Историческая география Среднего Урала 17–18 веках (Ю.В. Коновалов).

Юрий Витальевич Коновалов

Юрий Витальевич Коновалов - основатель и первый председатель (1995-2005) Уральского историко-родословного общества (УИРО). С 2005 – заместитель председателя. Специализируется на изучении истории заселения Урала в XVII–XVIII веках.

1.5. Историческая география Среднего Урала 17–18 веках (Ю. В. Коновалов) - Школа краеведческой генеалогии: Учебно-методическое пособие для начинающих родоведов. / сост. Е. Ефремова. — Москва ; Екатеринбург : Кабинетный ученый, 2017. — 246 с.

1.5. Историческая география Среднего Урала 17–18 веках

К сожалению, до сих пор не существует справочника по административной истории Свердловской области ранее середины 19 века. Зачастую краеведам и генеалогам приходится долго разыскивать, а то и самостоятельно восстанавливать в архивах информацию об административном делении Среднего Урала. Задача данного параграфа — хотя бы отчасти заполнить эти пробелы и облегчить работу исследователям. До создания исчерпывающей истории административного устройства Среднего Урала, конечно, еще далеко. Вхождение Западной Сибири в состав Русского государства в конце 15 века поставило перед властями задачу управления огромной новой территорией. Воеводы первых русских городов в Сибири административно заведовали обширными пространствами с неопределенными границами и редким местным населением, выплачивающим ясак в царскую казну. Новые уезды формировались по мере создания новых центров управления. Для управления огромными сибирскими пространствами был сформирован Тобольский разряд, подчинявшийся Посольскому приказу. В 1599 году Тобольский разряд был переподчинен приказу Казанского дворца, а с 1637 года находился в подчинении новообразованного Сибирского приказа. Первым русским опорным пунктом восточнее Уральского хребта был Верхне-Тагильский городок, существовавший в 1584–1589 годах 161. Через него проходила главная «государева» дорога в Сибирь. В 1585 году на месте бывшей столицы хана Кучума поставили Тюмень162, а еще спустя год был основан Тобольск, ставший на много лет главным русским городом Сибири. Где проходили административные границы между этими городами в первые годы их существования, точно не известно. Очевидно, земли бассейна реки Туры были разделены между воеводами Верхне-Тагильского городка и Тюмени, возможно в месте впадения в Туру Тагила. В таком случае река Ница со всеми притоками должна была быть в ведении Тюмени с момента ее основания. В 1589 году в результате подчинения Пелымского княжества государева дорога была перенесена далеко на север и Верхне-Тагильский городок был ликвидирован163. С этого времени весь бассейн Туры управлялся из Тюмени. На месте бывшей вогульской крепости в 1593 году был поставлен город Пелым164, ставший центром Пелымского уезда. К концу 1590 годов государева дорога вернулась на Туру, но прошла не через Тагил, а через верховья самой Туры. Возникновение новых городов — Верхотурья (1598 год) и Туринска (1600 год) — привело к переустройству административной системы Западной Сибири. Бассейн реки Туры был разделен на три уезда. Отсутствие системы населенных пунктов и сухопутных дорог продиктовало размежевание уездов по водоразделам рек. В результате Верхотурью стали подведомственны верхнее течение Туры (до устья Тагила) и Тагил со всеми притоками, Туринску — среднее течение Туры (от устья Тагила до устья Ницы165) и огромные территории бассейнов ее притоков — Ницы, Нейвы, Режа, Ирбита и т. д. В грамоте от 20 сентября 1600 года о передаче ясачных волостей от Тюмени к Туринску сообщает первые сведения об обитателях берегов Ницы: «Да Епанчина ж збору на Нице против острогу во днище юрт Нагаев, 13 человек»166. Очевидно, что речь идет о главах семей, поэтому общая численность ясачных людей по Нице могла составлять около сотни. В дальнейшем Нагаев юрт распался. В более поздних документах на этой территории указано несколько ясачных волостей: Тентюкова (на современной карте — от села Голубковского до села Ключи), Ермолаева (от Ключей до деревни Бердюгиной), Калмакова (от Бердюгиной вниз по реке), Зензярова, Илчибаева, Кичюбаева, Тюряшиева (Тюрютиева)167. Бассейн реки Ирбит, видимо, входил в Калмакову волость. Статус новых городов изначально был различным, что и продиктовало во многом их дальнейшую судьбу. В Верхотурье была устроена таможня, контролировавшая потоки людей и товаров в Сибирь и обратно, что сразу поставило город в особое положение. Туринск же изначально рассматривался скорее как ямская станция, чем как административный центр. Первые управители Туринска даже не имели ранга воевод, довольствуясь положением письменных голов. Только назначение в Туринск в 1606 году Ивана Никитича Годунова повысило статус города, поскольку царскому родственнику было совсем уж не к лицу служить в письменных головах168. Но повышение ранга управителя не добавило значимости самому городу. Разница в статусе центров быстро привела к изменению границ подведомственных территорий в пользу Верхотурья. Процесс захватов был простым. Сибирским гарнизонам требовался хлеб и другие продукты сельского хозяйства. Одним из показателей успешной деятельности воевод было увеличение числа хлебопашцев и размеров пахотных земель. Власти Верхотурья, находясь на начале переселенческих путей, просто перехватывали всех желающих крестьянствовать и селили их от своего имени, получая затем соответствующее поощрение от правительства. В последний день 1612 года в Москве была выдана грамота, с которой ведется отсчет первого административного образования внутри Верхотурского уезда — Тагильской слободы. Грамотой разрешалось занимать земли «ямщикам и пашенным и торговым людям… на Тагиле реке на устье Мулгае и в верх по Мулгае и вниз по Тагиле по обе стороны пашенным местом где пригодитца»169. Инициатором прошения документ называет «Верхотурсково города ямщика» Сидора Чапурина. Очевидно, что места по Тагилу и Мугаю к этому моменту были хорошо известны верхотурцам. Государева дорога вдоль Туры была, по определению самих ямщиков, «крива и летом водяна и грязна», и вскоре начались поиски более удобного пути. Уже в январе 1602 года по челобитью туринских ямщиков царским указом было велено ясачным татарам, чтобы они «от Туринского острогу до Тагильсково устья дорогу розыскали и указали, куды ближе и прямее и суше ездити к Верхотурью». Естественно, верхотурские ямщики последовали примеру туринских и позаботились о перенесении своей части дороги на более удобный маршрут. В результате новая дорога из Сибири пролегла через Тагил немного ниже впадения Мугая и далее через волок к Верхотурью. О существовании этого волока сегодня напоминает название деревни Волоковой на границе Верхотурского и Алапаевского районов. Когда именно была проложена прямая дорога, точно не известно, но к 1612 году она уже существовала, как и поселения ямщиков вдоль нее. В 1612 году ситуация была только узаконена. В 1619 году произошло первое внедрение верхотурских поселенцев в туринские земли: в месте слияния Нейвы и Режа известный открыватель дороги из Прикамья