Оззи Осборн о гитаристах, с которыми он работал

Недавно от нас ушла легенда — Оззи Осборн скончался в возрасте 76 лет всего через пару недель после своего последнего выступления с Black Sabbath на концерте «Back to the Beginning» с участием мировых звёзд рока.

В память о легендарном музыканте мы публикуем отрывок из его интервью для журнала Guitar World, которое было опубликовано в 1990 году.

Давайте начнём с ваших прошлых гитаристов. Как вы нашли Рэнди Роудса?

«Это было довольно необычно. Я участвовал в Black Sabbath ещё со школы, и вдруг Тони Айомми уволил меня из группы. Для меня это стало шоком, потому что Black Sabbath всегда были рядом. Я был не в себе от наркотиков и алкоголя и оказался в ситуации, когда нужно было собирать группу. Я никогда раньше никого не прослушивал и был в ужасе.

Процесс прослушивания был неловким. Как сказать кому-то, что он не тот, кого ты ищешь? В то время все пытались клонировать Джими Хендрикса. Я не слышал ничего, кроме риффов "Purple Haze" и "Foxy Lady". Один парень даже подключил несколько магнитофонов и использовал эхо, чтобы одновременно играть и соло, и ритм в песнях Хендрикса. Это был кошмар!

Я уже почти сдался, когда кто-то рассказал Шэрон о том, что в городе есть отличный гитарист по имени Рэнди Роудс. Вскоре после этого Рэнди пришёл в мою лос-анджелесскую квартиру. Он был таким хрупким, миниатюрным и женоподобным, что я подумал: "О нет, о чёрт". Но из вежливости я пригласил его сыграть на следующий день.

К сожалению, когда он пришёл, я был под кайфом. То есть я был на другой планете. Кто-то разбудил меня и сказал: "Он здесь!" Я поднял голову, и Рэнди начал играть через крошечный усилитель. Даже в полубессознательном состоянии я почувствовал, как он снёс мне крышу. Я сказал ему, чтобы он приходил на следующий день, и он получил место в группе.

На следующий день я рассказал кому-то, что мне приснилось, будто я нанял гитариста. Они сказали, что мне это не приснилось и что он придёт в тот же день. Я подумал: "О боже, что я наделал? Надеюсь, он умеет играть!"»

Как вы узнаёте, подходит вам гитарист или нет?

«Это как поход в магазин за новым костюмом: там может быть множество синих костюмов, но только один тебя зацепит. Нет никакого ритуала, нет никакой формулы. Мне просто повезло, что всем нравится мой вкус в отношении гитаристов».

Какие у Рэнди были слабые места как у гитариста? Были ли какие-то аспекты, в которых вам приходилось ему помогать?

«На самом деле у него не было никаких слабых мест. Я был единственным, кому бы стоило поработать над собой. Я родом из Black Sabbath, а Тони Айомми был немного тираном. Его отношение было таким: я — певец, мне отведено своё место, и если я не могу ничего придумать, то мне конец.

А Рэнди работал со мной. У Рэнди было терпение, потому что он был преподавателем игры на гитаре. Для него это была потенциально очень неприятная ситуация, потому что я не умел играть на музыкальном инструменте. Но он всегда поддерживал меня и говорил что-то вроде: "Попробуй эту ноту здесь" или "Попробуй эту тональность".

Это было похоже на посещение музыкальной школы. Рэнди сыграл огромную роль в том, чтобы вытащить наружу мою суть. Первые два альбома Оззи — это, безусловно, самые крутые пластинки из всех, что я когда-либо создавал. Он был слишком хорош, чтобы это продолжалось слишком долго».

У вас с Рэнди было взаимопонимание.

«Да, и сейчас я думаю, что оно пропало, но никогда не знаешь, что произойдёт. Я никогда не был уверен в том, что моя работа с Black Sabbath принесёт успех. Раньше я думал, что всё это было слишком обыденно, но, похоже, эта музыка выдержала испытание временем. Мы никогда не ценим того, что у нас есть, пока не потеряем».

Должно быть, вы почувствовали больше уверенности, когда нашли Джейка И. Ли.

«Не совсем. Я понимал, что гитарист должен хорошо выглядеть и иметь правильное отношение к делу, но кроме этого... Рэнди был исключением. Он был словно с другой планеты.

Однажды Рэнди пришёл ко мне и сказал: "С меня хватит этого рок-н-ролла, я хочу получить музыкальную степень в Калифорнийском университете". Я ответил ему: "Почему бы тебе не подождать несколько лет, чтобы заработать немного денег и обрести успех? Ты всегда сможешь получить степень, даже когда тебе будет 90, если захочешь". Но он хотел учиться прямо тогда.

