть шоколадку и съесть шоколадку — это разные вещи, — резонно заметил юрист. — Надеюсь, вы извините мне мою лексику, но это, по-простому говоря, филькина грамота. Я все понимаю, но по закону это… Эм… намерение вашей тети, увы, не имеет юридической силы.
— Я понимаю, — сказала Валентина, — но все-таки давайте попробуем составить исковое заявление? Хуже-то в любом случае не будет.
Адвокат пожал плечами и принялся составлять исковое заявление.
***
Вечером Валентина решила поговорить с братом.
— Слушай, Ромчик, дело такое. Я тут разбирала бумаги и нашла тетино завещание.
— Какое еще завещание? — нахмурился Роман.
Валентина протянула Роману найденное завещание. Тот пробежал глазами по строчкам и покачал головой.
— Валюш, ну ты чего… Это же… ну просто смешно, в конце концов. Это не заверенный нотариально черновик.
— Но ведь это доказательство ее намерений!
Брат посмотрел на женщину почти с жалостью.
— Валь… Я все понимаю, но… — он вздохнул и протянул ей листок. — На твоем месте я бы не тратил на это время. Есть реальное завещание, в котором указан я. Поэтому, Валюш, забей.
Когда брат вышел, Валентина покачала головой и усмехнулась.
— Забить? — мысленно обратилась она к Роману. — Ты бы, интересно, забил, если бы тебя родственники пытались лишить крыши над головой?!
На следующее утро с Валентиной связался юрист, заручившись его поддержкой, женщина подала в суд.
Однажды вечером брат вернулся домой мрачнее тучи.
— Что случилось? — спросила Инга.
— Да так, — он махнул рукой и перевел взгляд на сестру. — Валя, вот зачем ты так, а? Мы же вроде как поговорили и все обсудили…
— Да что случилось, Рома? — занервничала Инга.
— Да все в порядке, не нервничай только. Валя, зря ты вот это начинаешь…
— Рома, да ты скажешь мне, что происходит или нет?
— Может, и зря, — улыбнулась Валентина. — А может, и нет. Попробовать однозначно стоит.
— Да вы о чем?! — повысила голос Инга. — Рома! Объясни! Я имею право знать!
Роман посмотрел на жену и, стараясь говорить как можно мягче, произнес:
— Валя подала в суд на оспаривание наследства.
— Чего? — захлопала ресницами Инга. — Зачем в суд? Все же прозрачно! Мы наследники… Ну, то есть ты наследник. И мы продаем этот дом! Все решено же!
Она требовательно посмотрела на Валентину.
— Ты чего добиться-то пытаешься?
— Справедливости, — отозвалась Валентина. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