в Сибирь Артемий Бабинов «с товарищи» отнял у ясачных татар «вотчину их ясашную на реке на Нище (Нице) на усть Реши (Режа) речки, поставил деревню насильством». Верхотурские власти разрешили ему «в тех урочищах деревня поставить и пашня распахать». Но по отписке туринского воеводы из Москвы 4 июля 1620 года был отправлен наказ вернуть землю ясачным татарам. Артемий Бабинов покинул берега Нейвы, но его действия вызвали пересмотр границ между Туринским и Верхотурским уездами, в результате которого именно эта точка была определена как новый рубеж двух уездов, а земли по Нейве и Режу были признаны за Верхотурьем170. Г. Ф. Миллер вышеупомянутые события посчитал началом Невьянской слободы, на основании чего объявил датой ее основания 1619 год, а человеком, призвавшим первых крестьян, — Артемия Бабинова171. В действительности жеречь шла не о слободе, а об одной деревне. После 1620 года Бабинов среди жителей этих мест не упоминается, но, возможно, кто‑то из его не названных по имени «товарищей» поселился здесь в дальнейшем. Действительным основателем Невьянской слободы был Федор Иванович Тараканов, проводивший в 1621 году перепись Верхотурского уезда172. В ходе переписи и был осуществлен прибор «на новые места меж Верхотурья и Туринского острогу в стороне на поле от Верхотурья сто тритцать верст на Невью реку и на Реж реку». Всего им было прибрано 47 человек173. Это же число называет и грамота из Москвы на Верхотурье, написанная 11 декабря 1621 года. В тексте грамоты сказано, что призваны крестьяне были «в прошлом во 129 году»174, то есть заселение произошло до 1 сентября 1621 года. Одновременно с крестьянской началась и монастырская колонизация берегов Нейвы. В 1621 году основывается Невьянский Спасский Богоявленский монастырь. Начал его строительство старец Соловецкого монастыря Серапион по благословлению тобольского архиепископа Киприяна. Отведено было под монастырь «от речки от Тетери по речку Молебку чистые места верстах на десяти и больше». Шло строительство неспешно: к 1624 году было «рублено двенадцать венцов да поставлено кельишко да клетишко»175. Видимо, сказывалось отсутствие свободных рабочих рук. В 1620 / 21 году, сразу после основания архиепископства в Тобольске, земли при устье Ницы, входившие в Тюменский уезд, были отданы под пахоту Софийскому владычному дому. Причем присмотрел их лично владыка Киприян, когда ехал в Тобольск. Так была основана митрополичья Усть-Ницынская слобода. В ближайшие же годы владения архиепископа были в несколько раз увеличены176. Административно слобода перешла в ведение Тобольского уезда. В 1622 / 23 году властями Туринского уезда «в Кичюбаеве и Тюрютиеве волости устроена государева слобода на Чубарове городище»177 — первое русское поселение на реке Нице. Первопоселенцам Невьянской слободы рубежи отведенных им земель оказались тесны, и они почти сразу начали их раздвигать: 15 мая 1623 года невьянским пашенным крестьянам Голубчикову, Новоселову и Зогзину ясачный человек Туринского уезда Никита Тентяков продал «на Нице водчину свою на нис Нице на левой стороне с верх конца с Кедровского болота вниз по реке по Боровой больший бор»178. В результате этой сделки границы угодий невьянских крестьян (фактически — Невьянской слободы и Верхотурского уезда) отодвинулись на восток до нынешней границы Алапаевского и Ирбитского районов. В 1624 году в границах Тюменского уезда на Нице была поставлена слобода179, называвшаяся изначально просто Ницынской. После основания выше по реке другой слободы название изменили на Нижне-Ницынскую. Позже его вытеснило название Красная. К 1625 году в составе Пелымского уезда существовали Таборинская волость «вниз по Тавде от города в трех днищах» и Гаринская слобода «по Тавде реке от города от Пелыми в дву днищах»180. На этом административное развитие Пелымского уезда, ввиду отсутствия пригодных к обработке земель, закончилось. В 1625 году была основана Новая слобода181, занявшая берега Нейвы от западных границ Невьянского монастыря до устья Алапаихи. Новая слобода просуществовала недолго, войдя к началу тридцатых годов в состав Невьянской слободы. В 1626 / 27 году верхотурскими властями на территории Тентюковой и Ермолаевой волостей (то есть в Туринском уезде) была основана Ницынская слобода182. Не только Верхотурье теснило Туринск. Воеводы Тобольска, пользуясь статусом своего города, являвшегося административной столицей Сибири, еще более беззастенчиво перекраивали границы уездов в свою пользу. Если Верхотурье захватывало земли, еще не охваченные крестьянской колонизацией, то в 1626 / 27 году из Тобольска «учали ведать» Чубарову слободу183. В 1627 или 1628 году была основана слобода «на Красной елани на Иванчинском займище» — на реке Нице в пределах Туринского уезда184. В документах сначала именовалась Верх-Ницынской, позже — Еланской (сейчас — Елань Байкаловского района). В 1628 году становится известно о рудном болоте на Нице между Невьянской и Ницынской слободами, где в 1629 / 30 года верхотурскими служилыми людьми было налажено железоделательное производство185 (сейчас — село Рудное). При нем организуется особая группа населения, занятая исключительно обеспечением этого производства. В 1629 году Сибирь была разделена на Тобольский и Томский разряды. Все уезды на территории Свердловской области остались в Тобольском разряде186. В 1631 / 32 году при впадении Ирбита в Ницу основывается Ирбитская слобода187 и таким образом берега реки Ирбит включаются в состав Верхотурского уезда. В 1634 / 35 году тобольские власти основывают Киргинскую слободу188, сомкнув таким образом границы Верхотурского и Тобольского уездов на Нице. В результате к середине 1630 годов юго-западные рубежи Туринского уезда сократились до левобережья реки Ницы, а южные отодвинулись от устья Ницы вверх по Туре до современного села Сладковского. Особенностью переноса административных границ было то, что ясачное население новых верхотурских слобод продолжало подчиняться Туринску. Это обстоятельство ставило ясачных в очень невыгодное положение, так как слободские приказчики и крестьяне не считали нужным выполнять распоряжения туринских властей, а при переносе разбирательств на воеводский уровень власти Верхотурья, естественно, отстаивали интересы «своих»189. Туринск вынужден был мириться с таким положением. Только в 1639 году воевода Никита Васильевич Кафтырев попробовал восстановить хотя бы частично позиции Туринска на Нице, пытаясь селить туринских крестьян среди деревень Ницынской слободы. Несколько лет переписки окончились в 1644 году признанием реально существующих границ190, хотя отдельные разбирательства продолжались и позднее191. К середине тридцатых годов 17 века закончился первый этап формирования административной структуры на территории будущей Свердловской области, характеризующийся основательной перекройкой границ уездов. Некоторой особенностью этого периода было проявление рядовым населением инициативы в деле основания новых слобод (Тагильская и Невьянская), когда власти ставились перед свершившимися фактами. Позднее этого не наблюдалось. Усилия верхотурских