Он начал часами практиковаться и выписывать собственные формулы — диады, ниады или как их там называют. Изо дня в день всё свободное время он проводил, играя на гитаре фламенко. Он был музыкантом в истинном смысле этого слова. Инструмент был продолжением его личности.

Когда мы записывали "Diary of a Madman", он пропадал в студии на несколько дней. Я спрашивал его, что он делает, а он отвечал: "Я работаю над этим соло и всё никак не могу его сыграть". Наконец у него получалось, он звонил мне и говорил: "Послушай это". И мне всегда срывало крышу.

В этом разница между гитаристами: есть парни, которые с вихрем проносятся по ладам, и у одних есть эмоции, а у других нет. Рэнди и Эдди Ван Хален были на вершине, а все остальные — на втором месте.

Ингви Мальмстин, возможно, способен играть удивительные вещи, но он слишком холоден. Это уму непостижимо. А что касается Стива Вая — это сродни тому, когда ты смотришь на то, как хороший механик за три секунды разбирает двигатель и восстанавливает его. Он заставляет всё работать идеально, но при этом нет никаких мелких приятных огрехов, которые заставляют всё звучать человечнее».

Хорошо, а что насчёт Джейка?

«Первые три дня Джейк был хорош, а потом захотел взять всё в свои руки. Рэнди был не таким — он был крутым. Я бы не сказал, что мы с Джейком ладили, но и не сказал бы, что мы не ладили. Но в последние несколько лет он стал очень сдержанным, и с ним было трудно общаться.

Мы жили вместе в доме в Беверли-Хиллз и никогда не разговаривали! Это было не потому, что мы не любили друг друга. Нам просто нечего было сказать.

Это было похоже на те отношения, которые у меня были с Тони Айомми. Мы собирались вместе на репетиции, сочиняли посредственную песню, а потом расходились по своим делам. Я не хотел подобных отношений с Джейком, но в них зародилось нагноение. Я не хотел допускать подобного. Если я спрашиваю: "Что ты об этом думаешь?", мне нужна реакция. Если она будет отрицательной, мы попробуем что-нибудь другое, это не проблема. Но Джейк пожимал плечами, поднимал бровь и уходил.

Слово "группа" означает группу людей — армию, взвод, подразделение. Цепь крепка лишь настолько, насколько прочно её самое слабое звено. Если нарушена связь: "Отличное название для песни", у вас нет единства.

Если честно, у Джейка была потрясающая харизма, и он был отличным гитаристом».

Что помогло Закку выделиться?

«Это странная история, но это чистая правда. Это был плохой период для меня, потому что я устал от прослушивания людей — барабанщиков, басистов, клавишников, да кого угодно. Пришло время прослушивать ещё одного гитариста. Искра угасла, возможно, из-за моих проблем с наркотиками и алкоголем. У меня было много личных проблем, связанных с разными вещами, плюс я устал.

Я попросил ребят, которые были в группе в то время, объявить, что мне нужен кто-то, и попросить прислать мне резюме. Я прослушал около 50 человек. Некоторые из них были просто уморительны. Я попросил одного парня сыграть что-то в определённой тональности. Он сказал: "Мне кажется, в другой тональности будет лучше". Я ответил: "Нет, не лучше. Просто сыграй её в той тональности, в которой она была написана". Он снова запротестовал, и я подумал: "Какого чёрта я здесь делаю? Я до предела устал от перелётов и спорю с каким-то идиотом-гитаристом".

Потом были все эти клоны Эдди Ван Халена на стероидах. Они играли как Ван Хален, стоя на голове и прыгая на одной ноге. Один парень даже играл как Эдди, заглатывая меч!

Однажды утром передо мной разложили кучу кассет, и я помню, как выбрал одну из тысяч и сказал: "Смотри-ка, клон Рэнди Роудса". Это была фотография какого-то парня с длинными светлыми волосами, играющего на Les Paul Custom. Я даже не смог заставить себя послушать его запись. Я бросил её обратно в кучу и забыл о ней.

Примерно через полгода мой барабанщик Рэнди Кастильо сказал: "Я нашёл отличного гитариста из Нью-Джерси, и его зовут Закк". Я пришёл на прослушивание и понял, что видел его раньше, но не мог вспомнить где. Он сыграл весь мой каталог, нота в ноту.