властей были направлены на освоение территорий вдоль главных водных и сухопутных дорог в Сибирь, то есть в юго-восточном направлении, по рекам Тура, Тагил, Ница. Естественным завершением этого продвижения стало смыкание границ Верхотурского уезда с Тобольским. С середины тридцатых годов наблюдается смещение административной деятельности к западу. В 1636 / 37 году были прибраны первые крестьяне в новую Таицыну слободу192. Место, видимо, было не самым подходящим, так как к 1641 году в слободе числилось всего шесть человек193. К 1645 году слобода исчезает из делопроизводства. Ввиду недолгого существования точное месторасположение слободы пока неясно, но по порядку записи в крестьянских книгах видно, что находилась она где‑то на территории Верхотурского подгородья. В 1637 году появляется Арамашевская слобода. Первые годы существования в документах она именуется «Новая слобода на Невье на речке Окшарке (Ошкарке)»194, что усложнило поиск ранних сведений и породило несколько умозрительных версий о дате ее основания. Дополнительные проблемы добавляет тот факт, что речка Ошкарка не впадает в Нейву (Невью). Но видение канцеляристов 17 века отличается от привычного для нас. «На Невье» означает, что слободу рассматривали как часть (или продолжение) Невьянской, а «на Окшарке» — то, что ее территория начиналась за этой речкой, ставшей границей двух слобод. Сравнение списков живущих «на Окшарке» с более поздними списками крестьян Арамашевской слободы195 показывает, что это одни и те же люди. Выше Невьянской слободы по Нейве в 1639 году возникла Мурзинская слобода196. Она ставилась в глубине Верхотурского уезда верхотурскими властями, и первые крестьяне были набраны в верхотурских слободах. Однако в силу не очень понятных обстоятельств административно Мурзинская слобода вошла в Тобольский уезд, существуя следующие семьдесят лет как анклав, полностью окруженный верхотурскими слободами. В 1638 / 39 году в Туринском уезде была создана единственная пахотная слобода «на Высоком поле на Сусатке». В 1640 году в слободе была построена Благовещенская церковь197. С этого времени слобода именуется Благовещенской. Церковь не стояла в стороне от хозяйственного освоения Среднего Урала. В 1637 / 38 году крестьянин Ницынской слободы Тимошка Удимцов дал вкладом в Невьянский Богоявленский монастырь курью на реке Нице. В 1642 / 43 году монастырь прикупил у ясачного татарина кусок земли под пашню и покосы198. На этой территории была поставлена монастырская деревня Курьинская. В 1642 / 43 году тобольские власти дали распоряжение ставить новую слободу на Туре выше Усть-Ницынской митропольей слободы. Но фактически заселить слободу удалось только к 1646 году. На первом этапе существования по своему основателю слободчику Давыду Андрееву именовалась Давыдковской, позже закрепилось название Туринская199. Особой активностью в деле административного развития Верхотурского уезда отличался воевода Максим Федорович Стрешнев. За два года его воеводства (1644–1646 годы) было предпринято три попытки поставить новые слободы, правда, не все оказались удачными. В 1644 году Стрешневым поставлена Белослудская слобода. Записи об этом содержат именные крестьянские книги: «Да в прошлом во 152 году при воеводе при Максиме Стрешневе да при подьячем при Максиме Лихачове в Верхотурском уезде за Ирбитцкою слободою заведена новая Белослудцкая слобода»200. В том же 1644 году была основана Усть-Ирбитская слобода, ранняя история которой ставила в тупик исследователей. Название слободы заставляет искать ее в низовьях реки Ирбит. Но там стояла Ирбитская слобода. Г. Ф. Миллер предположил, что Усть-Ирбитская слобода была поставлена на Нице несколько ниже Ирбита, но «никогда не была достроена до конца, и со временем она потеряла свое первоначальное название, о котором теперь нет больше и помину»201. Действительно, в 1644 году, в разгар конфликта о границах Верхотурского и Туринского уездов, ницынский крестьянин Пятко Ощепков был назначен слободчиком новой слободы, которую планировалось поставить на спорных с Туринском землях в «чертеже» Ницынской слободы, то есть выше Ирбитской. Но позже слобода с названием Усть-Ирбитская обнаруживается гораздо южнее — на речке Бобровке, притоке Ирбита (сейчас — село Скородумское). В 1680 году это слободка в составе Белослудской слободы202. Видимо, перенося слободу на новое место, инициатор этого действия (Ощепков?) решил сэкономить время на получение новых бумаг от властей и воспользовался теми, которые у него уже были, что и сохранило название Усть-Ирбитская. В одном из спорных дел сообщается, что границу между Ирбитской и Усть-Ирбитской слободами отмежевали в 7160 (1651 / 52) году203. Видимо, эту дату и следует считать временем переноса слободы и началом села Скородумского. Своеобразным напоминанием о том, что изначально слобода существовала на землях, оспариваемых властями Туринска, служит ее именование «Туринской» в одной из грамот 1653 года204. С 1645 года по документам прослеживается существование в Верхотурском уезде особой административной единицы — Верхотурского волока. В документах встречаются также название Суконский волок (1645 год) или описательно «по Усольской дороге на Ростесе и на Кырье и на Косве» (1666 год)205. Очевидно, что задачей местных крестьян (жильцов) было обеспечение передвижения через волок. В 1645 году была предпринята попытка поставить на Нейве новую слободу выше Мурзинской — «на Красном поле». Попытка не удалась, но отложился комплекс подготовительных документов, опираясь на который ряд исследователей датировали основание Краснопольской слободы 1644 или 1645 годом206 (см. ниже). 1646 годом датируется основание Пышминской слободы Верхотурского уезда (сейчас — пос. Пышма). Ее основателями считаются братья Ощепковы, по которым слобода в документах именуется вторым названием — Ощепкова207. Возможно, поводом для датировки послужила грамота 1646 года, в которой сказано «устроить в пашню на новое место во крестьяне, которово досматривал на Пышме реке Ницынские слободы прикащик Федор Воронов»208. Но в грамоте упоминаются власти Тобольска, Туринска и Тюмени и ни слова о Верхотурье. А река Пышма продолжалась далеко за рубежи Верхотурского уезда. В указанном документе 1646 года речь идет о Беляковской слободе (см. далее). Предполагаемые основатели Пышминской слободы, братья Ощепковы, в 1652 году еще числились крестьянами Усть-Ирбитской слободы209. Челобитье Пятка Ощепкова о заведении новой слободы на реке Пышме датируется 8 августа 1652 года210. В 1646 году было дано разрешение на постройку Беляковской слободы на Пышме. Но из‑за противодействия соседей строительство откладывалось. В 1649 / 50 году поступил новый приказ «строить слободу»211. Одиннадцатого сентября 1649 года Невьянскому монастырю были отведены земли на правом берегу Режа, где была основана заимка, ставшая со временем селом Покровским212. В 1651 году появляется единственная верхотурская слобода к западу от Уральских гор — Чусовская213. Вскоре слободчики попытались перевести слободу в ведомство Тобольского уезда. В 1653 году верхотурские власти добились восстановления прежних границ214. В 1654 году со второй попытки была основана Краснопольская слобода. Ее границы, видимо, были определены еще 1645 году, что позволило пресечь попытки захвата земель крестьянами Мурзинской слободы215. Роспись 1652 / 53 года определяет их следующим образом: «вверх по Невье реке от Мурзинской слободы с усть Беляковки речки, и вверх по Беляковке до Сапов, и вниз по нижнему Сапу до Режу реки, и вверх по Режу реке до вогульских Аятских пашен, и от вогульских пашен до Шигирского озера, и от Шигирского озера прямо на Тагил реку, и вниз по Тагилу до Гаевых заимки до усть Салды реки, а та Салда пала в Тагил, вниз по Тагилу с правую сторону и вверх по Салде до речек до Иви и до Нелбои, и по тем речкам х Красному полю впрям к Невье до усть Беляковки. И всего будет в длину от усть Беляковки речки до Шигирского озера 30 верст, а от Тагилу поперег до Сапов 25 верст. А в той в Краснопольской слободе на Красном поле и по Тагилу и по Сапам пашенных мест и сенных покосов по смете на 300 семей»216. В 1655 году на берегу Исети был поставлен Катайский острог (ныне — город Катайск Курганской области)217. До середины 17 века действовала единственная легальная дорога в Сибирь через Верхотурье. Все остальные пути считались нелегальными, и перемещение по ним по возможности пресекалось. Но жизнь диктовала развитие дорожной сети, и в 1650 годах было узаконено движение по Казанской тропе, проходившей несколько южнее современного Екатеринбурга (по линии Горный Щит — Арамиль и далее по Исети). Появление новой общедоступной дороги, естественно, привлекло внимание потенциальных переселенцев. В 1655 году было отдано распоряжение строить Верх-Чусовскую слободу «выше новой Чюсовской слободы за 10 верст с усть Черемшанки речки по Черемшанке речке вверх по обе стороны, да с верх Черемшанки речки прямо на Утку реку, да по Утке реке вниз по обе стороны до устья». Слободчиком в новую слободу был назначен Фрол Арапов218. Слобода, по всей видимости, не состоялась, так как в документе 1660 года Фрол назван просто «Чусовские слободы оброчным крестьянином»219. Территория несостоявшейся слободы была присоединена к Чусовской, которая позднее в документах проходила как Чусовская Уткинская. Из документа 1661 года, в котором разбирается спорное земельное дело, известно, что в августе 1657 / 58 года верхотурский казак Арамашевской слободы Иван Смола «с товарищи» запросил в Верхотурье разрешение поставить новую слободу на якобы пустующих землях «верх Режи реки с усть Глинки речки да вверх по Режу по обе стороны до верхних Сапов речки на вершину Глинки речки, а с верх Глинки речки до устья тое ж Глинки речки да по Бобровке реке по обе стороны». Но выяснилось, что земли эти числятся в «чертеже» Мурзинской слободы. Больше того, там уже имеется два крестьянских двора, числившиеся в переписи 1657 / 58 года. Спор был решен в пользу Мурзинской слободы. В 1657 / 58 году Невьянскому Богоявленскому монастырю были выделены земли на реке Пышме. Но заселить их удалось, видимо, несколько позже. По сведениям переписи 1680 года — «поселилися после переписных книг 167 (1658 / 59) году»220. В переписи Верхотурского уезда 1659 года упоминания о владениях монастыря на Пышме нет221. В конце пятидесятых годов, возможно, уже существовала Куярская (позже — Куяровская) слобода на Пышме. Точной даты основания определить пока не удалось, в дореволюционном справочнике Екатеринбургской епархии записано: «Куяровское село основано около 1675 года. Первые поселенцы — выходцы из центральной России — Батовы (по преданию)». По сведениям, собранным талицким краеведом И. К. Черданцевым, Куяровская слобода и ее приказчик Пантелеев упоминаются в связи с башкирским набегом 1662 года. Эту дату И. К. Черданцев и предлагает считать датой основания слободы222. Но привлечение новых архивных источников позволяет предполагать время основания Куяровской слободы несколько ранее. В переписи Тобольского уезда 1681–1683 годов в списке Куярской слободы двадцать дворохозяев (три казака и семнадцать крестьян) показаны пришедшими в 7170 (1661 / 62) году, но у двух дворохозяев указаны более ранние даты. Единственный в слободе бобыль Селиванко Микитин пришел «в Сибирь» в 7168 (1659 / 60) году, а писчий дьячек Мишка Борисов сын Ляпихин «в Куярской слободе живет в писчих дьячках со 167 (1658 / 59) году». Подтверждением того, что слобода существовала уже в пятидесятых годах 17 века, служит наличие в той же переписи четверых дворохозяев, показанных родившимися в самой слободе, то есть являющихся уже вторым поколением местных жителей. При этом у одного из них, Трошка Степанова сына Носко, показан восьмилетний сын223. Следовательно, сам Трошко родился не позднее 1658 года. Еще более весомый аргумент обнаруживается в списке Барневской слободы той же переписи: «Пушкарь. Во дворе Логинко Галахтионов сын Пясталов. Сказал: родился де он Тобольского ж уезду в Куяровской слободе, слободчиков сын. А в Барневской слободе живет в пушкарях со 188‑го (1679 / 80) году. У него сын Алешка 4 лет. У него ж брат Игнашка 15 лет»224. К сожалению, даты, приводимые переписью (особенно отстоящие на десятилетие и больше), не отличаются точностью, поэтому нуждаются в проверке. Но наличие в Куяровской слободе слободчика означает, что основана она раньше 1662 года, когда слободой руководил приказчик. В начале шестидесятых годов началась подготовка к крестьянскому освоению верховьев реки Исеть. В 1660 / 61 году крестьянин Мурзинской слободы Михаил Сарапулец предложил основать новую слободу при впадении речки Арамиль в Исеть. Тобольский воевода поддержал эту инициативу и послал приказчиков Мурзинской слободы «для досмотру земель»225. Но довести до конца дело не удалось: в 1662 году началось большое восстание башкир, затормозившее процесс создания новых слобод226. Этой датой (1662 год) завершается второй этап освоения Среднего Урала. Для него характерно продвижение в верховья рек, более нижнее течение которых было освоено ранее — Нейва, Реж, Ирбит, Чусовая. Кроме появления новых, наблюдалось расширение на юг границ ранее существовавших слобод. Особенно заметен этот процесс в Невьянской слободе, крестьяне которой к 1659 году основали деревни, отстоявшие от основной территории слободы на десятки километров — Глинскую и Писанец227. В результате башкирских нападений, поддержанных частью татар и вогулов, были разорены Арамашевская, Белослудская, Краснопольская, Усть-Ирбитская и Чусовская слободы. Пострадали южные деревни Ирбитской, Невьянской и Мурзинской слобод, владения Невьянского монастыря228. Отдельные столкновения продолжались до 1666 года. Еще до полного окончания боевых действий начался процесс восстановления разоренных поселений. Крестьянам Краснопольской слободы, разбежавшимся по окрестностям, в 1666 / 67 году были определены размеры повинностей и выданы ссуды на восстановление хозяйств229. Возобновился и процесс создания новых административных единиц. В 1668 году была основана Камышевская слобода на реке Пышме, название которой со временем видоизменилось в Камышловскую (сейчас — город Камышлов).