Я попросил его сыграть что-нибудь своё, и он сыграл несколько акустических композиций и несколько классических. В его игре чувствовались прыть и искра. И тут я понял, где я видел Закка раньше: это был клон Рэнди Роудса на фотографии, тот самый, которого я выбрал из тысяч. Только оказалось, что он вовсе не был клоном Рэнди. Рэнди выглядел бы муравьём рядом с Закком.

У выбора в пользу Закка было много преимуществ. Он следил за моей карьерой и знал мои песни лучше, чем я сам. Мы поняли, что его будет несложно вписать в коллектив».

Вы уже давно работаете с Закком. В чём, по-вашему, его сильные стороны?

«Это сложный вопрос. Он ещё очень молод и очень впечатлителен. Я думаю, он всё ещё прокладывает свой собственный путь».

В чём недостатки работы с молодыми музыкантами?

«Я постоянно думаю о том, что мне бы очень хотелось поработать над проектом с музыкантами моего возраста. Думаю, мне лучше сделать это побыстрее, потому что с каждым годом людей моего возраста становится всё меньше. Я начинаю чувствовать себя папой или кем-то вроде того. Я не хочу быть дикарём рок-н-ролла слишком долго».

Вы могли бы пойти по пути Дэвида Ковердейла и нанять уже состоявшихся гитаристов, но, похоже, вы предпочитаете открывать новые таланты.

«Мне нужен тот, кто испытывает страсть к своему делу. Мне нужен тот, кто хочет выйти на сцену и переплюнуть Эдди Ван Халена. Я ищу эту страсть, эту способность добиться успеха».

Каким было ваше самое странное прослушивание?

«Их были тысячи. Один парень танцевал брейк-данс и крутился на спине на полу, играя дикие гитарные партии. Было много крутых гитаристов, но на них было ужасно смотреть. Существует же косметическая хирургия. Помимо того, что ты отличный гитарист, ты должен выглядеть соответствующе, ты должен уметь привлекать людей. Некоторые из тех, кого я прослушивал, выглядели так, что им в пору было участвовать в цирковом шоу.

Но я никогда не беспокоюсь о поиске музыкантов. Если бы Закк пришёл и сказал: "Я ухожу", я бы ответил: "Да благословит тебя Бог, прощай". Существует огромное количество великолепных музыкантов. На самом деле я часто удивляюсь, почему они ничего не делают, чтобы добиться успеха».

В группе должен быть интересный фронтмен.

«Да, вы правы. Хороших фронтменов не хватает. Эксл Роуз — лучший из тех, кого я видел за многие годы. Я снимался в фильме под названием "The Decline and Fall of Western Civilization, Part II: The Heavy Metal Years" вместе с несколькими группами. Я не мог поверить в ту чушь, которую несли в этом фильме. Казалось, что все говорят только о вечеринках и cekcе. А как насчёт того, чтобы участвовать в группе и исполнять музыку?

Guns N' Roses — отличное название для группы, и они кажутся преданными своему делу. Я не пытаюсь идти в ногу со временем, я действительно так думаю. Я считаю, у них отличный имидж. Всем нравятся плохие парни.

Взять хотя бы группу Stryper — это высшая форма лицемерия. Они носят ту же одежду, что и я, но они используют распятия и Библии. Разница в том, что никому не нравится слушать хороших парней. Я понял это много лет назад».

Как вы оцениваете Тони Айомми? Он левша, у него отрублены пальцы, ему приходилось настраивать свою гитару на три тона ниже, но в итоге он создал целый жанр.

«Вначале он был великолепен — он был мастером хеви-металлических риффов. Он был очень умным. Но я никогда по-настоящему не знал Тони, мы редко общались. Он был всемогущей фигурой в группе, а ещё он задира. Но я, должно быть, чему-то у него научился, потому что когда я ушёл, я неплохо справлялся сам. Я до сих пор поддерживаю связь с остальными участниками группы, но с Тони я не общаюсь, потому что мы никогда не разговаривали, когда я был в группе.

Он пугает. Честно говоря, под конец его игра мне наскучила, потому что все остальные прогрессировали, а он — нет. Наверное, с моей стороны это звучит несправедливо, учитывая его проблемы с пальцами. Я должен быть благодарен Black Sabbath. Но Тони нужно перестать писать о дьяволе и прочей ерунде — всё это уже было.

В конце концов, я думаю, хорошо, что я пошёл своей дорогой. Это стало раздражать, потому что Тони начинал делать хороший запил, а потом переходил к странным вещам. Всё становилось слишком сложным».