Вероятно, в 1668 / 69 году на Пышме между Беляковской и Куяровской слободами была основана Угецкая слобода, позже видоизменившая название на Уецкую. Запись о ее основании не найдена. Но в переписи Поскочина трое крестьян показанными пришедшими в слободу в 7177 (1668 / 69) году230.

В 1669–1670 годах появляется сразу три новых образования на территориях, выделенных из обширной, но малонаселенной Краснопольской слободы. В северо-восточном углу (между реками Тагилом и Салдой) была создана Верхне-Тагильская слобода (известна с января 1670 года)231. Это было вызвано перемещением южной дороги в Сибирь, проходившей с верховьев Чусовой вдоль Исети, на более северный маршрут, пересекавший реку Тагил в черте современного Нижнего Тагила232. На немногочисленных крестьян новой слободы возлагались таможенные обязанности233. Была введена необычная для этой территории форма налогообложения — денежный оброк. Юго-восточная часть Краснопольской слободы была отведена под новую Аятскую слободу, в которую вошли и соседние земли. Аятская слобода была поставлена на месте Аятской ясачной волости, жители которой приняли активное участие в башкирском восстании и, опасаясь возмездия, почти все «великим государем изменили, отъехали в поле»234. В бывшем юго-западном углу Краснопольской слободы в 1669 году начало действовать второе на Среднем Урале (после Невьянского) предприятие по производству железа, находившееся в частной собственности братьев Тумашевых; 17 июля 1670 года датируется предписание отвести земли «под новую слободу рудного дела». В 1675 году железоделательный завод Тумашевых был остановлен, а в 1677 году перестал быть их собственностью235. Территория несостоявшейся слободы вернулась в состав Краснопольской (деревня Федьковка). К марту 1670 года вблизи от недавно построенной Камышевской (Камышловской) была поставлена Красноярская слобода236. Между ними в 1670 / 71 году была выделена земля Верхотурскому Николаевскому монастырю, который основал Никольскую деревню, называвшуюся также Никольской Пышминской заимкой237 (сейчас — село Никольское Камышловского района).

В 1672 / 73 году на Исети был поставлен Колчеданский острог. Первыми его жителями стали драгуны, переселенные из Катайского острога238.

В 1673 / 74 году по соседству с верхотурской Камышловской слободой на Пышме была поставлена тобольская Калиновская слобода239. В 1673 / 74 году Невьянский монастырь передал западную часть своей Пышминской заимки тобольскому митрополиту. На этой территории было создано новое поселение240. В документах оно проходило как Митрополья Пышминская или Новая Пышминская слобода241. При создании слободы были выполнены не все бюрократические процедуры, что позволило в 1680 году ликвидировать владение тобольского митрополита на Пышме (см. далее). В 1674 году краснопольскими крестьянами было получено разрешение поставить новую слободу «на Руской дороге от Чюсовской слободы х Краснопольской слободе»242. Видимо, как и в случае с Верхне-Тагильской, делался расчет на функционирование новой дороги. В документах эта административная единица проходит как Сулемская слобода.

В 1675 / 76 году была со второй попытки поставлена Арамильская слобода243. Основал ее тот же Мишка Сарапулетин, который был инициатором первой попытки в 1661 / 62 году. Арамильская стала самой западной частью обширного Тобольского уезда. На следующий год была основана Буткинская (Будкинская) слобода в междуречье Пышмы и Исети, «от Беляковские слободы вверх по речке Беляковке в степь тритцать верст»244.

В 1678 году приказчику Чусовской слободы было поручено «вновь слободу строить на порожнем месте, а межи тем землям от Казанской дороге вверх по Чюсовой реке до Чюсового озера, а вниз по Чюсовой реке до Волчьей горы, на востоке до Исетских вод245. Но эта слобода не состоялась: в переписи 1680 года никакого упоминания о ней нет. В 1680 году в Верхотурском уезде прошла перепись населения. Писец Л. М. Поскочин не только фиксировал наличие жителей, но и обладал достаточно широкими полномочиями — верстка новых крестьян, решение земельных споров, организация и ликвидация административных образований. В ходе переписи в Верхотурском уезде исчезли три слободы. Верхне-Тагильская вошла в состав Тагильской слободы в виде деревень Медведевой и Шульгиной. При этом, в отличие от остальных жителей Тагильской слободы, крестьяне этих деревень остались на денежном оброке246. Интересно, что инициатива ликвидировать слободу в данном случае шла от самих ее жителей247. Из-за особого налогообложения их и в дальнейшем в документах продолжали выделять в составе Тагильской слободы в отдельную категорию. Например, в переписи 1710 года — «Верхтагильские денежные оброчные крестьяне»248. Сулемскую слободу Л. М. Поскочин зафиксировал как деревню Сулемскую в составе Чусовской Уткинской слободы249. Но память об «особости» Сулема сохранялась в делопроизводстве. Например, в переписи 1710 года в заголовке написано «Чусовской слободы», а в итоге: «И всего в Чюсовской и в Сулемеской слободах…»250. Видимо, не состоялись Верхне-Тагильская и Сулемская слободы из‑за возобновления южного пути вдоль Исети.Усть-Ирбитская слобода Поскочиным была включена в состав Белослудской. В переписи 1680 года она проходит как «Усть-Ирбитская слободка»251. В дальнейшем бывший центр слободы сменил название на Скородум. Также Л. М. Поскочиным была ликвидирована Митрополья слобода на Пышме и на ее месте создана государева слобода. Поводом стало отсутствие царского указа о передаче этой территории тобольскому владычному дому252. В первых документах слобода именуется Новая Пышминская, в дальнейшем — Ново-пышминская. В 1680 году крестьянин Чусовской слободы Яков Соколов получил разрешение на создание новой слободы «по Бисерте речке по обе стороны». Это начинание столкнулось с противодействием ясачных татар, считавших эту землю своими угодьями253. После разбирательств было принято следующее решение: «В Бисерской волости слободчику Якушку Соколову на татарских вотчинах слободы заводить не велено»254. Уже в 1682 году Яков Соколов обнаруживается в списке крестьян Чусовской слободы255.

В 1680 / 81 году, накануне переписи тем же Л. М. Поскочиным Тобольского уезда, севернее реки Пышмы была поставлена Юрмыцкая слобода256. Как видно из вышесказанного, в семидесятые годы активность освоения новых земель была высока — по слободе в год. Это объясняется не только тем, что шло заселение более южных, то есть более пригодных для сельского хозяйства земель, но и своеобразным соперничеством воеводских канцелярий Тобольска и Верхотурья, которые в условиях отсутствия четких границ стремились расширить подконтрольные им территории. В 1682 году Далматовский Успенский монастырь получил в пользование территорию на Исети выше Колчеданского острога и организовал там Каменское (Железинское) поселье

В 1686 году на последнем свободном участке реки Исети (между Арамильской слободой и Каменским посельем) была поставлена Камышевская слобода257. После ее возникновения существующую на Пышме одноименную слободу стали именовать Камышловской. В том же году южнее Камышловской слободы была основана Тамакульская258, ставшая самой удаленной слободой Верхотурского уезда. Почти вся ее территория находилась в границах Курганской области.

В 1687 году завершился охват административными образованиями и берегов реки Пышмы. В ее верхнем течении была поставлена слобода, именовавшаяся вначале Белоярская Пышминская, позже — просто Белоярская.

К 1687 году (более точная дата неизвестна) Благовещенская слобода была передана из Туринского уезда в Тобольский259. В 1687 году из Тобольского разряда был выделен Верхотурский, в состав которого вошли Верхотурский, Туринский и Пелымский уезды260. Верхотурский воевода получил статус разрядного.

В 1688 году на правом притоке Исети, реке Синаре, и на ее притоке Багаряке была основана Багарякская слобода261. Основная территория этого образования лежала уже в границах Челябинской области. В Свердловской области она занимала небольшую часть на юго-западе Каменского района. В 1693 году Верхотурский разряд был ликвидирован. Входившие в него уезды вернулись в состав Тобольского разряда262. На этом завершился третий этап освоения территории Свердловской области: практически вся ее территория восточнее Уральского хребта была разделена между созданными на неосвоенных ранее землях административными единицами. После 17 века создание новых административных единиц становится возможным только посредством разделения или других изменений границ уже существующих образований. Новым фактором, влияющим на административную политику властей, становится развитие уральской промышленности. Началом этого процесса можно считать преобразование в феврале 1700 года Каменского поселья Далматова монастыря в государственную Каменскую слободу, на территории которой началось строительство Каменского завода263. В 1702 году Демидову был передан в управление Невьянский завод. Для выполнения вспомогательных работ в 1703 году к заводу приписали Аятскую и Краснопольскую слободу и село Покровское Невьянского монастыря264. Через год приписали и все остальные владения монастыря265. В 1706 году монастырские земли, кроме села Покровского, у Демидовых изъяли. В результате сложилось отдельное ведомство, стремившееся к административной самостоятельности. Если перепись 1710 года еще перечисляет демидовские владения в составе Верхотурского уезда266, то ревизия 1719 года уже рассматривает их как отдельное образование. Подчеркивало административную самостоятельность Демидовского ведомства присвоение его владельцу чина комиссара, которым именовались руководители дистриктов (см. далее). Собственно Демидовское ведомство по сути и было таким дистриктом. В 1703 году произошли и другие значительные административные изменения. Между Верхотурским и Тобольским уездом был произведен обмен территориями. В Верхотурский перешла Мурзинская слобода, в Тобольский — Белоярская и Новопышминская267. Из Верхотурского уезда в Соликамский были переданы поселения Ростеского волока. Верхотурскому воеводе был подчинен Кунгурский уезд, управлявшийся комиссаром. 18 декабря 1708 года в ходе областной реформы Россия была разделена на восемь губерний. Тобольский разряд был ликвидирован, а вся Сибирь вместе с Приуральем и Вяткой вошла в состав Сибирской губернии. Внутренних границ между уездами и слободами реформа практически не коснулась. До 1719 года тоже изменений не наблюдается, но образовались небольшие «спорные» территории, на которых вперемешку проживали крестьяне, а также бобыли и ясачные разных слобод: между Невьянской и Арамашевской слободами268, а также между Невьянской и Белослудской слободами. 29 мая 1719 года Сибирская губерния была подразделена на три провинции: Вятскую, Соликамскую и Тобольскую. 29 апреля 1727 года Вятская и Соликамская провинции были переданы из Сибирской губернии в Казанскую. С начала двадцатых годов появляется дополнительная административная структура, промежуточная между уездом и слободами (волостями), — дистрикты. Их состав и, соответственно, границы менялись. Полная картины этих изменений пока не составлена. Из тобольских слобод по Нице и частично по Пышме был создан Краснослободский дистрикт, в который вошли Красная, Верх-Ницынская, Чубаровская, Киргинская, Юрмыцкая, Куяровская, Угецкая, Беляковская и Туринская слободы269. В ревизской сказке 1720 года в Невьянской слободе зафиксирован человек в должности комиссара270. Возможно, здесь уже был центр дистрикта (будущего Алапаевского).

В 1723 году уже существовал Камышловский дистрикт, который входил в ведомство Исецких заводов (Уктуский и Екатеринбургский)271.

Арамильский дистрикт в 1725–1727 годах объединял Арамильскую, Белоярскую, Камышевскую и Новопышминскую слободы272. В Каменский дистрикт в 1729 году входили Каменская, Калиновская и Багарякская слободы, Катайский и Колчеданский остроги; в Камышловский дистрикт — Камышловская, Красноярская, Пышминская, Тамакульская и Белослудская слободы; в Алапаевский дистрикт — Невьянская, Арамашевская и Мурзинская слободы273. К 1739 году ситуация изменилась. Арамильский дистрикт стал именоваться Екатеринбургским. В него добавились Багарякская и Уткинская слободы и винокурня Третьякова. Каменский дистрикт переименовали в Катайский, в его составе оказались Катайский и Колчеданский остроги, Каменская, Камышловская, Крутихинская, Красномыская, Калиновская, Тамакульская и Красноярская слободы. В Алапаевский дистрикт добавились новообразованная Алапаевская и Белослудская слободы. В 1747 году в Катайский дистрикт входили Катайский и Колчеданский остроги, Каменская, Багарякская, Ольховская, Крутихинская и Красномыская слободы274. В 1734 году была поставлена линия крепостей по дороге Екатеринбург — Казань, заселенных крестьянами из Кунгурского уезда. Гробовская, Киргишанская и Бисертская крепости вошли в состав Екатеринбургского ведомства275. Пересмотр внутренних границ в Екатеринбургском ведомстве произошел в 1735 году. Была создана Алапаевская слобода из близлежащих к Алапаевскому заводу деревень Невьянской и Мурзинской слободы276. Из Невьянской в Арамашевскую были переданы спорные и еще некоторые деревни277. Из Колчеданского острога «были перечислены» деревни в Каменскую и Багарякскую слободы278. В Туринский уезд была возвращена Благовещенская слобода, а также включены владения Невьянского монастыря на Нейве и Рудная слобода. При горных заводах, поставленных в стороне от крестьянских слобод, стали возникать деревни, подчиненные непосредственно заводским конторам. Вблизи Екатеринбургских заводов к 1727 году появляются Екатеринбургская слобода, деревни Шарташская, Становая, Пышминская; к 1735 году — деревни Решетская, Мостовая и Таватуйская279. При Полевском заводе к 1727 году основываются Полдневская и Кособродская крепо-сти280. К 1745 году формируется сеть деревень при заводах Кушвинском (Кудровка, Луковка, Ослянская, Верхняя Лая, Нижняя Лая) и Туринском (Половинная, Боровая, Мостовая, Новая и Старая Имянные)281. В дальнейшем появляется название Кушвинская слобода. Система приписки к заводам временами приобретала причудливую форму. В ряде слобод и отдельных деревнях приписанными были не все. Поскольку приписные проходили по Екатеринбургскому ведомству, а не приписанные — по Верхотурскому, возникла ситуация, когда деревня оказывалась в ревизских сказках разных уездов, что вносит дополнительную путаницу. Приписанные к заводам крестьяне Туринского уезда тоже были причислены к Екатеринбургскому ведомству. Поскольку жителями Туринского уезда они не считались, их именовали крестьянами Туринской подгородной слободы. При этом слово «подгородная» писали не всегда282, что тоже создает путаницу из‑за одноименной слободы Краснослободского дистрикта. В 1754 году казенные Кушвинские заводы были переданы графу П. И. Шувалову. Вместе с заводами были переданы и приписные к ним многочисленные крестьянские поселения. Возникло новое обширное административное образование — Заводы Шувалова. После возвращения в 1764 году заводов в казну оно продолжало существовать как Гороблагодатское ведомство. К сожалению, полную картину административной истории середины 18 века составить не удается. Более-менее обстоятельные Списки поселений в документах, подготовленных к созданию Пермского наместничества в 1781 году283, достаточно обстоятельные, однако и в них имеются неточности. В Верхотурском уезде, кроме города Верхотурья, числились частные заводы, принадлежавшие Маслову (Лялинский) и Походяшину (Николае-Павдинский, Богословский, Петропавловский, Фоминский винокуренный и полотняный). Из сельских поселений — неприписанные к заводам деревни Верхотурского подгородья, а также на реке Тагил — Фоминский погост и деревни Прянишникова, Шульгина и Медведева. Кроме того, ямские деревни вокруг Верхотурья, по Тагилу и на Нице. Экономические (бывшие монастырские) поселения, и не только находившиеся по Туре и Тагилу, но и деревня Курья на Нице и две вотчины на Пышме (Кунарская и Никольская). В Верхотурское ведомство входили ясачные люди независимо от места проживания: пять волостей на севере (Лялинская, Сосьвинская, Лозьвинская, Верх-Туринская и Низ-Туринская), Гуляевская сотня на Нице и ясачные татары и черемисы, жившие по реке Бисерти. К Гороблагодатскому ведомству, кроме пяти казенных заводов (Кушвинский, Баранчинский, Верхнетуринский, Нижнетуринский и Серебрянский), относились слободы с приписными крестьянами, разбросанные по обширной территории: Верхотурская подгородная и выделившаяся из нее Лялинская слободы, Тагильская слобода, Кушвинская слобода; по реке Нице — Ирбитская, Ницынская, Рудная, Киргинская, Чубаровская и Туринская слободы; Туринская подгородная слобода; Мурзинская и выделившаяся из нее Липовская слободы; Арамашевская и выделившиеся из нее Шогринская, Глинская и Коптеловская слободы; на Пышме — Новопышминская слобода; на Исети — село Покровское. В Краснослободский дистрикт (очевидно, ошибочно назван Окуневским) написаны: Верх-Ницынская слобода (с Гуляевской и Бобровской сотнями), Краснослободский острог (с Байкаловской сотней), Беляковская слобода (с Балаирской сотней), Юрмыцкая, Куровская и Угецкая слободы. Кроме них — экономическая Усть-Ницынская слобода и три поместья по Нице. В Екатеринбургском ведомстве показаны многочисленные казенные и частные (Демидовых, Яковлевых, Турчанинова, Строганова) заводы и многочисленные приписные селения; Екатеринбургская слобода, Шарташские деревни, Уктуское подгородное село; Арамильская слобода и выделившиеся из нее Бобровское село, Чернобровская и Брусянская слободы; Уткинкая и Белоярская слободы; Камышевская слобода и выделившиеся из нее Смолинская и Маминская слободы и Логиновское село; Щелкунская слобода; Камышловская, Калиновская и выделившаяся из нее Троицкая слободы; Красноярская, Пышминская слободы; Ачитская, Бисертская, Кленовская и Киргишанская крепости; Невьянская и выделившиеся из нее Костинская, Антоновская и Лопатовская слободы; Белослудская и выделившаяся из нее Стриганская слобода; Алапаевская, Краснопольская и Аятская слободы; Покровское село на речке Бобровке; Невьянский монастырь с деревнями, населенными экономическими крестьянами; Каменская и выделившаяся из нее Клевакинская слободы; Багарякская и выделившаяся из нее Шаблишская слободы; Колчеданский острог. Иргинский завод Осокиных относился к Кунгурскому уезду. В Уфимском уезде состояли Красноуфимская крепость (ныне город Красноуфимск), Саранинский завод Осокиных и черемисские деревни на юге современных Красноуфимского и Артинского районов. Буткинская слобода с деревнями состояла в Шадринском уезде. Третьяковская заимка на речке Кунаре по каким‑то причинам числилась в ведомстве Тобольской губернской канцелярии. Особое место занимал Ирбит, получивший городской статус в 1775 году. В краеведческой литературе встречается информация о том, что одновременно был создан Ирбитский уезд, но источники это не подтверждают.

161 Шашков А. Т. К истории возникновения в конце XVI в. первых русских

городов и острогов на восточных склонах Урала // Уральский сборник: История.

Культура. Религия. Екатеринбург, 1997. С. 175–176.

162 Полное собрание русских летописей. Т. 36. С. 138.

163 Морозов Б. Н. Жалованная грамота Строгановым 1591 года // Русский

дипломатарий. Вып. 6. М., 2000. С. 192.

164 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. М., 1999. С. 339–340.

165 Там же. С. 384.

166 Там же. С. 378–379.

167 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 501.

168 Вершинин Е. В. Воеводское управление в Сибири (XVII век). Екатеринбург, 1998. С. 178.

169 ЛОИИ. Кол. 174. Оп. 2. Д. 583.

170 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 294, 296, 298. См.: Конова-

лов Ю. В. Заселение центральной части Алапаевского района в XVII веке // Веси.

Екатеринбург, 2003. № 2 (5). С. 8–11.

171 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 87.

172 ТГИАМЗ. КП 12619. Л. 2.

173 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 4. Д. 1. Л. 98 об.

174 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 318–319.

175 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 5. Л. 191 об. — 192 об. См.: Елькин М. Ю. Когда же

основано село Покровское? // Уральский родовед. Вып. 4. Екатеринбург, 1999.

С. 108–113.

176 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 85–86, 279, 282–283, 320–321, 338,

353–354, 361.

177 Там же. С. 501.

178 ГАСО. Ф. 733. Оп. 1. Д. 1. Л. 456.

179 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 363–364.

180 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 5. Л. 296, 305.

181 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 10. Л. 139, 148 об.

182 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 35.. Л. 117 об.

183 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 502.

184 Там же. С. 90, 599.

185 Курлаев Е. В., Манькова И. Л. Освоение рудных месторождений Урала

и Сибири… С. 63–64.

186 Вершинин Е. Е. Воеводское управление в Сибири… С. 148.

187 Коновалов Ю. В. Формирование населения Ирбитской слободы в первые

пятьдесят лет существования (1632–1682 гг.) // Ирбит и Ирбитский край. Очерки

истории и культуры. Екатеринбург, 2006. С. 15–16.

188 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 501.

189 Там же. С. 502.

190 Там же. С. 530, 548–553, 556–559, 560–562, 572–573, 576.

191 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 3. М., 2005. С. 308–310, 314–316.

192 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 106. Л. 53 об.

193 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 140. Л. 70 об. — 72.

194 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 106. Л. 86–86 об.

195 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 194. Л. 50 об. — 51 об.

196 РГАДА. Ф. 21. Оп. 4. Д. 2. Л. 179–179 об., 196–198.

197 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 543, 554.

198 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 4. Д. 40. Л. 162–162 об.

199 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 94, 595–596, 602–603.

200 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 225. Л. 130 об.

201 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 92.

202 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 697. Л. 716.

203 ГАСО. Ф. 24. Оп. 2. Д. 1436. Л. 395–396.

204 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 3. С. 379.

205 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 194. Л. 36 об.; ТГИАМЗ. КП 12692. Л. 77.

206 См.: Коновалов Ю. В. История основания Краснопольской слободы //

Тагильский край в панораме веков. Вып. 2: Мат-лы краевед. конф., посвящ.

160‑летию Нижнетагильского государственного музея-заповедника горнозавод-

ского дела Среднего Урала, Нижний Тагил, 24–25 апр. 2001 г. Нижний Тагил,

2001. С. 163–173.

207 Приходы и церкви Екатеринбургской епархии. Екатеринбург, 1902. С. 432.

208 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 600.

209 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 4. Д. 119. Л. 132 об., 133 об.

210 ГАСО. Ф. 24. Оп. 2. Д. 1436. Л. 99.

211 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 615–616, 620–621.

212 Кафенгауз Б. Б. Из истории колонизации Урала в XVII столетии // Доклады

и сообщения исторического факультета МГУ. Вып. 7. М., 1948. С. 37.

213 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 3. М., 2005. С. 345–347, 388.

214 Там же. С. 375–376.

215 См.: Коновалов Ю. В. История основания Краснопольской слободы…

216 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 624.

217 История Курганской области. Т. 1. Курган, 1995. С. 115.

218 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 3. Л. 385–393.

219 Там же. С. 434–435.

220 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 697. Л. 252, 256 об. — 257.

221 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 4. Д. 40.

222 Черданцев И. К. На земле Талицкой. Записки краеведа. Екатеринбург,

1999. С. 62–63.

223 РГАДА. Ф. 214. Оп. 5. Д. 261. Л. 1448–1465.

224 РГАДА. Ф. 214. Оп. 5. Д. 261. Л. 1148–1148 об.

225 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1444. Л. 234–235.

226 См.: Устюгов Н. В. Башкирское восстание 1662–1664 гг. // Исторические

записки. Вып. 24. М., 1947. С. …

227 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 4. Д. 40. Л. 20 об. — 22 об.

228 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 2. Д. 911.

229 Перевалов В. А. К истории Краснопольской слободы в XVII в. // Уральский

родовед. Вып. 1. Екатеринбург, 1996. С. 93–95.

230 РГАДА. Ф. 214. Оп. 5. Д. 261. Л. 1441 об., 1442 об., 1443.

231 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 2. Д. 189. Сст. 234, 235.

232 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 2. Д. 189. Сст. 164.

233 РГАДА Ф. 1111. Оп. 2. Д. 295. Сст. 1–3.

234 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 545. Л. 308–328.

235 Курлаев Е. В., Манькова И. Л. Освоение рудных месторождений Урала

и Сибири… С. 87–92.

236 ГАСО. Ф. 24. Оп. 2. Д. 1436. Л. 94 об.

237 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 697. Л. 780 об. — 781.

238 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1444. Л. 171.

239 РГАДА. Ф. 214. Оп. 5. Д. 261. Л. 1472 об.

240 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 487. Л. 166–168 об.

241 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 610. Л. 161, 228.

242 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 1. Д. 87. Сст. 15.

243 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1444. Л. 234–234 об.

244 РГАДА. Ф. 214. Оп. 5. Д. 261. Л. 1433–1434.

245 Курлаев Е. А. Открытие горы Магнитной в верховьях р. Чусовой // Четвер-

тые Татищевские чтения. Тексты докладов и сообщений, Екатеринбург, 18–19

апреля 2002 г. Екатеринбург, 2002. С. 276.

246 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 697. Л. 225–226 об.

247 РГАДА Ф. 1111. Оп. 2. Д. 295. Л. 1–3.

248 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1539. Л. 230 об. — 231.

249 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 697. Л. 917–921.

250 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1539. Л. 458, 465.

251 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 697. Л. 716.

252 РГАДА. Ф. 1111. Оп. 1. Д. 62. Сст. 1–8.

253 Шишонко В. Пермская летопись с 1263–1881 г. Четвертый период с 1676–

1682 г. Пермь, 1884. С. 452–457.

254 ГАСО. Ф. 24. Оп. 2. Д. 1436. Л. 44.

255 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 748. Л. 98–98 об.

256 РГАДА. Ф. 214. Оп. 5. Д. 261. Л. 1468.

257 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1444. Л. 232.

258 ГАСО. Ф. 24. Оп. 2. Д. 1436. Л. 115–116.

259 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 857. Л. 288.

260 Вершинин Е. Е. Воеводское управление… С. 148.

261 ГАСО. Ф. 24. Оп. 2. Д. 1436. Л. 43–46 об.

262 Вершинин Е. Е. Воеводское управление… С. 148.

263 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1299. Л. 564–564 об.

264 РГАДА. Ф. 151. Оп. 1. Д. 50.

265 РГАДА. Ф. 1267. Оп. 1. Д. 654.

266 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1539. Л. 466–528 об.

267 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1188. Л. 455.

268 См.: Коновалов Ю. В. Из истории Глинской волости // Родовед Режа. Вып.

7. Страницы истории села Глинского. Реж, 2015. С. 8–11.

269 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 1600.

270 РГАДА. Ф. 214. Оп. 1. Д. 1508. Л. 202.

271 ГАСО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 17. Л. 8–9 об.

272 ГАСО. Ф. 38. Оп. 1. Д. 3; Ф. 24. Оп. 1. Д. 150.

273 ГАСО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 211. Л. 79 об.

274 ГАСО. Ф. 572. Оп. 1. Д. 212.

275 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 899. Л. 877–911 об.

276 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 901. Л. 4–20.

277 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 901. Л. 164–167, 170 об. — 172, 178–180, 186 об. —

189, 193–194 об., 208 об. — 209, 215 об. — 216, 251 об. — 274.

278 ГАСО. Ф. 572. Оп. 1. Д. 212.

279 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 899. Л. 37–76 об.

280 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 899. Л. 127–136.

281 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 899. Л. 206–229 об., 243–251 об.

282 РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 901. Л. 498.

283 ГАСО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 2465. Л. 468–504.

Выражаю искреннюю благодарность Юрию Витальевичу Коновалову за предоставленное разрешение на публикацию материала. Особую признательность выражаю также за систематическое консультирование меня по вопросам изучения истории заселения Урала в XVII–XVIII веках. Его знания и поддержка существенно обогатили мои представления о данном периоде.